Крест великой княгини - Юлия Алейникова

— А наутро? Вас не удивило, что Маслов утром на работу не поехал?

— Нет. Он, бывало, мог очень рано из дома уехать, а мог и до обеда просидеть, а то и позже. Не часто, конечно, но случалось. Да и вообще, я же ему не жена, чтобы с такими вопросами лезть. Мое дело — газон подстричь, кусты, мусор вывести, ремонт мелкий.

— А кухарка с горничной — они во сколько появились?

— Ольга вчера выходная была. Она с Инной заранее договорилась, чтоб через день ездить, пока хозяйки нет. И Алинка, когда хозяйка в отъезде, через день приходит убираться. Мне так кажется, что Инна не хочет, чтобы без нее молодая баба в доме крутилась, — чуть понизив голос, признался Василь Васильевич. — Только ты уж меня не выдавай, это я так, предполагаю. Во всяком случае, любая нормальная женщина так бы рассудила.

С этим Пашка был согласен, хотя Алины пока еще и не видел.

— А сейчас они обе на месте?

— Сейчас да, хозяйка же вернулась, так обе на посту.

— Да, и по поводу вчерашнего дня, — спохватился Паша. — Хозяина вы не видели, персонал не появлялся, а кто появлялся?

— Так Илья с очередной пассией появился. Аппетитная такая девица, в шортах спортивных, в майке, все наружу. Думал небось, что отца нет. Хотя ему по большому счету все равно, — махнул рукой Василь Васильевич. — Такой уж он у нас. Но вообще парень неплохой. К людям с уважением. Не грубит никогда, всегда поздоровается. С праздником поздравит, не забудет. Неплохой, в общем-то, парень, хоть и балбес.

— Хорошо. Значит, приехал Илья, и что было дальше?

— Дальше. Я в это время кипарисы вдоль ограды ровнял. Он выбежал из дома сам не свой, говорит, отца убили. Я, конечно, пошел посмотреть. Девица в гостиной сидит, воет, по мне, так больше притворяется, орет, чтобы ее немедленно домой отвезли, а в спальне на кровати Юрий Кириллович. Илья полицию еще до меня вызвал, он еще «Скорую» хотел, да чего уже там «Скорую»? Сразу видно, что поздно. Ну вот и все. Я с ним за компанию посидел, подождал, ну а уж когда ваши приехали, да еще приятель Юрия Кирилловича, я к себе ушел, чтоб под ногами не путаться.

— А Илья сильно расстроился, когда отца нашел?

— Еще бы! Лица на нем не было, руки тряслись. Все ж отец родной.

— М-гм, — промычал неопределенно Пашка. — Ну что ж, спасибо за сотрудничество, пойду с женщинами пообщаюсь.

— Да не за что. Заходи, если что, — любезно пригласил Василь Васильевич, прибирая со стола.

Дом у Масловых был роскошный, из желтого кирпича, с витыми чугунными перилами балконов, с лепными наличниками окон. Монументальное строение, не то что сборный «бутерброд» на даче у родителей. Эх, кому колбаса, а кому шкурка, завистливо вздохнул Пашка, входя в дом. Дверь ему открыла высокая, крепко сложенная девица около тридцати, с густыми черными волосами, в форменном синем платье до колена и в белом фартуке. Сразу ясно — прислуга.

— Здрасте. Вы тоже из полиции? Ваш коллега сейчас с хозяйкой в гостиной разговаривает, — без лишних церемоний пояснила горничная.

— Я знаю, но мне не к нему, мне к вам, — улыбнулся ей Паша. — Где мы можем побеседовать?

— Пошли на кухню. Или в прачечную можно, там тоже стулья есть, — предложила Алина.

— Давайте в прачечную, — решил Паша. На кухне наверняка вертится кухарка, а он предпочитал беседовать со свидетелями по одному.

— Вот, заходите, — распахивая дверь в небольшое светлое помещение, пригласила Алина.

