Главный принцип гадания - Марина Серова

– Хорошо, папа, – еще раз сделала мне книксен и метнулась к телефонному аппарату, стоявшему на отцовском столе.

Я попросила Соню позвонить на мобильный аппарат Снегирева, с которым он обычно не расставался.

Соня долго нажимала кнопки телефона, с кем-то разговаривала и наконец протянула мне трубку.

Пока я слушала длинные гудки, Соня и Яков Абрамович деликатно вышли из кабинета.

– Алло, – наконец раздался в трубке знакомый грустный голос.

– Здравствуй, Игорь Семенович.

Секундное замешательство, а затем неуверенный вопрос:

– Кто это? Таня, это ты?

– Я.

– Таня, дорогая! Куда ты пропала! Я с ног сбился! Где ты?

– Игорь, я оказалась в чрезвычайно сложной ситуации. Мне нужна твоя помощь. Вопрос жизни и смерти.

– Таня, ты меня пугаешь! Где ты? Хотя, что это я. Таня, говори, что я должен сделать?

– Слушай меня внимательно. Во-первых, о том, что я тебе звонила, не должен знать ни один человек, кроме капитана Кирсанова, ты его знаешь. Понял?

– Понял, капитан Кирсанов.

– Позвонишь по телефону… – я продиктовала Снегиреву номер для связи с Кирсановым, – и скажешь, чтобы он сам тебя нашел, строго конфиденциально. Понял?

– Как это, конфиденциально?

– Он знает, как, он за это деньги получает. Ты так скажи и все. Он сам тебя найдет, ты только не прячься особенно. Понял?

– Понял.

– Во-вторых, когда он тебя найдет, скажешь, что меня похитил Фалин, но я удрала. Понял?

– Кто такой Фалин? – спросил Снегирев с угрозой в голосе.

– Неважно, он знает. Еще скажешь, что у меня о Фалине много информации, он в дерьме по уши. Понял?

– Понял, Фалин в дерьме. Чего не понять?

– Тогда пошли дальше.

– Пошли.

– Дальше скажешь, что у меня есть веские основания полагать, что люди Фалина считают меня погибшей. Понял?

– Понял.

– Поэтому они в ближайшее время дергаться не будут. Понял?

– Понял.

– Теперь информация для вас обоих: я в данный момент нахожусь в городе Джезказгане, в конторе местного филиала фирмы «Трансазия» без документов.

– Господи, как ты туда попала?

– Не телефонный разговор. Поскольку я здесь без документов, да к тому же инкогнито, мне нужна помощь.

– Я сейчас же вылетаю к тебе…

– Подожди, Игорь, не горячись. Сначала поговори с Кирсановым. Вы вместе решите, что делать.

– Хорошо, позови к телефону Берковича.

– Кто это?

– Тамошний директор, забыл, как его по имени…

– Яков Абрамович.

– Ага, спасибо. Далеко он там?

– За дверью, сейчас позову.

Я положила трубку, подошла к двери и выглянула наружу.

Яков Абрамович сидел на стуле, положив руки на колени, как пай-мальчик. Больше никого в комнате не было. Беркович соблюдал конфиденциальность.

– Яков Абрамыч, вас просят к телефону.

– Игорь Семенович? – радостно, как будто сбылась его многолетняя мечта, воскликнул он, срываясь с места.

Далее я могла слышать только взволнованный фальцет Берковича.

– Доброго здравия, Игорь Семенович!.. Спасибо, Игорь Семенович, вашими молитвами… Да, Игорь Семенович. Конечно, Игорь Семенович.

Долгая пауза, в течение которой глаза Берковича постепенно округлялись, увеличиваясь при этом в диаметре. В конце концов они почти сравнялись размерами с линзами его очков.

– Все сделаем, Игорь Семенович! Мы и так… с мадам Татьяной, ой, простите, мадемуазель… Что? Нет, это я не вам! Мы с ней душа в душу… Что? Нет, я не в этом смысле… Нет! Нет! Звонить в Алма-Ату не надо, мы сами все решим. Спасибо, Игорь Семенович, до свидания, ждем вашего приезда! Передаю трубку, Игорь Семенович.

Беркович двумя руками протянул мне трубку.

– Таня, Беркович все устроит, не волнуйся. Я всю их «Трансазию» могу по миру пустить, если захочу. Они это знают. Ты с ними держись поуверенней. Я ему сказал, чтобы с тобой обращались, как со мной. А я на днях все равно приеду. Мне в те края по делу надо.

– Хорошо, Игорь, мне очень приятна твоя забота. Но, главное, не забудь то, что я тебе сказала. Звони прямо сейчас, не теряй времени.

– Хорошо, дорогая, звоню немедленно.

– Тогда, до свидания.

– До скорого свидания, – закончил разговор Снегирев с ударением на слове «скорого».