Доктор воровских наук - Валерий Гусев

И он снова вложил камни в стену.

А я все еще стоял, разинув рот.

– Как же ты догадался? - наконец спросил я.

– Очень просто.

Все у него просто!

– Тут на полу бумажка валялась, я ее подобрал: сто долларов! Наверное, в темноте из сумки выпала.

– Покажи, - я все еще не мог поверить в случившееся.

– А я ее обратно в сумку сунул.

Честный какой!

– Ты пока никому не говори об этом, - посоветовал Алешка. - Они нам пригодятся.

Еще бы! Тыща штук баксов!

Но честный Алешка имел в виду совсем другое…

Мы быстренько выбрались тем же путем, закрыли крышку люка и забросали ее камнями.

А потом, поднявшись наверх, решили все-таки сходить к оврагу.

И как же хорошо было наверху! И небо сияло, и ласточки прочеркивали его своим стремительным полетом, и березки на древних стенах, как флаги, трепетали своей свежей листвой. И ящерицы грелись на камнях.

Ну их, эти подземелья! С сокровищами, скелетами и танками.

Не дойдя немного до воротной башни, мы отыскали чуть приметный след автомобильных колес и пошли по нему. Он вел нас сначала по двору монастыря, а потом свернул в пролом в стене и стал спускаться среди леса к оврагу. Опять свернул в еще большую гущу деревьев и, петляя между ними, вывел нас к совсем незаметному въезду в подвал.

Мы заглянули туда, встретились глазами с тоскливыми фарами грузовика и пошли домой.

Вот теперь действительно все ясно.

По дороге мы разломили шоколадку и запили ее водой из фляжки. Вот и хорошо - не пришлось умирать от голода и жажды в вонючем подземном болоте.

Мы, из-за пережитых приключений, чуть не забыли про свои удочки. А возле них топтался дед Степа. И в бороде его пряталась усмешка.

– Это тайный агент Чашкина, - напомнил мне Алешка. - Ты с ним поосторожнее. Не откровенничай.

Я незаметно положил в траву монтировку и молоток и поздоровался с дедом. Алешка тоже что-то буркнул.

– Иде рыбка-то? - хихикнул ехидный дед. - Иль не ловится?

– Почему не ловится? - удивился я. - Мы вчера целое ведро натаскали.

– Вот такие вот караси! - Алешка пошире развел руки. - Монастырские!

Дед недоверчиво вытаращил глаза:

– Не врете?

– Мы никогда не врем и не курим! - сказал я.

– Особенно, - добавил Лешка, - возле бочки с бензином.

– Это почему? - совсем запутался дед.

– Дядя Федор не велит.

– Большой начальник?

– Не знаем, - сказал Алешка. - Мы его ни разу не видели.

– Тьфу! - плюнул дед себе на бороду. - Совсем старика запутали! Дали б мне лучше удочку, тоже охота карася поймать.

– Нельзя, - отказал я. - Папина очередь пришла. У него карась на два кэгэ сорвался.

– А на что ловил-то? - полюбопытствовал дед.

– На гайку, - сказал Алешка. - Ему дядя Федор дал.

– Очень уловистая, - добавил я.

Дед ошалело смотрел то на меня, то на Алешку.

Мы смотали удочки и направились к себе. Дед помолчал, потом спросил нам вслед:

– А вы где были-то?

– В монастыре, - сказал я. - Боеприпасы искали. Вы ж говорили нам, что их там целый склад остался.

– Да сбрехал я, - признался дед. - Один человек попросил - я и сбрехал, чтобы туда бомжи не лазили.

– Какой человек? Большой начальник?

– Дядя Федор… Тьфу! Милиционер один. А никакого там боеприпаса и нет.

– А вот и есть! - сказал я. - Мы там гранату нашли.

– Где? Покажь! - загорелся любопытством дед.

– Уже нету, - сказал я. - Она взорвалась.

– Ага, - небрежно добавил Алешка. - Мы ее только в руки взяли - она и рванула.

И мы безжалостно повернулись и пошли.

А дед как-то жалобно и растерянно пробормотал нам вслед:

– Вы б в пруду всеж-ки скупались бы.

Дался ему этот пруд!

В нашем стойбище было все спокойно. Мама лежала с книгой возле палатки. Папа с дядей Федором, большим начальником, - под машиной. С одного края машины торчали их ноги, с другого - головы.

Мама нашего прихода не заметила - она крепко спала. Мы по-тихому вернули на место инструменты и фонарик. А потом заглянули под машину - что они там делают? А они ничего не делали. Они тоже спали.

Сонного молока, что ли, опять напились?

Ну, мы не стали их будить, посчитали свои наличные деньги и сбегали на шоссе. Там, мы уже знали, под указателем «Рыбхоз» одна бабуля постоянно торговала живой рыбой.

Правда, на этот раз рыба у нее была не живая, а мороженая. Но мы все равно купили какую-то здоровенную на все наши деньги. А вернувшись, засунули ее в ведро с водой. Она была такая длинная, что ее пришлось свернуть в кольцо.

Мы поставили ведро на самое видное место и забрались в палатку. Здесь было душновато, тепло и уютно. И тишина кругом стояла летняя. Только муха где-то жужжала. Да время от времени шуршали страницы маминой книги. Но это не она их листала, а легкий летний ветерок.

А мы, уткнувшись головами, обсудили наши дела. И высказали друг другу свои предположения по этому загадочному делу.

Картина нарисовалась такая. Преступная группа во главе с маленьким Пугалом присмотрела монастырь для своих темных дел. А чтобы никто им не мешал, они пустили слух через деда Степу о том, что в монастыре остались всякие взрывчатые вещества со времен войны.

Потом они достали милицейскую форму, нарисовали на своем «жигуленке» гаишные знаки и стали останавливать на дороге большегрузные машины с дорогими товарами.

Придравшись к какой-нибудь ерунде в документах водителей, они отгоняли фуру в сторонку и… Вот тут полной ясности пока не было. Понятно одно - они каким-то образом вводили им сонный препарат, изготовленный Доктором. Водители засыпали, а проснувшись, ничего не помнили. Фуру с товаром тем временем бандиты перегоняли в подвал монастыря - этот шум ночью и свет мы и увидели в первую же свою ночевку.

Потом товар перегружали в другие машины и увозили на продажу. А чтобы не вызвать подозрения, эти машины сопровождал маленький Чашкин на будто бы гаишном «жигуленке».

Вот и вся их преступная механика. Простая, но хитрая.

А сейчас они получили сведения, что скоро на шоссе появится еще одна фура с дорогими вещами. И бандиты готовятся и ее похитить.

– Вот фиг им! - сказал Алешка.

И я знал - так и будет.