Гарем чужих мужей - Мария Жукова-Гладкова

– Конечно, тетя Вера, – ответил Сашка и укоризненно посмотрел на меня.

«Пусть отправляются», – подумала я. Все равно им делать нечего: Верка если и работает, то вечерами и ночами, Сашка – на каникулах. А у меня в турфирме запарка. Да и в самом деле нам надо бы пополнить наши запасы рядом инструментов из наборов взломщика. Интересно было бы посмотреть на лицо продавца после вопроса покупателя: а что вы можете предложить для вскрытия гробниц? Хотя ведь вполне могут что-то предложить. Рынок.

К моему удивлению, сын с подругой смогли довольно быстро подцепить плиту, а потом уже одна Верка, прилагая силушку молодецкую, сдвинула ее в сторону. Плита ехала по каменному полу с мерзким скрипом, от которого мы все кривились и одновременно прислушивались: не принесет ли еще кого-то нелегкая.

Затем я направила фонарик внутрь.

Гроба не было. На каменном столе (или постаменте? или как там его?) лежал труп мужчины. Не в саване, не в покрове, а в остатках современного костюма. Руки мужчины были как-то странно заведены за спину.

Сашка тихо присвистнул. Я молчала. Верка, ни слова не говоря, полезла внутрь, стараясь не дотронуться до трупа. Она случайно не перегрелась на солнышке?

– Лана, взгляни-ка, сколько ему? – прошептала Верка.

– В смысле?

– Лет сколько?

– Какая тебе разница?

– Я не про возраст. Сколько он тут лежит? Умер давно?

– Как я это определю?

– Но ты же медсестра все-таки.

Я не медсестра уже сто лет, хотя в свое время окончила медучилище и даже побывала в Афгане, но потом потребовалось зарабатывать деньги, чтобы кормить семью, – и я оказалась в туризме, хотя кое-что из полученных навыков иногда приходится использовать на практике. Но определить возраст трупа? Я же не судмедэксперт.

Я подошла поближе и, оставаясь в ногах пьедестала, направила луч фонарика прямо на лицо мужчины. Это был не разложившийся труп, но и не скелет. То, что лежало перед нами, скорее можно было назвать неким подобием мумии. Возможно, мумификация произошла от условий хранения.

Но тут же возникал вопрос: кто его сюда поместил? Давно ли? И что делать нам?

Верка тем временем уже шарила по карманам. Неужели надеется обогатиться? Я еще понимала, когда она осматривала карманы только что убитых лиц, но притрагиваться к мумии… Бр-р-р… Сынок, на которого я посмотрела искоса, чуть не прыгал от нетерпения, подбадривая тетю Веру. Кого я вырастила? Правда, тут же себя одернула: сама виновата во всем. Нечего было ребенка посвящать во все наши дела и брать с собой на вылазки. Хотя, с другой стороны, мог бы связаться с какой-то нехорошей компанией, попробовать наркотики… Нет, пусть лучше с нами по гробницам лазает. Под присмотром и при благотворном влиянии – моем и тети Веры.

– В карманах ничего, – объявила Верка. – В смысле ничего интересного.

Затем внезапно Верка резко втянула воздух.

– Ну?! – не могла больше терпеть я. Сашка вытянул голову вперед.

Если вначале Верка шарила по карманам, не переворачивая тело, то теперь она решила взглянуть, нет ли чего-то под ним. И обнаружила, что руки мумии перевязаны такой же проволокой, какой была замотана решетка.

– И как это понимать? – спросила подружка, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Ты вообще ничего не нашла в карманах? – уточнила я, немного придя в себя.

– Платок носовой, – пожала плечами Верка. – Зажигалку старую. Не золотую.

– Вынимай, – велела я.

– Зачем? – глянула на меня подруга, но тем не менее приказ выполнила.

И тут же снова резко вдохнула воздух. На зажигалке были выгравированы инициалы «СВ».

Я присела на корточки перед сумкой, извлекла оттуда полиэтиленовый пакет, протянула Верке, она положила туда улики и при помощи Сашки спустилась с пьедестала. Я убрала мешочек в сумку, потом посмотрела на сообщников, заметив, что было бы неплохо поставить плиту на место. Незачем кому-то знать, что мы тут были.

– По нашим следам это и так ясно, – сказал Сашка, глядя под ноги.

– Одно дело – следы в склепе, другое – вскрытие ниши. Ведь если кто-то спрятал тут труп, значит, не хотел, чтобы до него добирались.

– Интересно, кто прятал? – задумчиво произнесла вслух Верка после того, как они с Сашкой вернули плиту на место и осмотрели результаты своей работы.

Мне лично казалось, что возможны два варианта: это работа обитателей (или обитательниц) замка или жителей ближайшей деревни обеспеченных граждан. Из Питера сюда, конечно, никто бы не потащил труп. Сообщники склонялись к такому же мнению.

– Интересно, а в других склепах тоже есть современные мумии? – выдала Верка следующую мысль.

– Это можно узнать только опытным путем, – сказала я. – Только надо ли нам это? По-моему, мы приехали сюда искать Костю.

– Мама… – в ужасе произнес сынок. – А если дядю Костю уже…

– Типун тебе на язык, – ответила я, но опять задумалась.

Кому надо было бы убивать Костю? За что? Уж братец-то точно никому не переходил дорогу. И вообще его убить могли только после того, как я не выполню чьих-то требований. Но требований не поступало…

– Верка, – посмотрела я на подругу, – ты не обратила внимания, как мумия померла? – Я кивнула на только что задвинутую плиту.

– А мне какое до этого дело? – посмотрела на меня подруга.

– Так, сдвигайте плиту, – велела я сообщникам. – Надо взглянуть, что с ним сделали.

– Ты что, раньше не могла сообразить? – прошипела Верка, но тем не менее взялась за работу.

Следующей к мумии полезла я, ругая себя последними словами за то, что не взяла перчатки. Хотя мой прошлый медицинский, в особенности афганский опыт здорово помог.

Осматривая тело (к счастью, полуистлевшая одежда легко слетала), я чуть не лишилась сознания. Нет, не от вида мумии: этим меня уже давно не удивишь.

Человека пытали перед смертью. Даже при беглом, поверхностном осмотре в тусклом свете фонарика я насчитала семь трещин в разных частях тела. Конечно, сейчас уже нельзя было сказать, прижигали его огнем или делали что-то еще, но, скорее всего, его лупили чем-то типа железного прута или… Возможно, с ним поработал какой-нибудь каратист.

Я вылезла из гробницы, Верка ехидно уточнила, все ли я посмотрела и не придется ли еще раз двигать плиту, я покачала головой, и они с Сашкой во второй раз поставили ее на место.

– Мама, мы пойдем дальше? – с надеждой спросил Сашка. – Вдруг где-то и сокровища найдутся?

– Ребенок прав, – поддержала сына Верка. – По крайней мере, хоть что-то интересное мы должны найти.

– Не сомневаюсь, – ответила я, первой поворачиваясь к решетке.

И я первой выходила наружу. Потом резко отпрянула назад, врезавшись в Сашку и наступив ему на ногу. Ребенок взвыл, но тут же закрыл рот, когда увидел, как я повернулась к нему, прикладывая палец к губам.