Грабеж средь бела дня - Валерий Гусев

– Все, - сказал Алешка. - На сегодня хватит. Игорь Зиновьевич, я пошел домой. У меня там… - И он покрутил головой.

– Странно, - признался Бонифаций, - то тебя из школы домой не выгонишь, то ты сам домой рвешься.

– У меня задание от папы, - громким голосом, «по секрету», сообщил ему Алешка. - Дом караулить. Квартиру стеречь. Папа премию получил. В размере сколько-то окладов. Украдут еще. А он собирается материалы для дачи купить. Целый «КамАЗ» с прицепом.

Ребята, конечно, прислушивались к разговору - интересно все-таки, когда кто-то премию получает в размере «КамАЗа» с прицепом. Но Лешка на достигнутом не остановился, он очень увлекающаяся натура, как мама про него говорит. Он еще шире распахнул глаза и задрал хохолок на макушке:

– А на остальные деньги папа обещал нам винтовку купить. За тыщу баксов.

– Хвастунишка, - усмехнулся Бонифаций. - Фантазер. Ну беги, ладно. Но имей в виду - три дня до бала осталось.

– Не подведу, - сказал Алешка. И вышел из зала.

А Жучков посмотрел ему вслед. И тоже вышел. Но не привлекая к себе внимания.

А я вышел вслед за ним. Тоже не привлекая к себе внимания.

Жучков догнал Алешку в раздевалке и о чем-то его спросил. Алешка что-то ему ответил и, наскоро одевшись, помчался домой. А Жучков, наскоро одевшись, помчался в другую сторону.

И я помчался в ту же сторону, по следу Жучкова. Причем без особых предосторожностей, потому что он мчался как угорелый. Как от бешеной собаки. По направлению к оврагу.

Возле красочного рекламного щита черных магов и мировых чародеев Жучков притормозил, потому что чуть не столкнулся с каким-то пацаном. Толян схватил пацана за рукав и спросил:

– Батя твой на месте?

– Сеанс проводит, - кивнул пацан. - А тебе чего?

– Надо! - и Жучков, не оглядываясь, помчался дальше, в самый Ведьмин угол, и скрылся в подъезде двухэтажного дома. А пацан столкнулся теперь со мной. Это был Витек Орликов из шестого «А». Значит, успел я подумать, он сын рыжего гипнотизера Орлянского. Орлянский - это, наверное, псевдоним, как у эстрадного артиста, для красоты и внушительности. И не этот ли рыжий хвостатый Орлянский сидел за рулем, когда нас с Алешкой пытались похитить?

Ну вот, кое-что проясняется. А Жучков, скорее всего, прибежал к Орлянскому доложить, что нашел следующую жертву. Дураков таких нашел. Вроде нас с Алешкой. Которые во все горло хвастаются «КамАЗом» денег.

…Ладно, всякое дело надо доводить до конца: нам об этом каждый день твердят - то дома, то в школе. Поэтому я решил все-таки окончательно убедиться, что Жучков к гипнотизеру помчался неспроста.

Дверь мне открыла какая-то задумчивая жующая тетка, наверное, пациентка. Потому что она сразу же спросила меня:

– На гипноз? За мной будешь.

Из-за ее широкой спины я осторожно заглянул в прихожую-приемную. В этот раз она была полна народа. Пациентов то есть. Только Жучка в ней не было.

Телевизор с выключенным звуком работал вовсю. На его экране мельтешили какие-то драчуны и ползали по нему тараканы. Но на них никто не смотрел - все с интересом и даже с некоторым опасением прислушивались к монотонному голосу Орлянского, который доносился из-за закрытой двери его врачебного кабинета.

Я вошел, прислонился к стене поближе к этой двери и тоже стал прислушиваться.

Жучок был там и, наверное, стоял рядом с дверью, потому что его голос я слышал вполне отчетливо. Но ничего особенного он не сказал. А если сказал, то гораздо раньше, пока я его догонял.

Гипнотизер спросил его:

– А чего ты ко мне прибежал?

– Да батя сегодня поздно придет.

– Ладно, посиди, я сейчас закончу. - И он продолжил свою работу с пациентом. - Спать, спать, спать… - монотонно, ровно и мягко журчал его голос. - Вы засыпаете. Вам тепло и уютно. Вы забыли обо всех неприятностях и болезнях. - И вот тут его речь стала тверже, резче и настойчивей: - Ваши суставы размягчаются, позвоночник распрямляется. Ничего не хрустит, не скрипит, не цепляется. Вы больше не будете кряхтеть и охать. К вам вернулась беззаботная молодость…

Дальше я не стал слушать - во-первых, побоялся, что меня увидит Жучков, а во-вторых… Во-вторых, у меня стала появляться и прорастать, как робкая травка ранней весной, неясная еще мысль…

Я оторвался от стены и пошел к выходу. Тетка, которая меня впустила, быстро что-то дожевала, проглотила и сказала мне вслед ехидно:

– Испугался пацан.

Не испугался пацан. Пацан боялся спугнуть интересную мысль.

Вот ведь что получается с этим гипнозом. Человека усыпляют, а потом ему в этом сне можно внушить что угодно. Стал же Санек великим математиком, правда, не надолго. Вот только усыпить, наверное, не каждый сможет. Тут нужен особый талант. И особый завораживающий взгляд. Я такой взгляд уже как-то испытал на себе…

Дома я рассказал Алешке о результатах своей слежки за Жучком, а он мне о разговоре с ним. Оказывается, когда они уходили из школы, Жучок настойчиво допытывался - не соврал ли Алешка про «КамАЗ» денег и ружье за «тыщу баксов»?

– Подозрительно? - спросил Алешка.

– Подозрительно, - согласился я.

Что ж, события развиваются. И мы их направляем и контролируем.

Не знал я, правда, что в наши хитрые планы уже начали вмешиваться обстоятельства, от нас не зависящие. Обстоятельства, которые мы предусмотреть никак не могли…