Валютная могила - Евгений Сухов

Встреча с полковниками происходила в кабинете начальника линейного отдела. Перед входом в кабинет я включил диктофон, положил его в карман и скромно так постучал.

– Войдите, – раздался в ответ твердый мужской голос.

Я вошел и представился. Назвал себя, телекомпанию и причину своего прихода.

– Только давайте по порядку, – предупредил меня полковник Вересков. – Не будем валить в одну кучу бомжей и вагоны.

– Давайте, – согласился я. – Вопрос первый: как вы объясните повышенную смертность вокзальных бомжей в последние две недели?

– В этом нет ничего удивительного, – начал полковник. – Имеющиеся условия жизни этих людей, а вернее, отсутствие этих условий просто предполагают повышенную смертность.

– К тому же антисанитария, пьянство и питание некачественной пищей также сказываются на смертности бомжей не в лучшую сторону, – добавила полковник Носова.

– Конечно, это все так, кто бы спорил, – кивнул я. – Но речь идет не о естественных смертях, а о насильственных. Или вам об этом ничего не известно?

– К сожалению, образ жизни, который ведут эти люди, провоцирует их на антисоциальное поведение, – с неизбывной печалью в голосе ответила Носова. – Живут бомжи группами, стычки между этими группами за участки, на которых они собирают бутылки, банки и прочее, довольно часты и нередко заканчиваются смертельным исходом. Но следственное отделение линейного отдела всегда реагирует на подобные действия. Только в течение этого года нами раскрыто восемнадцать дел по хищениям багажа граждан, а всего принято и рассмотрено за этот год более двухсот заявлений граждан…

– Речь идет не о хищениях или славной статистике линейного отдела, – перебил ее я. – Речь идет о безнаказанных убийствах бомжей, причем одинаковым способом: им просто кто-то профессионально перерезает горло.

– Не стоит увлекаться сбором слухов и недостоверной информации, господин Русаков, – произнесла полковник Носова поучительным тоном. – Нам, конечно, известно ваше участие в раскрытии убийства известного и популярного актера Санина. Честь и хвала вам за это…

– Да, вы проявили в этом деле большое мужество и вели себя очень достойно, – поддакнул полковник Вересков.

– Но в деле, за которое вы взялись теперь, – продолжила Евгения Валентиновна, неодобрительно покачав головой, – поверьте, никакой сенсации не будет. Вам ведь нужна сенсация, верно? – Она насмешливо посмотрела на меня, но среди смешинок в ее глазах я увидел и искорки тревоги…

– Вы говорите о слухах и недостоверной информации, – ответил я, придав своему голосу холодное спокойствие. – Значит ли это, что вам ничего не известно о тех смертях бомжей, которым было перерезано горло? Мне, к примеру, известно о четырех таких случаях. А еще известно то, что найдены эти несчастные бомжи были – по крайней мере, трое из четырех – с засунутыми в рот сотенными купюрами евро… Что же касается сенсации, за которой я, по вашим словам, охочусь, то она в этом деле непременно будет…

– Ах, как же нынче наша пресса охоча до разного рода сенсаций! – криво усмехнулась Носова. – Ну, прямо хлебом не корми…

– Так известно вам об этих смертях или нет? – сухо спросил я.

– Все случаи насильственных смертей нам, конечно, известны, – заговорил полковник Вересков. – И смею вас заверить, наше следственное отделение со всеми ними разберется в надлежащей мере.

– Значит, расследование по этим смертям ведется?

– Конечно!

– А каким образом?

– Как и положено, – ответил начальник линейного отдела. – Ведутся определенные следственные действия. Это осмотр место преступления, допрос, назначение и производство экспертизы… – принялся он загибать пальцы.

Тут я снова мог бы задать вопрос: «И что именно выявлено?» Но делать этого не стал, потому что получил бы ответ: «Кое-что уже есть». После чего полковник сослался бы на тайну следствия. И это был бы тупик. Поэтому, подумав, я спросил другое:

– А как, простите, могут вестись определенные следственные действия, если на руках вашего следственного отделения нет ни одного трупа этих зарезанных бомжей?

– То есть? – сморгнул полковник Вересков, а Евгения Валентиновна свела бровки к переносице и пристально посмотрела на меня.

– Трупы названных мною бомжей, которым неизвестный профессионал перерезал горло, а потом троим из них, а может, и всем четверым засунул в рот по сотенной евро, уже погребены, – твердо проговорил я. – На кладбище…

– На каком кладбище? – переглянулись мои собеседники.

– На кладбище бомжей, – ответил я, копчиком уже чувствуя приготовленный мне сюрприз.

Евгения Валентиновна рассмеялась, вслед за ней улыбнулся и полковник Вересков:

– Нет никакого кладбища, господин Русаков. Нет и не было. Да и не могло быть…

– Но я же собственными глазами видел кладбище бомжей на складском пустыре недалеко от кирпичной стены, – заявил я не без волнения.

– Видели? – удивился полковник Вересков. – Это вряд ли. Как вы могли видеть то, чего нет?

– Наверное, вам об этом рассказали сами бомжи? – с ноткой снисходительности в голосе добавила Евгения Валентиновна. – Ну, так они еще и не то вам расскажут, лишь бы вы раскошелились и дали им на водку. Я бы не советовала верить всему, что они говорят.

– То есть и своим глазам мне не верить? – нахмурившись, спросил я.

На это Евгения Валентиновна мягко улыбнулась, а полковник Вересков молча развел руками.

И тут до меня дошло. Конечно, никакого кладбища уже нет. После моего визита к майору юстиции и его доклада об этом начальству последнее крепко подсуетилось и ликвидировало кладбище. Выходит, что такое кладбище существует, все же было известно линейному отделу…

Я посмотрел в глаза полковнику Верескову. Он выдержал мой взгляд без всякого напряжения. Конечно, он и госпожа Носова подготовились к моему сегодняшнему визиту. Хорошо подготовились, основательно. И теперь наверняка думают, что уделали меня. Теперь вся надежда оставалась на Степу: успел он заснять это кладбище или не успел. Если не успел, то «черные» полковники и правда меня уделали.

Поначалу я хотел блефовать и заявить им, что у меня есть видеоматериал, на котором запечатлено это кладбище, но потом раздумал. Пусть считают, что провели меня. До того момента, пока не появится передача…