Меня больше нет - Инна Разина

– Нет.

– Как думаешь, сможешь его узнать при случае?

– Не знаю, возможно. Слышно было не очень хорошо.

– Ладно, я запомнил марку и часть номера, выясню, что смогу. Но обычно в таких случаях используют угнанные машины или серые номера.

Глеб ушёл на кухню сделать нужные звонки, вернувшись, попытался остаться у меня до утра под предлогом поддержки и помощи. Но я быстро выставила его, ещё раз заявив, что в этом не нуждаюсь. Просто уже не доверяла себе, и оставаться долго с ним наедине не хотела.

* * *

В выходные я договорилась встретиться с братом и племянниками. Пашка выводил мальчишек в парк и предложил к ним присоединиться. Мы давно не виделись, я успела соскучиться. Я возилась с мотоциклом, когда у дома остановилась знакомая машина. Водитель высадил пассажира и отъехал на стоянку, а Глеб направился к подъезду, не замечая меня, пришлось его окликнуть.

Он подошёл ближе.

– Здравствуй! Ты куда-то уезжаешь?

– Сегодня у меня семейный день. Еду общаться с племянниками, – вспомнив мальчишек, я не смогла скрыть улыбку.

– Я хотел поговорить. Хорошо, в другой раз.

– Говори, слушаю тебя.

– Лучше потом. Всё равно там нет ничего интересного.

Он стоял и разглядывал меня, вдруг нерешительно спросил:

– Где вы встречаетесь?

– В парке, недалеко отсюда.

– Можно мне поехать с тобой? Я отвезу тебя туда и обратно.

Прищурившись, я смотрела на него и видела неуверенный взгляд, словно он уже заранее смирился с моим отказом. Сама от себя не ожидая, сказала:

– Хорошо. Только никаких машин и охранников. Едем на моём мотоцикле. Ты готов?

– Готов, – не задумываясь, ответил он. Я сходила за вторым шлемом, Глеб уселся сзади и обнял меня за талию.

Мы уже немного опаздывали, и я ехала чуть быстрее, чем обычно. Только чувствовала себя совсем не как обычно. Даже странно, что всего лишь его присутствие за спиной и крепкие руки, держащие меня, настолько сильно изменили ощущения. Это было состояние полной гармонии и счастья, которые я в основном испытывала в горах или в других местах с потрясающей природой. Хотелось, чтобы так продолжалось как можно дольше, жаль, что мы быстро приехали.

Когда Глеб снял шлем, на его лице играла такая беззаботная улыбка, которой я ещё ни разу у него не видела. А в глазах было похожее на моё ощущение восторга.

– Чёрт, как ты успевала всё замечать? У меня до сих пор мелькает перед глазами. С тобой опасно ездить! – смеясь, сказал он и легко стащил меня с мотоцикла.

День прошёл на удивление хорошо. Мой брат спокойно воспринял то, что я появилась не одна. А племянники довольно быстро нашли общий язык с Глебом и через некоторое время с удовольствием висели на нём, хвастаясь своими сокровищами. Мы нагулялись, перекусили в уличном кафе и вдоволь пообщались. Когда пришло время, Пашка тепло попрощался с Глебом и бросил на меня озадаченный взгляд. Родные знали, что у меня в планах не было семьи и детей, интересно, что же удивило брата?

Я смотрела на то, как Глеб смешно прощается с мальчишками, пожимая руки, как взрослым и подмигивая им, а они весело хохочут. И вдруг радостное настроение сменилось сильной тоской и даже болью. Я почувствовала, что сегодня сделала ещё несколько шагов к пропасти, а ведь уже удалялась от неё.

Глеб, помахав мальчишкам, повернулся и встретил мой взгляд, улыбка сошла с его лица. Он с тревогой смотрел на меня, не понимая, что происходит, и поднял брови в молчаливом вопросе. Мне нечего было ему ответить, всё это касалось только меня. Пришлось отвернуться и сделать вид, что не поняла его. Когда мы ехали назад, я уже жалела, что взяла Глеба с собой, и решила окончательно прервать наше общение. У подъезда он всё ещё приглядывался ко мне, но я изобразила непроницаемое лицо, холодно попрощалась и быстро ушла.

Видимо, этой поездкой я дала Глебу надежду на возобновление наших отношений. Теперь он почти каждый вечер приезжал ко мне, а если меня не было дома, ждал на улице. Я обратила внимание, что он сам сидит за рулём и не берёт с собой охрану.

Не один раз я повторяла, что у нас всё в прошлом, что не собираюсь к нему возвращаться. Но Глеб как будто догадывался, что я говорю не то, что думаю, и реагировал не на слова, а на мои чувства. Это выматывало меня, бороться и с собой, и с ним одновременно было тяжело. Что ж, раз сама дала ему надежду, значит, самой придётся и забрать её.

Я договорилась с Сашкой, заранее извинилась перед ним, сказав, что мне необходима помощь, чтобы он ничему не удивлялся и не придавал значения. Вечером, в то время, когда Глеб обычно приезжал, я ждала его на улице, Сашка рядом сидел на своём мотоцикле. Заметив знакомую машину, сворачивающую во двор, я прижалась к парню, обняла его и поцеловала. Наш поцелуй затянулся, я не торопилась, а мой друг принял слишком активное участие в этом представлении. С трудом оторвав от себя его руки, я оглянулась – джипа Глеба уже не было.