Скандал в благородном семействе - Марина Серова

— Даже если мне чего-то и не рассказывали, я не настолько слепа, чтобы не понять всего происходившего. Да, я знала, что она приобрела этого парня, и что с того? Маманя всегда отличалась слабостью к юнцам, к мужчинам моложе себя. Но это, кажется, не возбраняется?

— Не возбраняется, вы правы, — согласилась я, заметив, что сбоку лицо Катерины очень сильно напоминает профиль царицы Нефертити, такой же властной и трезвомыслящей женщины, как и она. — Ну, раз вы в курсе всего, то тогда, наверное, можете мне рассказать и о том, как складывались отношения этого парня с вашей матерью.

— Отношения? — Катерина захохотала, обнажив красивые белые зубы. — А как вы думаете, какие могут быть отношения у парня, который работает в ночном клубе стриптизером, и у богатой бабы? Любовниками они были, конечно.

— А вы, я вижу, не слишком свою мамочку-то жаловали, — заметив, каким тоном Катерина говорит про мать, сказала я. — Не боитесь, что у меня создастся впечатление, что вы тоже могли желать ее смерти, чтобы получить наследство и избавиться от опеки над собой?

Вопрос я задала намеренно в лоб, чтобы заставить девушку потерять над собой контроль и в порыве праведного гнева высказать все, что она думает и знает. Я поступала таким образом довольно часто, и этот способ редко когда меня подводил. Вот и на этот раз удалось зацепить чересчур уверенную в себе девицу, с самого начала не воспринимавшую меня должным образом.

Катерина яростно засверкала черными, как ночь, глазами, вскочила со стула и злобно произнесла:

— Да как вы смеете обвинять меня в смерти моей же матери? Какая бы она ни была, она мне мать, и это мое дело, какие отношения между нами были. Вас наняли расследовать ее убийство, а не валить вину на нас же.

— Вот именно — расследовать, — поймала я ее на слове. — Но только почему-то вы же сами не слишком мне помогаете в расследовании, а наоборот, пытаетесь вставлять палки в колеса. Сестрица ваша укрывает своего ухажера, который в тот день ошивался в доме и был замечен охраной…

— Это личное дело Светланы, — встряла Катерина.

Но я не обратила на ее слова внимания и продолжила:

— Вы не желаете прояснить мне кое-какие детали из личной биографии собственной матери, да еще ведете себя так, что невольно навлекаете меня на мысли о вашей причастности к преступлению. И как частный детектив, всегда проверяющий все версии, я, похоже, вынуждена буду взяться за копание и в вашей биографии тоже, чтобы проверить, так ли она чиста, как вы хотите показать.

После этих слов Катерина как-то сразу притихла, мозг ее активно заработал, что было видно по тому, как сильно она хмурилась и, ничего не видя перед собой, смотрела сквозь меня. Кажется, моя угроза ей не слишком понравилась: кому же захочется, чтобы кто-то посторонний, да еще и сыщик, начал рыться и в его грязном белье тоже.

Придя к какому-то решению, Катерина неожиданно резко сменила свою тактику и уже более спокойно произнесла:

— Извините, что нагрубила вам. У меня сегодня был не слишком удачный день. Мы с сестрой, как я уже сказала, в самом деле не убивали свою мать, но я более чем уверена, что это сделал как раз тот тип, про которого вы только что сказали.

«Опаньки! — удивилась я. — Как говорится, своя шкура дороже. Кажется, девочка решила перебросить подозрения с себя на любовника матери. Интересно, чем все это закончится?» — подумала я и сразу спросила:

— Почему вы так решили?

— А что еще остается думать? Он матери расписку написал, что будет верен ей до тех пор, пока не откупится или не вернет те деньги, которые она за него уплатила. Вам бы самой такая перспектива понравилась? Вот и ему — нет, тем более что от него требовалось ни много ни мало как спать со стару… — Катерина, не совсем еще контролирующая свои эмоции, назвала все своими именами, но спохватилась и сразу поправилась: — С пожилой женщиной.

Я едва не потеряла дар речи от ее последних слов. Единственная мысль, которая могла после всего услышанного прийти в голову, так это то, что Катерина попросту ненавидела свою мать.

— Вы полагаете, что он желал избавиться от хозяйки — постылой любовницы — и потому прибег к такому жестокому способу? — пристально глядя в глаза девушке, спросила я, стараясь сдерживать свои собственные эмоции и удивление.

— Ну да, — не слишком уверенно глядя на меня, ответила Катерина. — Он ведь к тому же в тот день тоже был в доме. Ну такой высокий, знаете, в светло-голубых брюках и белой рубашке. Вы его наверняка видели.

Я быстро покопошилась в своей памяти и действительно выудила из нее образ мужчины, про которого говорила Катерина. Он был весьма привлекателен, только выглядел уж слишком самодовольным, я таких мужчин не люблю. Я обрадовалась тому, что узнала, кого мне следует искать в ночном баре, отметив про себя, что о пребывании этого типа в доме Россовой в день убийства подруга Инны отчего-то мне не сказала. Затем я вновь переключилась на Катерину, задав ей самый тяжелый из всех вопросов:

— Если вы уверены, что именно этот человек убил вашу мать, то почему сразу не сообщили мне ничего, а заставили подозревать кого-то еще?

Катерина было открыла рот, но сразу же его закрыла и уставилась на меня какими-то тупыми глазами. Она явно не знала, что ответить, а потому перебирала в уме все возможные варианты. А я спокойно выжидала, что же она придумает. Наконец девица решилась и как ни в чем не бывало произнесла:

— Ваш вопрос совершенно уместен, но я была настолько завалена делами и… горем, — добавила она, — что как-то даже и не пыталась предполагать, кто мог совершить преступление. Да и потом, этого парня я видела лишь пару раз, а потому не сразу и вспомнила про него. Когда же вы сказали, что выяснили такие вот подробности о личной жизни моей матери, я сообразила, что, кроме него, отравить ее было абсолютно некому. — На несколько минут Катерина замолкла, а потом добавила: — Я надеюсь, что теперь вы сумеете доказать вину этого человека, ну и, конечно, постараетесь держать данную тайну за семью печатями. Мне бы не хотелось, чтобы про нашу семью ходили непристойные слухи.

— Да, я вас понимаю, — сделав вид, что поверила ей, произнесла я и, поняв, что более мне говорить с Катериной сейчас не о чем, поспешила распрощаться с ней.

По пути к машине я еще раз проанализировала разговор с обеими сестрами и пришла к выводу, что обе дочери ненавидели мать, причем старшая куда больше, чем младшая. К тому же очевидно, что Катерине и самой есть что скрывать, потому-то она и попыталась свалить вину на первого попавшегося, нисколько не задумываясь над последствиями этого.

Интересно, чего именно боится Катерина, в чем она нечиста, что так резко переменила свою тактику и принялась обвинять другого человека? Ох, неспроста она так поступила. Может, она-то и убила мать, а теперь боится, что я до этого докопаюсь? Но я и так докопаюсь, неважно когда — сейчас или потом.

Ну и запутанное же дельце мне попалось! Куча подозреваемых, количество которых с каждым днем все только прибывает, а не наоборот. Подумать я на данный момент могла на кого угодно: на последнего мужа Россовой, на очередного ее любовника — купленного стриптизера, а также на обеих дочек и на кавалера одной из них. М-да, немаленький списочек!