Адвокат инкогнито - Наталья Борохова

– Да ты что! – восклицал Аркадий, словно ему было не все равно, что случилось с Буслаевой, хотя по большому счету он даже не помнил, о ком идет речь. – Замечательно. И когда же состоится знаменательное событие?

Виктория вдруг вспомнила, что такой вопрос он не задавал даже ей, когда она была беременна Машей или Петей.

– Не знаю. Наверное, скоро. У нее уже живот на нос лезет.

– Вот как? Занимательно!

– Еще бы! Недаром, упоминая о женщине, носящей ребенка, говорят об интересном положении…

Говоря о состоянии своей неблизкой знакомой, они вдруг вспомнили о причинах беременности и обо всем, что с этим связано. Щекотливая тема слишком уж перекликалась с событиями их недавнего прошлого, что их смутило. Аркадий вдруг смешался и начал преувеличенно тщательно выжимать тряпку. Виктория тоже отвела взгляд.

Вскоре порядок на кухне был окончательно наведен. Тряпки, ведра убраны, и тишина, как липкая паутина, связала супругам языки.

– Пожалуй, пора ложиться спать, – нерешительно произнес Аркадий. – Завтра рано вставать.

– А тебе завтра нужно…

Виктория хотела спросить про очередной вызов к следователю, но в последний момент передумала. Она страшилась неприятного разговора. Впрочем, как и муж, и бессознательно пыталась оттянуть его начало.

– Что – нужно? – переспросил супруг.

– Наверняка нужно появиться в университете, – сказала Виктория, а он только кивнул головой.

– Да, прямо с утра отправлюсь в университет.

Это было нереально глупо – делать вид, будто ничего не произошло. Они – взрослые люди и должны понимать, что разговора не избежать. Уголовное дело не испарилось в одночасье, оно существует, и где-нибудь там, на другом конце города, в эту минуту следователь, чистя зубы перед сном, должно быть, прикидывает, какие действия ему предстоит провести завтра. Но им двоим удобнее было делать вид, что в их жизни ничего не происходит, что все остается на своих местах. Признание повлекло бы за собой ненужные откровения, следом – упреки, слезы, гневные высказывания и ужасную необходимость принимать какое-то решение. Какое? Расстаться? Остаться вместе и постараться все забыть?

Молчание решало все проблемы…

С тех пор так и повелось. Аркадий и Виктория как ни в чем не бывало ходили на работу, вечером возвращались домой. Накрывали на стол, вели хозяйство, воспитывали детей. Но между ними образовалась некоторая дистанция. Теперь уж Виктория не могла беззаботно спросить: «Что новенького?» или «Как прошел день?», боясь вдруг услышать: «Все хорошо. Был на очной ставке с потерпевшей». Да и Аркадий помалкивал, опасаясь случайной фразой вызвать у жены состояние, в которое она впадала теперь периодически: внезапно ее взгляд стекленел, она как-то разом съеживалась и замолкала на полуслове. О чем думала Виктория в такие минуты? Аркадий считал, что о нем и о том, что произошло. Чертова действительность не позволяла им забыть о несчастье.

Позвонила Дубровская:

– Виктория Павловна, телефон вашего супруга не отвечает.

– Он, наверное, на лекции.

– Хорошо. Тогда сообщите ему, что нас ждут в следственном управлении завтра в пятнадцать часов.

– Обязательно передам, – бормотала Виктория.

– Нас должны ознакомить с результатами экспертиз. Это не займет много времени.

Экспертиз? Каких еще экспертиз? Она не хотела слышать подробности…

В следующий раз, Дубровская вытащила ее в кафе для «серьезного разговора». Виктория была готова к самому худшему. «Его приговорят к высшей мере», – скажет адвокат, и Соболева упадет в обморок. Ах да, она же знает о том, что смертная казнь в стране уже не применяется. Значит, пожизненное заключение?

– Виктория Павловна, – серьезно заговорила адвокат, трубочкой помешивая сок в бокале, – мне нужна ваша помощь. Не знаю почему, но ваш супруг отказывается предоставить характеристики.

– Характеристики?!

– Да. Немаловажная деталь, как он характеризуется по месту работы и месту жительства. Нужно составить документы, заверить печатью, передать следователю.

– Заверить?!

– Да, заверить. Пустяк. Пусть на характеристике с места работы распишется кто-нибудь… к примеру, ректор. А на характеристике с места жительства парочка ваших добрых соседей. Текст составьте сами: мол, вежлив, здоровается с соседями. С коллегами доброжелателен, отзывчив. В употреблении спиртных напитков замечен не был. Ну и вся тому подобная ерунда… Не понимаю, почему ваш супруг упрямится?

Адвокат действительно не понимала. А вот Виктория прекрасно знала почему.

– Вы хотите предать дело огласке? – довольно резко спросила она, сдвинув брови. – Это нам ни к чему.

– У меня и в мыслях не было! – опешила адвокат.

– Но характеристика выдается всегда по определенному месту требования. В прокуратуру, в суд, в иностранное консульство, наконец. Вы прикажете написать про следственное управление?

– Ну что вы, нет необходимости! Напишите просто: «Справка дана по месту требования». Поймите, если мы не представим характеристики, следователь сам направит запрос, где по угловому штампу и печати будет все понятно. Вы этого хотите?

Нет, этого она не хотела. Этого она боялась как огня.

– Ну, хорошо, я попробую, – кивнула Виктория нерешительно.

Интересно, будет ли этому конец?

Ректор встретил ее доброжелательно.

– Присаживайтесь, Виктория Павловна! Может, чайку?

– Нет, нет. Я забежала на минутку. Не хочу вас отрывать от дел.

Ей хотелось как можно быстрее покинуть кабинет, решив все свои дела, но ректор был настроен, видимо, на долгое общение.

– А вы меня и не отрываете, – улыбнулся он. – Вчера видел вас по телевизору. Замечательно говорили! Да и тема чудесная: «Семья – фундамент общества». Полностью согласен. Долгие годы брака, да еще совместные дети, горести и переживания, радости и победы цементируют брак. Вы согласны?

– Конечно, – закивала Виктория.

– Как там говорится? «В горе и болезни, в печали и радости…»

– Да, разумеется.

«Дался ему этот брак! – раздраженно думала она. – Я-то думала, что мою передачу смотрят лишь домашние курицы».

– А я вот что думаю… Не устроить ли нам в университете этакий праздник – день чествования семьи. По-моему, актуально.

– Отличная идея.

– И я так считаю. И знаете что? Вы бы могли с Аркадием Александровичем в нем поучаствовать. Ну, не смущайтесь! Кому, как не вам, демонстрировать студентам и преподавателям вечные ценности?

«О боже!» – охнула про себя Виктория. И вяло улыбнулась:

– Посмотрим… Но я пришла на минутку, с просьбой подписать бумагу.