Кто хочет спать с миллионером? - Людмила Милевская

По пути к Галине Далила вспомнила, что забыла захватитьподарки, припасенные накануне крестнице Ангелине. У Галины к тридцати тремгодам собрались одна к одной юношеские проблемы: душа просит чего-то, куда-торвется, внезапно появился долгожданный ребенок, а мужа и не предвидится. Ифинансы распевают романсы.

Ходить с пустыми руками в гости к подруге Далила не любила ипотому решила заехать домой.

В родном дворе ее ошеломила картина: укутанная в платкисгорбленная фигурка, похрустывая свежим снежком, семенила к соседнему дому.

«Что это?! — поразилась Далила. — Привидение?»

Это была полупокойная теща бедолаги Свиридова. Онанетерпеливо спешила к подруге Матрене, известной сплетнице и самозванойколдунье.

— Марьванна! — строго закричала Далила. — Марь-ванна, кудавы?

Теща Свиридова, в прошлом «училка», и имя имелаклассическое. Самсонова Марью Ивановну все же любила, несмотря на вредный исклочный нрав. И Мария Ивановна относилась к Самсоновой, как.., капризное дитяк строгой матери. Зловредная бабулечка уважала Далилу, слушалась ее и дажепорой побаивалась.

Пользуясь этим, соседи и домочадцы регулярно пытались черезСамсонову влиять на Шапокляк — так прозвали старуху. Сочувствуя окружающим,Далила влиять пыталась. Вот и теперь она вознамерилась притворщицу отчитать, нокак бы не так. Услышав голос Самсоновой, полупокойная теща Свиридоваприпустила, как молодая. Далила насилу ее догнала и, с трудом переводя дух,спросила:

— И не стыдно вам, Марьванна, над народом глумиться?

— А чем это я провинилась? — удивленно осведомилась старуха.— Мое обещание! Хочу дам, хочу обратно возьму! И что плохого в моих обещаниях?

— Вы их не выполняете, — посетовала Далила.

— Что, не умираю? — злорадно спросила старуха. — Ну, ужпрости! Настроения не было. Не ругай ты меня, я помру. Немного осталось вамвсем терпеть.

— Как же, помрете, еле вас догнала. Ваш зять с этажа на этажподнимается в два приема, а вы спускаетесь как стрела. Охота вам над людьмииздеваться?

Шапокляк губы поджала и пискнула:

— Охота.

— Зачем это вам? — удивилась Далила.

— Что «это»?

— Переполох, санитары, носилки. Зачем вы два года с пафосомумираете?

— Не два, а три, — уточнила старуха.

— Вот именно. Все устали уже.

— Нуда, кричат, бедные, что я зажилась. Лучше б подумали, зачто мне бог длинный век отвел. Уж им и лишнего года не даст за их подлости игрехи. А я правду люблю и мяса не ем.

— Да любите, не ешьте, кто вам мешает, — вздохнула Далила. —Но издеваться над родными зачем?

— Они ждут не дождутся, когда я помру, а ты их жалеешь, —обиделась Шапокляк и, ехидно прищурившись, вдруг спросила:

— Или тоже считаешь, что я зажилась?

— Да живите, сколько хотите. Сами знаете, я вам рада всегда.

— Тогда не ругайся.

— А вы обещайте, что больше не будете устраивать принародноепомирание.

— Ничего обещать не могу, — предупредила старуха.

— И зачем это вам? — опять подивилась Далила. — Жили же, нетужили, и вдруг начали балаганы нам открывать. Что вас заставило так странносебя вести?

— Было событие. Три года назад, — загадочно молвила Шапокляки заспешила к Матрене, сплетнице и колдунье.

"Эх, бедный Свиридов, — горестно вздохнула Далила и тутже подумала:

— Впрочем, и старуху мне жалко".

* * *

Галина встретила подругу радостным сообщением:

— Я созвонилась с Граблиным. Все уже на мази. В семь вечераон меня ждет, а ты сидишь с Линкой.

— Здрасте! — поразилась Далила. — Она все решила! С чего ядолжна тебя слушаться?

— До свидания! — отмахнулась Галина. — С того, что я отГраблина такое узнала — ты сейчас упадешь!

Не испытывая желания падать, Далила на всякий случайприсела, осторожно спросив:

— И что ты узнала?

— Самохина твоя и Матюк просто любовники.

— Матюк?

— Ну да, такая, уж извини, фамилия у Деда Мороза. МойГраблин с этой парочкой дружит давно. Он был основательно впечатлен, когдавстретил их в «Афродите», — доложила Галина, суматошно меняя домашний халат навечернее платье. Далила опешила:

— Подожди, ничего не пойму.

— Плохо соображаешь.

— Или кое-как объясняешь. Что за Граблин? Что за Матюк?

— Слава богу, хоть Самохину знаешь, — усмехнулась Галина,оставляя в покое платье и спешно приступая к своим волосам. — Граблин мойстарый поклонник, — с гордостью известила она, лихо сооружая начес.

— Ах вот оно что! — прозрела Далила, поражаясь нахальствуподруги. — И ты, пользуясь случаем, на свидание к нему собираешься. А менянянькой при Линочке оставляешь. И Самохину в качестве оправдания приплела, какбы радея за общее дело.