День из чужой жизни - Дарья Кожевникова

— Да уж, — я перевела взгляд с хозяина на Тиса и обратно. — Показывайте уже ваши документы. И если вас устроит, могу вас у себя приютить, есть у меня свободная комната.

Мужчина обрадовался и полез во внутренний карман за документами. Но я жестом остановила его на полпути и кивнула на стоящую поодаль машину с иногородними номерами:

— Ваша?

— Моя, — он выглядел недоуменным, не уловив связи между машиной и документами. У меня же была такая логическая цепочка: если и впрямь иногородний, то вряд ли подослан сюда по мою душу бандитами. Все остальное же меня не пугало: красть у меня дома все равно нечего, а посягать на остатки моей девичьей чести… Нет, не похож он на такого. Не с такой собакой берутся совершать подобные поступки. Впрочем, перед сном заставлю его прикрутить крючок к двери моей комнаты и на всякий случай все же запрусь изнутри. Единственное препятствие, казавшееся мне более-менее существенным, заключалось в том, что о моем гостеприимстве подумает Николай. Но тут я решила, что либо человек мне верит и ни в чем не берется упрекать, либо не верит, и тогда мне самой не стоит продолжать с таким отношения. Прошли те времена, когда я, восемнадцатилетняя девчонка, готова была подстраиваться под чужой характер. В сорок три года у меня уже имелся свой собственный, и больше я его под кого-то переламывать не собиралась, даже если этот кто-то мне не безразличен. Все эти мысли пронеслись у меня в голове пусть не в мгновение ока, но достаточно быстро, после чего я махнула рукой:

— Поехали! Тут недалеко. Место для парковки машины тоже найдется.

— А документы? — спросил он, продолжая держать руки возле кармана. — Может, все же взглянете?

— Будет достаточно, если скажете, как вас зовут.

— Леонид. Простите, а вас?

— Людмила. Ну, с Тисом мы уже познакомились. Кстати, что он у вас ест?

— На этот счет не беспокойтесь, у меня уже все с собой! Нам бы только уголок, где можно будет вытянуться во весь рост, а не то, что в машине. Ну а если еще ванну предложат, это будет просто замечательно, и больше не о чем будет даже мечтать.

— Ванну предложат, — заверила я, садясь в машину. На переднее сиденье, потому что все задние занял товарищ Тис. Да, с таким вольготно не заночуешь: если его на улицу выставить, то сам не уснешь, волноваться будешь, а если в салоне оставить, то даже переднее кресло толком не откинуть. Вдоволь полюбоваться на этого медведя мне не довелось, потому что пришлось его хозяину дорогу к дому показывать. Но как только мы припарковались и вышли, я не удержалась, обращаясь то ли к собаке, то ли к хозяину, сама не знаю:

— А можно у вас спросить: вы мягкие?

— Можно даже не спросить, а потрогать, поскольку мы еще и добрые, и ласковые, — заверил Леонид, направляясь к багажнику. — И поскольку у меня руки будут пакетами заняты, то, чтобы дважды не бегать, вы не могли бы еще взять его на поводок? А то людей, бывает, нервирует, когда такая крупная собака не привязана.

— Да у него же на морде написано, что он никого не тронет. — Пользуясь разрешением, я запустила руки в мягкую, как пух, Тисову шкуру, к нашему с ним обоюдному удовольствию.

— Не всем эту надпись дано прочесть, — грустно вздохнул Леонид, нагрузившись пакетами и с помощью акробатического трюка закрывая багажник. Так мы и пошли, процессией: Леонид со своими пакетами, и я с Тисом впереди. Я шла и думала о том, что везет мне в последнее время на самостоятельных, умеющих позаботиться о себе мужчин.

В этой мысли я еще больше утвердилась, когда ознакомилась с толково подобранным содержимым пакетов, когда гость выложил все это на стол.

— Ехал ведь в некотором роде в гости, так что не хотелось появляться с пустыми руками, — пояснил он, уловив мой взгляд.

— А я бы для начала все-таки борща предложила, — сказала я, давая понять, что тоже не лыком шита.

— С удовольствием! — обрадовался Леонид. — Только, если не возражаете, то после ванны. Вы нам ее вроде как обещали, и очень хотелось бы ополоснуться с дороги.

— Тиса тоже будете купать?

— Его, да после этого злополучного пруда — в первую очередь! Вы не волнуйтесь, я все за ним уберу.

А я и не волновалась, проводить песьи купания было мне не впервой. Только, не обладая острым чутьем своего Тиса, Леонид об этом пока узнать не мог. Минут через двадцать возни в ванной (если Дрейкусю мне приходилось туда запихивать, то Тиса — наоборот, выковыривать) мне передали этого медведя из рук в руки, влажного, но чистого. И пока я подсушивала его большим банным полотенцем, из ванной появился и сам Леонид. Тоже, разумеется, чистый.

— А теперь за стол, — скомандовала я, успев накрыть его за время Тисового купания.

Борщ мой оценили повторно. И Леонид, и Тис, которому я плеснула пару поварешек в миску с сухим кормом.

— Большое вам спасибо, Людмила, — сказал Леонид, опустошив вторую, налитую по его просьбе тарелку. — И за вашу чудесную домашнюю кухню, и вообще за гостеприимство. Я уже и не надеялся сегодня на хорошее завершение дня.

— А какими судьбами вообще вас в наши края занесло? — поинтересовалась я.

— Служебная командировка. Я эксперт по финансовым вопросам. А на местном заводе недавно произошло крупное хищение средств… Что с вами?! — испугался он, так как я чуть не подавилась, услышав такое.

— Ой, нет, ничего, — сказала я, отложив ложку и отдышавшись. — Надо же, как внезапно! Вот уж, воистину, неисповедимы пути Господни!

— Это вы о чем?

— Это я о том, что тот самый похититель средств, что сидит сейчас за это в тюрьме, — мой бывший муж.

— Ох, простите! Честное слово, я даже подумать не мог…

— Извиняться не за что. Муж, как я уже сказала, бывший. Просто бывают же такие совпадения! Вы приезжаете в город по этому делу. И из всех, кого только могли встретить, встречаете именно меня!

— Ну, если говорить точнее, то встретил я здесь немало народа. Только вот помочь нам с Тисом взялись именно вы.

— Трудно было пройти мимо такого. — Я посмотрела на плюшевое чудо, развалившееся в коридоре. — Я вообще люблю собак. Наверняка бы завела, если бы бывший не был против.

— Вот и у меня жена собак никогда не жаловала, — вздохнул Леонид. — Я в свое время, как увидел этого медвежонка, так просто не смог пройти мимо, купил. Думал, что она обрадуется. А она от него, даже от маленького, видела всегда одну только грязь. Хотя он и не шкодил никогда. Вот разве что воду при нем нельзя оставлять, непременно залезет, даже если это будет всего лишь тазик глубиной ему ниже колена. Такой он у меня… гидроманьяк. — Леонид погрозил в коридор кулаком. Оттуда в ответ лениво зевнули.

— Тут у нас в городе речка имеется, — сообщила я. — Так что имейте в виду. Вы вообще к нам надолго?

— Ну, ориентировочно дня на три. Проверю здесь все, отсканирую, скину стоящую информацию к себе на носители, а уж обрабатывать и анализировать это все буду дома.