Мастер-класс по убийству - Кирилл Казанцев

– Вот что, Алексей Владимирович, – сказал я. – Вот моя визитка. Пусть этот борец позвонит мне.

– Я могу с ним прямо сейчас связаться.

– Звоните, – сказал я и понял, что в этот раз мне придется трудиться на голом энтузиазме. Заикаться про деньги в теперешней ситуации было просто неприлично.

Он протянул мне трубку.

– Слушаю вас, – сказал я.

– Меня зовут Павел. Мне нужно посоветоваться.

– Давайте через два часа у метро «Ленинский проспект». Как подъедете, позвоните мне. – Я продиктовал номер моего телефона и положил трубку.

Следующей фразой прокурор меня порадовал:

– Все ваши услуги будут оплачены в полном объеме.

– Разберемся, – сказал я. – Пока о деньгах говорить рано.

– Заранее благодарю. – Алексей встал и пожал мне руку. – Не забудьте подать жалобу.

– Спасибо, не забуду.

* * *

В кабинете Мутилова я быстро составил документ и перед самым закрытием канцелярии успел вручить его секретарю районной прокуратуры. Та надула крашеные губки и стала капризничать, но я заявил, что все согласовано с прокурором. Она на всякий случай перезвонила в приемную. После этого безропотно зарегистрировала документ и поставила входящий номер на копии.

В оговоренное время я подъехал к станции метро. Вскоре раздался звонок Павла. Сориентировав его по местности, стал ждать. Клиента я определил сразу, еще на подходе. Это был высокий, атлетического телосложения парень. Он почти дошел до меня, затем остановился и достал телефонную трубку.

– Павел! – окликнул я его. Он поднял голову и подошел ко мне. Мы обменялись крепким рукопожатием.

– Садись в машину.

Он расположился на переднем сиденье рядом со мной и сразу заговорил:

– Поймите, я ни в чем не виновен! Этих чертовых наркотиков никогда не употреблял!..

– Я тебе верю, – совершенно искренне ответил я. И действительно, глядя на этого атлета, нельзя было и предположить, что он склонен к данному пороку.

– Паша, – сказал я. – Рассказывай все по порядку.

Павел ненадолго задумался, собираясь с мыслями, и начал излагать:

– В тот день я после вечерней тренировки ждал свою девушку. Мы договорились встретиться около «Маяковской». Лена опаздывала на полчаса. Она мне об этом сообщила по телефону. Потом ко мне подошли двое сотрудников полиции и попросили проехать с ними. Отобрали паспорт. Я спросил, за что меня забирают. Мне ответили, что для проверки.

– И что потом? – спросил я.

– Доставили в отдел полиции и обнаружили в кармане моей куртки пакетик с порошком. Потом оказалось, что это героин. Но я никогда в жизни ничего не употреблял! – Павел скрестил руки на груди. – Клянусь!

А я уже и не сомневался, что это подстава. С подобными случаями сталкивался неоднократно. Чтобы окончательно внести ясность, я спросил:

– Кто тебя задерживал и оформлял документы?

– Капитан Марченко.

Фу, теперь стало все ясно. Марченко Алексея Витальевича я знал издавна. Также мне прекрасно были известны его неизменные методы работы. Ради личных показателей он был готов на все. А закинуть дозу в карман лопуху – его конек.

– С момента задержания подробно! – сказал я.

– Меня привезли в отдел полиции в дежурную часть. Потом Марченко попросил снять куртку, а дежурный стал обыскивать меня. Пакетик с порошком Марченко вынул из кармана куртки и пригласил понятых. После этого вызвали следователя, и он допросил меня. Я ни в чем не сознался. Тогда меня арестовали на двое суток.

– Не арестовали, а задержали, – поправил я.

– Да, задержали, – согласился Паша.

– Что было после задержания? – спросил я.

– Марченко приходил несколько раз и предлагал признаться.

– В чем?

– В хранении и употреблении наркотиков.

– А ты?

– Признался. – Павел опустил голову. – Что приобрел наркотики для личного употребления.

– Тебя били? – спросил я.

– Нет, – ответил он.

– Тогда почему ты оговорил себя?

– Марченко сказал, что это для меня будет самый благоприятный исход. Если я не напишу явку с повинной, то на меня дадут показания несколько человек, что я – дилер, занимаюсь распространением наркотиков в районе. А там сроки большие, он Уголовный кодекс показывал. Я испугался и написал. Меня допросил следователь. Потом сразу отпустили.

– Адвокат был? – спросил я.

– Да, дежурный адвокат.

– Понятно. – Я потер переносицу, потом из папки достал бланк соглашения и заполнил.

– Подписывай! – сказал я Павлу, и он, не читая, подписал.

– Сколько учить можно? – посетовал я. – Может, это долговая расписка.

– Я вам верю, – наивно произнес борец.

– Марченко ты тоже поверил, – сказал я. – Когда суд?

– Через неделю.

– Нормально! – Я ухмыльнулся. – О чем думал?

– Не знаю, – притупил взор Паша.

* * *

Мы расстались, договорившись, что он будет ждать моего звонка. Ситуация сложилась щекотливая. Времени на раскачку не было.

На следующий день я был в суде. В канцелярии я предъявил ордер. Мне принесли для ознакомления тощую папку уголовного дела.

Сев за свободный стол, я раскрыл бежевые картонные корочки. Как я и предполагал, материалов имелось в наличии с гулькин нос. Я стал листать дело. Протокол изъятия, объяснение Павла, постановление следователя о задержании подозреваемого в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, явка с повинной, протокол допроса и обвинительный акт. Больше ничего не было. Все четко и конкретно.

Я вновь просмотрел документы. Никаких проколов и разночтений не обнаружил.

Прочитав еще раз протокол изъятия, я выписал данные понятых. С них надо начинать. Это был единственный шанс.

Я расписался на корочках дела об ознакомлении и сдал дело секретарю.

Выйдя на улицу, я набрал телефонный номер одного из понятых и договорился о встрече, благо проживал тот недалеко от здания суда.

Константин Сергеевич Бобров – понятой по делу – оказался мужчиной понятливым и разговорчивым. Пожилой, с седой пышной шевелюрой, он ждал меня у себя дома. К двери подошел, опираясь на массивную резную палку – костыль.

– Вы расписывались полтора месяца назад в протоколе об изъятии наркотиков у молодого парня? – спросил я.

– Как же, помню, расписывался. Сажать надо этих наркошей, – возмущенно добавил Бобров.

Я не стал его разубеждать, а задал вопрос: