Личное дело соблазнительницы - Галина Владимировна Романова

Это был вторник…

Конечно, вторник! В какой еще день недели могли произойти самые жуткие в ее жизни неприятности?! И вторник этот оказался самым черным, чернее не бывает!

— Алиса, зайдите ко мне, будьте добры! — не дав ей опомниться и пристроить сумочку с легким плащом в шкафу, потребовал Сергей Иванович сразу, как она ступила на порог приемной.

Алиса послушно кивнула и поспешила за ним следом. Она вообще все последние дни была послушной и исполнительной, совершенно ни о чем не догадывающейся и не требующей объяснений. Самое странное, что Сергей Иванович будто почувствовал что-то. Будто угадал, что она знает про его подлые ухищрения сжить ее со свету, а заодно и с секретарского кресла. Он притих как-то сразу. Перестал бросать на нее двусмысленные взгляды, в которых явственно читался ее диагноз.

И ведь, что самое главное, документы перестали пропадать!

Была ли тому причиной постоянно распахнутая дверь ее приемной и дверь кабинета напротив? Либо Сергей Иванович выдохся от собственной подлости или обдумывал план новых уловок, способных бросить на нее тень?

Кто знает! Но на фирме Алисе стало намного легче жить. И на работу она снова стала ходить с удовольствием. И Матвеева почти перестала беспокоить жалобами и слезами. К тому же Ангелина давно вернулась, и все имеющееся у него свободное время Антон посвящал исключительно ей. И, как не бывает худа без добра, так и ее неприятности не обошлись без приятного сюрприза.

Алиса сильно сблизилась с юристом Юрой. Настолько сильно, что даже позволила однажды ему у себя остаться ночевать. Между ними, правда, ничего такого не случилось, но могло бы, если бы он настоял.

Юра не настоял, а Алиса, подавив легкую зябь разочарования, уснула, прижавшись к его спине щекой.

Утром они по очереди посетили ее ванную. Очень по-семейному позавтракали яйцами, прилюбившейся ей по командировкам овсянкой и кофе с кексами. И потом, взяв такси, вместе приехали на работу.

Алисе было приятно, что он не ушел под утро, пока еще темно и пока не выползли на улицы сердитые дворники. Понравилось то, что он не вышел из такси за полквартала от их центрального входа и не предложил ей это сделать. И даже более того, вошел через стеклянные двери, держа ее под руку.

— Парень тебя застолбил! — прокукарекала ей в ухо Наталья из материального отдела противным таким завистливым голосом. — Как он в постели, Лиса?

Ее почти все здесь теперь звали именно так, подхватив от Инги. Все, кроме Сергея Ивановича и Юры.

— Ну не молчи! — поторопила ее Наталья, наслушавшись тишины, повисшей в телефонной трубке. — Как он?!

— Потрясающий! — прошептала Алиса, бросая трубку.

Какими именно потрясающими бывают мужчины в постели и что они для этого должны делать, Алиса имела весьма смутные представления. Но даже этих смутных вполне хватало на то, чтобы думать о Юре именно так.

Юра превосходно целовался, был нежен и предупредителен. Ничего лишнего, чтобы ее смогло расстроить, не позволял. Если вдруг она ловила за пальцы его руку и чуть придерживала, он тут же отступал и не лез туда, куда она запрещала.

— Так мы и думали! — прошептала Наталья, съедаемая той самой жабой, о которой сейчас так много говорят. — Везет же некоторым…

Алиса и в самом деле думала, что ей повезло. Вернее, вдруг начало везти. А почему было так не думать?!

На работе исчезли неприятности. Дома пропали отвратительные мыши, перестав будить ее по ночам своей возней. С Матвеевым они определились. Вернее, определился он, а ей некуда было деваться, только принимать все так, как есть. С Юрой все складывалось просто отлично.

Чего было тяготиться какими-то нелепыми предчувствиями? Замирать в ожидании беды, к примеру?

Все же хорошо. Все просто отлично. Еще месяц-другой, и Юра, возможно, созреет для серьезного разговора. Пару дней назад он о чем-то подобном намекал ей, целуя в шею возле уха. Сам целовал и тут же шептал между делом, теряя слова в судорожном потоке воздуха, вырывающемся из его легких.

Алиса никому бы ни за что не призналась, что втихую посетила салон для новобрачных и присмотрела для себя подвенечное платье с легкой розовинкой.

Все шло, как надо, и тут вдруг бац, возьми и случись этот гнусный вторник!..

Алиса, стараясь не стучать тонкими шпильками по паркету, вошла следом за Сергеем Ивановичем в его кабинет и, предупрежденная кивком его головы, тут же закрыла за собой дверь.

— Я вас увольняю, — опуская всяческие вступления, обронил Сергей Иванович, сел к столу, указал ей на место напротив и приказал: — Пишите заявление по собственному желанию, если не хотите по статье.

Вот оно! Созрел!!!

Она еще продолжала надеяться, что он успокоился, что смягчил гнев на милость, попритерся, попривык. Ан, нет!..

— Почему? — спросила Алиса, еще не осознав до конца, расстроилась она или нет.

— Вы в самом деле желаете это знать? — едко поинтересовался ее шеф и глянул так недобро и так тяжело, что внутри у нее все заныло.