Уинстон, берегись! - Фрауке Шойнеманн

– Так, довольно обнюхиваний, давай-ка на диван, бедный мой котик, – весело заявила Кира и отнесла меня на мое любимое место. – Иди сюда, Одетта, устраивайся рядом. Уинстону не помешает немного отвлечься от пережитого ночью кошмара, правда?

В подтверждение ее слов я громко замурлыкал. Одетта запрыгнула на диван и расположилась рядом со мной.

– А когда я закончу с обедом и домашними заданиями, Уинстон, – предупредила Кира, – нам нужно будет хорошенько подумать, где и как ты все-таки проглотил этот проклятый яд. Я все-таки не могу отделаться от мысли, что мы имеем дело не с одним отравителем. И это мне совершенно не нравится!

– Как долго мы с Рози проторчали в этой коробке, сказать не могу.

Одетта лежала рядом со мной на диване и рассказывала продолжение той страшной истории из своего прошлого. И хотя мне самому только что довелось столкнуться с тяжелыми испытаниями, страдания моего желудка, кажется, не шли ни в какое сравнение с теми ужасами, что выпали на долю Одетты.

– В какой-то момент мы полностью утратили ощущение времени. Сколько дней и ночей так прошло, я не знаю. Нас мучил голод, но страшнее всего была жажда. Чего бы мы только не отдали за пару дождевых капель! Но к нам не могло просочиться ни одной, даже когда снаружи шел проливной дождь, громко барабаня по крышке коробки. Иногда, казалось, мы слышали шаги. Тогда мы принимались мяукать что есть мочи. Но все впустую.

Мороз пробежал у меня по коже. Все-таки хорошо заранее знать, что Одетту и Рози спасли, иначе бы я эту историю сейчас вообще не слушал.

– И вот наконец Рози так ослабела, что могла лишь лежать на дне коробки, свернувшись клубочком, и спать. Мы, конечно, старались как-то друг друга подбадривать, но тут силы ее совсем оставили. Я почувствовала себя ужасно одинокой и в конце концов тоже улеглась на дно коробки.

Одетта на секунду остановилась, чтобы перевести дыхание.

– Я попрощалась с жизнью.

Какое-то время мы молчали, потом Одетта продолжила:

– Мне приснилась огромная собака, она обнюхивала меня и собиралась сожрать. А я никак не могла убежать, словно была парализована. И вот она все трясла меня и лаяла, а я все шипела на нее, но не могла пошевелиться – только шипела и шипела… И в какой-то момент до меня дошло, что я не сплю! Возле нашей коробки стояла собака и тормошила ее!

Видеть я ее, конечно, не могла, но учуяла безошибочно. И тут мне в голову пришла спасительная мысль: я вспомнила, что собаки практически никогда не гуляют сами по себе, без людей. И что если собака отлучится надолго, то хозяин наверняка отправится на ее поиски. И тогда обнаружит коробку и найдет нас!

– Да, это логично, – кивнул я. – И что же ты сделала?

– Я собралась с остатками сил и принялась мяукать и шипеть что было мочи. Чтобы собака не убежала! Как я только не обзывала ее – в надежде, что она разозлится и не отойдет от коробки. Так и сыпала ругательствами: «глупая собака», «шелудивая дворняга», «вонючая псина» – и все в таком духе. На удивление это сработало. Собака по-настоящему рассвирепела, все время рычала на коробку и пыталась ее открыть.

Я был впечатлен! Даже перед лицом самой большой опасности, когда силы на исходе, Одетта действовала невероятно умно!

– Ну и в какой-то момент я наконец услышала человеческий голос: «Хассо, ко мне! Хассо, куда ты запропастился?» Кажется, еще никогда в жизни я так не радовалась человеку.

– И что случилось потом?

– Человек и в самом деле подошел к нам. Собака, слава богу, все еще рычала на нас, поэтому он решил присмотреться к коробке повнимательнее, а потом попытался открыть крышку. Но это было не так-то просто, потому что злая племянница заперла ее на замок. Я уже боялась, что он сдастся и просто бросит нас там, и снова стала мяукать и шипеть. И хотя человеческие уши вообще-то ни на что не годятся – он меня все-таки услышал.

Фух, ну и история! Даже слушать спокойно невозможно, сердце так и рвется из груди!

– Как бы то ни было, он стал громко кричать – сперва: «О боже мой!», а потом другому человеку: «Карл, скорее сюда! И ящик с инструментами из машины захвати! Я нашел тут нечто ужасное!» Именно эти слова – никогда их не забуду.

– А дальше?

– Вскоре вновь раздались чьи-то шаги. И вдруг кто-то всерьез взялся за коробку. Нас внутри трясло и мотало. Наконец коробка открылась, я вышла наружу, совершенно ослепшая от яркого света – но очень счастливая!

– Фух, пронесло! Какая кошмарная история! И кто бы мог подумать, что благодарить за спасение придется собаку!

– Ты прав, кто бы мог подумать? Впрочем, что люди способны так обращаться с кошками, я раньше тоже подумать не могла!

– А что было дальше? Люди забрали вас с собой? И как Рози – она пришла в себя?

Одетта на секунду задумалась.

– Люди отнесли коробку с нами в машину. Рози все еще не издавала ни звука, но я слышала, как она дышит. Она просто была без сознания. Один человек сказал другому, что лучше всего будет отвезти нас в приют для животных и что там наверняка есть ветеринар, – сухо рассмеялась Одетта. – И хотя раньше сочетание слов «приют» и «ветеринар» привело бы меня в такой ужас, что я немедленно попыталась бы выпрыгнуть из машины, в тот момент оно прозвучало для меня как музыка.

Могу себе представить! На месте Одетты я бы чувствовал то же самое.

– К сожалению, приютом моя одиссея не закончилась, – вздохнула Одетта.

– Нет? А что же было дальше? И что стало с Рози? Ну же, теперь я хочу узнать все, – напирал я на Одетту.

– Не-ет, Уинстон, остальное я расскажу тебе, когда…

Эй! Когда что? Я сгораю от любопытства!

– …Когда выясним, отчего тебе сегодня ночью стало так плохо. Я думаю, Кира как раз это и собирается с тобой обсудить!

Одетта хихикнула – очевидно, появление Киры она заметила раньше меня. И действительно, девочка стояла прямо возле дивана и выжидающе смотрела на меня. Я, конечно, очень люблю Киру – но почему, кошачий ты лоток, она всегда возникает именно в тот момент, когда история принимает по-настоящему интересный оборот?!

Вителло тоннато. Вителло тоннато? Вителло тоннато!

– Значит, ты готов поклясться любимой когтеточкой, что точно не ел ничего с улицы? – Кира строго на меня посмотрела, я кивнул и поднял правую лапу. Я видел, что так делали в одной передаче по телевизору. Там показывали людей, одетых во все черное. Они заседали в каком-то зале. Перед ними стояли другие люди, которые должны были поклясться, что будут говорить правду и ничего кроме правды. В этом жесте было что-то страшно серьезное и торжественное, вот я и решил его повторить.