Здесь стояли две машины, стиральная и сушильная, стояла гладильная доска, стол с несколькими утюгами, от маленького и ловкого до здоровенного агрегата на высокой платформе, бельевой шкаф, корзины с бельем и еще всякая всячина. Здесь же имелись небольшой столик и два стула.

— Садитесь, — пригласила девушка, устраиваясь возле стола. — Мой кабинет, — насмешливо обвела она рукой помещение.

— Алина, расскажите мне, кто, по вашему мнению, мог убить Юрия Маслова? — рубанул сплеча Павел.

— А я откуда знаю? — вытаращилась на него горничная. — Но уж точно не я.

— Да? А сторож ваш Василий Васильевич мог убить? — тут же ухватился за ее слова Паша.

— А я почем знаю, — резко дернула плечами горничная, но, подумав, добавила: — Но вообще-то, мог бы, наверное. Он же военный. И в горячих точках служил.

— В горячих точках? А вы откуда знаете?

— Ну как? Мы же, бывает, сидим, чай на кухне пьем или перекусываем, разговариваем, вот и знаю. Сам говорил.

Действительно, служба в горячих точках могла бы объяснить мастерски нанесенный в сердце удар.

— Значит, Пяткин мог бы убить хозяина?

— Наверное. Только зачем ему? — словно размышляла вслух Алина. — Разве что…

— Что?

— Ну даже не знаю…

— Алина, я тут не сплетни собираю и не в бирюльки играю, я расследую убийство, и если вы будете чинить препятствия следствию, я вас задержу на несколько суток. Проще говоря, посажу в тюрьму, — строго произнес Павел.

Алина взглянула на него с явным сомнением, но все же заговорила:

— У Васильевича в последнее время были с хозяином некоторые разногласия.

— Например? — поторопил Павел, но Алина спешить была не намерена, наоборот, сидела, нахмурившись, и молчала. — Алина, в чем дело? Вы боитесь чего-то?

— Ага. Увольнения.

— У хозяина были с женой проблемы?

— Вроде того.

— Какие?

— Я не знаю. С виду вроде все благополучно, тихо, гладко. Но спят они последнее время в разных спальнях, и, как мне кажется, постели между ними давно уже нет. — Тут Алина наклонилась к Паше и совсем уж на ухо зашептала: — Хозяйка-то погуливает иногда на стороне, хоть и не часто, а вот хозяин… он жену свою любил. Но почему-то прощал ей все. Хотя с остальными очень жестким мог быть, уж я это точно знаю, — многозначительно вытаращив глаза, проговорила она. — Ну и вот, — тут она снова наклонилась к Паше, — у хозяина с Ольгой Львовной отношения были.

— С Ольгой Львовной — с поварихой, что ли? — уточнил Павел.

— Именно. Не роман, конечно, а так, для здоровья. Изредка. И когда хозяйка в отъезде бывала…

— Ничего себе! — присвистнул Паша.

— Тише вы, — шикнула на него Алина. — Только меня не выдавайте. А то я сразу же от всего откажусь. А то меня с работы выгонят, а мне семью кормить. Так что слушайте сейчас. Потом повторять не буду. И если что, я не я. Ясно?

— Ладно, выкладывайте, — согласился Павел.

— Ну так вот. Ольга наша — она одинокая, с мужем давно в разводе. Ей чего? Переспали и переспали, Маслов ей еще и подарок хороший подарит, чем плохо?

— Действительно. И при чем здесь Пяткин?

— Вот. При том, что он на Ольгу тоже виды имеет. Только серьезные. Он вдовец. Дочка у него, зять и внук, скоро второй родится. Квартира двухкомнатная. А у Ольги и сын, и дочка хорошо устроились, свое жилье имеют, а Ольга одна в двухкомнатной квартире осталась. Да еще и не старая. И хозяйственная. И машина у нее есть. Вот Васильевич и стал к ней клинья подбивать. В женихи набиваться. Ольга вроде и не против, но и близко не подпускает. А тут Маслов со своими интересами. Васильевич, понятное дело, ревнует. Где ему с хозяином тягаться? Тот хоть жениться и не собирается, а все же кому приятно, чтобы с твоей женщиной так вот.