Хеппи-энд для Дездемоны - Дарья Донцова

Ярцева задержали и допросили. Василий выдалсобственную версию случившегося. Он домой не заходил, газеты не видел, сидел наработе, потом решил сходить в кино. Один, надумал развеяться. Но когда стоялвозле кассы в кинотеатре, у него зазвонил мобильный. Глухой - то ли женский, толи мужской - голос заявил:

– Твоя жена в гостинице «Оноре», запомниадрес. С любовником! Хотят уехать потом из Москвы, у них при себе чемодан сденьгами, которые Ника украла у семьи. Проверь, если сомневаешься!

Муж кинулся в отель, влетел в номер, увидел наполу изуродованное тело, на лице убитой лежал молоток. Ноги у Ярцеваподкосились, он сел на пол и поднял инструмент. Естественно, Василийиспачкался, кровь там была повсюду. И тут примчалась милиция.

– Не очень оригинальная версия, -отметила я. - А фото Ники откуда взялось?

– Сказал, что всегда носил его вкошельке. Романтичный очень!

– А молоток? Тоже из любви при себе имел?

– По поводу орудия убийства Ярцевсообщил: у его машины взломали багажник, пропал чемоданчик с инструментами.

– Ловко!

– Повторяю: войдя в номер, Вася увидел,что на лице убитой лежит его молоток из того самого исчезнувшего набора.

– На мой взгляд, все молотки одинаковые.

– Ну это ты зря, - хмыкнул Олег. - Хозяинсвои инструменты труда всегда отличит. Тем более что Ярцев намотал на рукояткурозовую изоленту и написал на ней свою фамилию.

– Жаль, что убийца не указал там же адреспо прописке, телефон и ИНН! А еще, дабы упростить работу криминалистов,следовало держать в борсетке анализ на ДНК и токсины! - взвилась я.

– Ярцев свою вину отрицал. Полностью. Еговременно оставили в покое, поместили в камеру и не вызывали на допрос.

– Почему? - удивилась я.

– Иногда человека лучше не тревожить, -пояснил Куприн. - Пусть посидит, подумает, дозреет. Еще хотели провести очнуюставку между Галиной Киселевой и Василием, но процедуру отложили, администраторвзяла бюллетень.

– И вы особо не торопились.

– В производстве много дел, ярцевскоедело ясное, можно было притормозить, - без раздражения ответил Олег.

– А теперь что?

– Закроют дело и в архив сдадут в связисо смертью основного подозреваемого.

– Ясно… - протянула я. - Ты же, наверное,уже бумаги перед собой положил?

– Точно, - засмеялся Олег.

– Окажи мне еще одну услугу.

– Для тебя любую.

– Прочти описание вещей покойной.

– Секундочку, ага, вот. Туфли черные накаблуке, украшенные стразами, майка шелковая темно-зеленого цвета на завязках,юбка короткая, оранжевая, без карманов, с поясом, лифчик прозрачный, размервосемьдесят-С, застежка спереди, трусы сильновырезанные, задняя часть в виделенты с блестящими камушками предположительно искусственного происхождения…

Я невольно улыбнулась. Милицейские протоколы -отдельная песня, в них можно встретить такие перлы! «Майка шелковая» - этотопик, а «трусы сильновырезанные» скорей всего стринги.

– Чулки фиолетовые, с подвязками, направом несколько дырок… - продолжал Олег.

Вот вам еще одна милицейская загадка: какимобразом они узнали, какой чулок правый, а какой левый? Они же одинаковые!

– Сумка небольшая, в ней два презервативав ненарушенной упаковке, помада фирмы «Шанель» номер сто двенадцать, цвет унее, как у пожарной машины, пудра в коробочке…

– Спасибо, хватит. Скажи, там не указанЛарсик?

– Кто? - изумился Олег.

– Ой, прости, - опомнилась я, - плюшевыйтигренок, потерявший от старости товарный вид.

– Нет, ничего похожего. А почему тыинтересуешься?

– Жаль, - вздохнула я, проигнорироваввопрос Олега.

– Я сумел тебе помочь?

– Да, да, конечно, до свидания.

– Погоди! Есть одна интересная деталь.

– А именно?

– Ника в тот день дважды вступала винтимную связь, это установили при вскрытии.

– Никогда не считала Терешкину оченьсексуальной, да, видно, ошибалась, - пробормотала я.

– Причем фатально, - обрадовался невестьчему Куприн. - Мужики разные.

– Которые? - вздрогнула я.

– Любовники Терешкиной.

– Ты ничего не путаешь?

– Нет, наша лаборатория не ошибается. Двавида ДНК, ни один не принадлежит мужу.

– Не верю своим ушам! У Ники было двалюбовника?

– Ну, по крайней мере парочка парнейпорезвилась с ней. Да, кстати, убитая лечила гонорею, но до конца от нееизбавиться не успела.

– Врешь!

– Нет, конечно. Этот факт тоже отражен вбумаге из лаборатории.

– Но Ника - примерная жена и мать! Я знаюТерешкину не один день.