Незапертая дверь - Александра Маринина

- А я - Юлия.

Юлия, Юля, Юленька... Славное имя. И девчонка славная, невульгарная, но в то же время и не скованная, не зажатая. Это на сегодняшнемсленге называется "в меру отвязанная".

- Ну так как, Юленька, где будем время проводить довечера? - бодро спросил Виктор. - Вечером у нас шампанское и ужин при свечах, адо того?

- Боюсь, что у нас будет только "до того",-улыбнулась Юля. - Сегодня вечером я занята.

- А отменить нельзя?

- Зачем? - искренне удивилась девушка. - Шампанскоеможно выпить и в другой раз, не обязательно сегодня. Или у вас пожар?

- Пожар, Юля. У меня пожар, я непременно хочу провестисегодняшний вечер вместе с тобой.

Он умышленно перешел на "ты", чтобы сделать своислова более интимными и, как ему казалось, более убедительными.

- Но у меня-то нет никакого пожара. Сегодня вечером яне могу, - твердо ответила она. - Если хотите, можем встретиться и поужинатьзавтра.

- Хорошо, - согласился Виктор, - но с одним условием. Япереношу наше свидание на завтра, а ты за это расскажешь мне, чем это такимсерьезным ты будешь заниматься сегодня вечером.

Что ж, так даже лучше. Можно еще немного поболтать сдевочкой и выяснить, кто она такая и чем занимается. Если ответы его неустроят, то завтрашнее мероприятие он просто-напросто "продинамит",исчезнет и больше не появится.

- Вечером я обещала подруге помочь готовиться кэкзамену. Я сегодня сдавала, а ее группа сдает послезавтра.

Оп-па! Так мы, оказывается, студенты! Н-да, маловато светапроливается на твою жизнь, девочка Юля. Тот факт, что ты студентка, никоимобразом не может отменять ни придирчивого папу, ни ревнивого богатого спонсора.

- И что ты получила сегодня на экзамене?

- "Отлично", как всегда.

- То есть ты круглая отличница? - уточнил Виктор.

- Пока да, но впереди еще шестой курс и госэкзамены,так что все может случиться.

- А почему шестой курс? - не понял он. - Где это такдолго учатся?

- В медицинском. Ну все, допрос окончен?

Она смотрела на Виктора спокойно и серьезно, в голосе ее небыло раздражения или неудовольствия, но он отчего-то почувствовал себя полнымидиотом.

- Ну что ты, Юленька, все еще только начинается. Яхочу, чтобы ты рассказала мне, сколько тебе лет, где ты живешь, есть ли у тебяпапа с мамой и чем они занимаются, а также нет ли у тебя ревнивого кавалера,который захочет набить мне морду. Я, знаешь ли, драться не люблю.

- А что вы любите?

- Я люблю простую и понятную жизнь, без конфликтов,интриг и сложностей.

- А еще вы любите все про всех знать, да?

Юля протянула бармену деньги, взяла сдачу, сунула купюры всумочку, щелкнула замочком и легко соскользнула с высокого стула.

- Подожди, - Виктор придержал ее за руку, - мы незакончили. Так как насчет завтра? Встретимся?

- Можно, - равнодушно ответила девушка, высвобождаяруку. - Завтра я приду сюда часов в семь пить кофе, если захотите - найдетеменя здесь.

- Обязательно найду! - почти крикнул Виктор, потому чтоЮля стремительно удалялась от него в сторону выхода.

До вечера он переделал массу полезных дел, которые давно ужеоткладывал, оплатил телефонные счета, отнес в химчистку две пары светлых летнихбрюк и забрал белье из прачечной. Ровно в десять вечера снял трубку и позвонил,чтобы узнать, как дела.

- Пока все идет по плану, - сказали ему.

Ну что ж, по плану так по плану, им видней. Виктор многоотдал бы, чтобы узнать подробности, ведь речь идет не о чем-нибудь - о егособственной безопасности и сохранении его жизни, но в детали его не посвящали ини в какие обсуждения по телефону не вдавались, разрешили только звонить одинраз в три дня, не чаще.

* * *

К концу рабочего дня в кабинет к Насте ввалился сияющийКоротков.

- Ну все, мать, поздравляй меня!

- С чем? - не поняла Настя. - Тебе досрочно присвоилизвание полковника?

- Ну да, от них дождешься! - фыркнул Юра. - Я в отделнового сотрудника спроворил. С завтрашнего утра приступает к работе.

- Кого? - испугалась она. - Где ты его взял?

- На помойке нашел, - хмыкнул Коротков. - Чего тыпридираешься-то? Сама ноешь, что отдел пустой, работать некому, всеразбежались, а теперь от лишней пары рабочих рук отказываешься.

- Я не отказываюсь, Юрик, я только спрашиваю, где онработал и что умеет.

- Экая ты, право... А почему ты не спрашиваешь, какоготруда мне стоило его переманить к нам? Почему не спрашиваешь, как я уламывалсначала его самого, потом его начальство? Ты его и в глаза не видела, аинтересуешься, а про страдания твоего лучшего, можно сказать, друга Короткова ислышать не хочешь, да?

- А ты, наверное, тоже забыл, что я - твоя лучшаяподружка, - отпарировала Настя. - Как это так получилось, что ты берешь в отделнового сотрудника, уламываешь сначала его самого, потом его начальство, а я обэтом ничего не знаю? С друзьями так не поступают. Короче, шеф, кончай душувыматывать, говори, кого к нам назначают, а то мне через двадцать минут к Афонеидти докладываться.

На лице Короткова расплылась улыбка садиста, предвкушающегомучения жертвы.

- Вот и хорошо, вот и пойди доложись руководству, азавтра новый человек придет - все и узнаешь.

- Издеваешься?

- А как же! Это тебе за "шефа". Я сколько разпредупреждал, чтобы ты не смела меня так называть.

- Значит, не скажешь?

- Теперь - ни за что, - твердо пообещал Юра.

- Ну и черт с тобой, - махнула рукой Настя. - Я у Афониспрошу.

Идти к начальнику отдела с докладом Насте Каменской совсемне хотелось, потому что докладывать было не о чем. Яна Нильская так и ненашлась, и ни ее мужу, ни режиссеру Наталье Вороновой никто насчет выкупа илидругих условий освобождения пропавшей женщины не звонил. Сегодня уже среда,через несколько часов стукнет ровно четверо суток с момента преступления, аясности - ни на грамм. То есть сведений собрано огромное количество, но наубийство водителя и исчезновение жены сценариста они никакого света непроливают. Поводов убить симпатягу Тимура Инджия оказалось великое множество,но этим занимаются оперативники на территории, и по большому счету этонаправление работы интересует Афоню меньше всего. Подумаешь - водителькакой-то, из убийства водителя имени себе не сделаешь. А вот убийство ипохищение с целью срыва съемок - это да, это может прозвучать, во всех газетахнапишут. Честь и слава Вячеславу Михайловичу Афанасьеву, начальнику "убойного"отдела! Честь и слава Вячеславу... Настя мысленно улыбнулась случайносложившейся рифме, собрала в папку свои записи и отправилась на доклад кначальству.