Побег с Лазурного берега - Антон Леонтьев

– Добрый день, моя дорогая, – произнес он, подавая ей руку. – Меня зовут профессор Виктор Геллендорф, я – главный врач клиники, в которой вы оказались.

Голос профессора действовал на девушку успокаивающе. Он подробно объяснил ей, какая терапия будет задействована для того, чтобы активизировать процесс возвращения памяти. Лиза мало что поняла из его объяснений, однако сразу прониклась доверием к доктору.

– Я уверен, что вам, моя дорогая, у нас понравится, – сказал напоследок Геллендорф. – Разрешите заметить, что вам сказочно повезло: вообще-то попасть в мою клинику не так-то просто, желающие иногда по несколько месяцев ждут места. Но я не мог отказать мадам Кречет, которая была так тронута вашей судьбой, что решила оплатить ваше пребывание и лечение у нас.

– А почему дверь моей комнаты запирается? – поинтересовалась Лиза. – А окно забрано решеткой...

– Таковы стандартные предписания Министерства здравоохранения, – развел руками профессор. – Однако вы не должны чувствовать себя в заточении, поэтому с десяти утра до шести вечера вы сможете перемещаться по этажу и даже заглядывать в гости к другим пациентам. При условии, конечно, что они будут согласны на ваш визит. Однако вечером и ночью дверь должна быть закрытой. У нас имеются прелестный сад, а также бассейн, спортзал, обширная библиотека и кинозал. Вам стоит только сказать медсестре или санитару, и они проводят вас туда, куда вам требуется. Вы сами увидите, что наша клиника ничуть не похожа на тюрьму! Мы заботимся не только о здоровье наших пациентов, но и об их интересах. Кормить вас будут три раза в день, и вы обладаете правом выбирать из четырех меню.

Профессор покинул Лизу, и после его ухода девушка долгое время стояла около окна, всматриваясь в море. Появилась медсестра, которая принесла ужин – омлет с ломтиками помидоров, фруктовый салат, кусочек абрикосового пирога и чашку чая. Лиза с аппетитом перекусила, а затем приняла душ. Когда вернулась в комнату, обнаружила, что грязная посуда исчезла, а кровать разобрана, приготовлена для ночного отдыха.

Лиза быстро провалилась в сон, однако посреди ночи проснулась. Электронные часы показывали начало третьего. Ей снова привиделся странный и страшный сон – теперь это была сцена на кладбище. Она знала, что хоронят ее маму.

Во время сеанса психотерапии, который проводил профессор Геллендорф лично, Лиза поведала ему о тревожащих ее снах. Профессор сделал пометки и успокоил девушку:

– Не исключаю, что ваши сны имеют отношение к вашей прошлой жизни, моя дорогая, однако, вероятнее всего, они – отражение ваших психологических проблем и являются аллегориями. Вы не должны думать, что ваша мама действительно умерла или вы были свидетельницей того, как некий старик занимался сексом с молодой рыжеволосой девицей. Думаю, мы можем кое-что предпринять против подобных снов. Я назначу вам таблетки, от которых вы будете спать как убитая!

Профессор сдержал обещание – с того дня Лиза стала получать дважды в день розовые пилюли, и сны прекратились. Жизнь в клинике походила на отдых в отеле – пациенты резвились в бассейне, тренировались в спортзале, смотрели фильмы и брали книги в библиотеке. Лиза надеялась, что беседы с профессором и таблетки, прописанные им, помогут ей вспомнить, кем она была раньше, но проходили неделя за неделей, и ничего не изменялось. Она пыталась узнать у профессора, когда же наступит улучшение, тем более что до прибытия в клинику воспоминания начали возвращаться к ней.

– Дорогая моя, не стоит торопиться, – успокоил ее профессор Геллендорф. – Человеческий мозг – чрезвычайно сложный орган. Мы прикладываем все усилия, чтобы вы смогли вернуться к прежней жизни. То, что вы посчитали воспоминаниями, в действительности было всего лишь вашими фантазиями.

После этого разговора Лиза стала получать белые и синие таблетки. После них она могла часами сидеть на кровати или в углу библиотеки и, уставившись в угол, ни о чем не думать.

Как-то ее навестили мадам Кречет и «мэтр Барни». Они были очень ласковы и оставили ей большую коробку шоколадных конфет. Лиза чувствовала благодарность к этим людям – они ее знать не знали, однако оплатили пребывание в одной из лучших клиник. От большого количества шоколада и принятых незадолго до визита мадам и «мэтра» таблеток девушку потянуло в сон.

Проснулась она внезапно, лежа лицом к стене, левая рука затекла. Лиза хотела было перевернуться, но услышала голоса. Профессор Геллендорф и мадам Кречет стояли, видимо, в дверях ее комнаты и переговаривались.

– Как долго, профессор? Вы обещали, что через пару месяцев все уладите. Прошло уже десять недель.

– Я знаю, мадам. Не торопите меня. Все уже на мази. Думаю, на следующей неделе.

– Что это будет? Самоубийство?

– Нет, для самоубийства у нашей дорогой Русалочки нет оснований. Таблетки возымели великолепный эффект.

– Профессор, не тяните больше с ней. Избавьтесь от нее раз и навсегда.

– Мадам, не так громко! Не забывайте, что в моей клинике всего несколько человек знают всю правду. Большая часть врачей, санитаров и медсестер ни о чем не подозревают. И меняться это не должно. Я уже сказал вам – на следующей неделе.

– Несчастный случай?

– Да, несчастный случай. За всю историю клиники у нас был всего один, так что самое время для второй трагедии.

Профессор и мадам Кречет удалились, голоса смолкли. Лиза, взмокшая от страха, еще какое-то время лежала на затекшей руке. Только когда стало совсем невмоготу, перевернулась на другой бок. Они говорили о ней! Русалочка – так ее называли в больнице. Но что они имели в виду под «несчастным случаем»? Почему с ней должен произойти несчастный случай? Ее размышления прервало появление медсестры с ужином и вечерними таблетками (к синим и белым прибавились зеленые и желтые). Она протянула девушке пластмассовый стаканчик с лекарством и бокал воды.

«Таблетки возымели великолепный эффект». Еще бы, она ни о чем не думает, ничего не хочет, часами сидит в углу и спит, как бревно, без сновидений! Так вот для чего нужны все эти разноцветные пилюли...

– Дорогая, прими, пожалуйста, таблетки. Ты же знаешь, они требуются для твоего скорейшего выздоровления, – проворковала медсестра.

Девушка поднесла стаканчик к губам и опрокинула его содержимое в рот. Медсестра, улыбаясь, следила за ней. И как же раньше она не замечала, что за тем, чтобы она проглотила таблетки, всегда следят? И это – клиника? Нет, настоящая тюрьма!

Лиза намеренно задела локтем поднос с ужином, который медсестра водрузила на стол. Тарелки полетели на пол, медсестра бросилась поднимать их. Воспользовавшись тем, что она отвлеклась, Лиза выплюнула таблетки изо рта и зажала их в кулаке.

Медсестра снова уставилась на нее, и девушка отпила большой глоток из бокала, делая вид, как будто глотает таблетки.

– Извините, – пробормотала Лиза, указывая на разбитую посуду. – Я такая неловкая...

– Ничего страшного, моя дорогая, – ответила медсестра. – Ты приняла таблетки? Вот и хорошо! Сейчас я принесу тебе ужин!