Самая последняя правда - Марина Серова

– Ладно, – проговорила Виолетта. – Это действительно не такая уж тайна. Дело в том, что мы сами думаем о том, что у Ирмы начался роман.

– Здорово! – произнесла я – в том смысле, что обрадовалась хоть каким-то новым данным, а не тому, что Ирма завела кавалера. – А с кем, вы тоже знаете?

Женщины снова переглянулись, но теперь ответила Наташа:

– Мы можем только догадываться.

Но здесь уже не стерпела Виолетта: чуть приоткрыв эту «потайную дверцу», она не могла не держать ее открытой и заговорила быстро, заговорщическим тоном:

– У нас месяца три тому назад новый менеджер появился, Эдик. Смазливый такой, интеллигентный… И вот мы стали замечать, что он в Ирму, что называется, втюрился. Постоянно вертится поблизости, по поводу и без повода в ее кабинет приходит, по сто раз на дню ей вопросы задает. И меня утомлял – бесконечными просьбами кофе ему сделать!

– Так, может быть, это он в вас «втюрился», а вовсе не в Ирму? – предположила я, подмигнув девушке. – А, Виолетта?

– Нет-нет! – отмахнулась та. – Это же сразу чувствуется! Возникают какие-то флюиды, которые заполняют все пространство. И их не утаишь. К Ирме он бегал, к Ирме! Просто мы с ней рядом находимся, вот он и нашел предлог в виде кофе, чтобы на нее лишний раз взглянуть.

– Он женат? Сколько ему лет? Как его фамилия? – забросала я вопросами прозорливую секретаршу.

– Лет ему примерно двадцать пять, фамилия – Лавров, не женат, – четко ответила Виолетта.

– Он сейчас на месте?

– Да, разумеется, – сказала Ольга Николаевна. – Он все время здесь, даже в обед редко куда-то уходит.

– Знаете, что, девушки… – задумчиво попросила я их. – Вы пока что не говорите ему правду о том, кто я такая и зачем сюда приходила. И вообще, не рассказывайте ему о том, что мать Ирмы наняла частного детектива.

– А почему? – наивно спросила Люба.

Я усмехнулась:

– Потому что в моей профессии есть свои секреты. Я только просила бы вас показать мне его, незаметно, чтобы я знала, как он выглядит.

– Да без проблем! – отозвалась Виолетта. – Сейчас мы выйдем из кабинета, и я вам его покажу.

– И еще с кое о чем я вас попрошу. Мне нужны адрес и телефон этого самого Чайника. Думаю, они должны были у вас сохраниться.

– Конечно, это я сейчас же организую, – сказала Наташа и защелкала мышью на своем компьютере.

– Потом: мне нужны те же данные на Лаврова. Еще мне желательно побеседовать с Василием Игоревичем, пока рабочий день не закончился, поэтому я обращаюсь уже лично к вам, Виолетта. Не могли бы вы отправиться к нему и убедить вашего шефа уделить мне время? Кто знает, как его накрутила Белла Георгиевна.

– Хорошо, я схожу, – не стала выпендриваться Виолетта.

– А пока что еще несколько вопросов, – благодарно кивнув, сказала я. – Во-первых, как вы думаете: способен ли этот Чайник на убийство или похищение человека?

– На первый взгляд – совершенно нет, – немного подумав, сказала Ольга Николаевна. – Очень милый, приятный юноша… Но, когда я увидела его искаженное злобой лицо и услышала эти ужасные ругательства, мне даже показалось, что это совершенно другой человек. Мы его, оказывается, совсем не знали!

– Конечно, мы же с ним почти и не общались, только «здрасьте – до свидания, спасибо за кофе»! – сказала Виолетта.

– Угу, – отметила я все услышанное. – Далее: с кем живет менеджер Эдик Лавров?

– По-моему, он живет один, – чуть сдвинув брови и подумав, сказала Наташа.

– Точно, один, – высказала свое мнение Виолетта. – Он однушку снимает в районе вокзала. Говорит, надоело ему с предками жить, тем более что его папа – бывший военный. А наш Эдичек – натура нежная. Несмотря на то, что менеджер.

– Так был у него роман с Ирмой или нет?

– Был! – уверенно мотнула головой Виолетта.

– Нет! – одновременно с ней сказала Люба.

– Ой, ну, почему нет-то? – недовольно спросила секретарша.

– Чувствую, – просто развела руками Люба, а Виолетта лишь со значением хмыкнула.

Я вздохнула:

– Кто-нибудь видел их вместе за пределами фирмы?

Они дружно отрицательно покачали головами.

– Они когда-нибудь выходили вдвоем?

Та же реакция.

– Когда они встречались здесь, на работе, смущались ли при виде друг друга? Или, может быть, наоборот, воодушевлялись?

– Эдик, может, и да, а Ирма – нет, – сказала секретарша.

– А она улыбалась ему? Как-то отмечала его особо? Дарила ему подарки-сувенирчики?

– Нет, – снова ответила Виолетта.

– Тогда почему вы утверждаете, что роман был?

– Чувствую… – глуповато произнесла Виолетта и покраснела.

Все засмеялись, но как-то невесело.

– А если вам спросить у самого Эдика? – робко предложила Люба.

– Ага, так он и скажет! – насмешливо посмотрела на нее Виолетта и тут же принялась горячо убеждать меня: – Да был у них роман, был! Как не быть, когда Ирме уже под тридцать, и с мужем они живут, как два старика, а тут – молодой, симпатичный, свободный! Да и перспективный, живет отдельно от родителей, так что уже и хата готовая есть для встреч! Детей у нее нет, с чего бы ей нос-то от него воротить? Я бы и сама не отказалась… – пробурчала себе под нос Виолетта. – Даже странно, что он на Ирму запал.

– Почему «странно»? – полюбопытствовала я.

– А вы ее фотографии видели? – чуть снисходительно бросила Виолетта.

– Ладно, в конце концов, это дело вкуса, – примирительно произнесла Ольга Николаевна. – К тому же не наше дело.

«Похоже, мне сложно будет до правды докопаться и выяснить, имеет ли место роман между начальницей отдела кадров и офисным менеджером, – подумала я. – Хоть бы взглянуть на него, чтобы предварительное представление составить…»

– Больше никаких инцидентов не случалось в последнее время? Может быть, таких, которые на первый взгляд и не имеют прямого отношения к Ирме? – спросила я.

– Нет, в последнее время у нас все спокойно и стабильно. Даже в гору дела пошли, – не без гордости добавила Виолетта, но тут же спохватилась и замолчала.

– С Беллой Георгиевной как у Ирмы складывались отношения? – спросила я. – Как я поняла, они обе – весьма независимые личности.

– Это Ирма независимая, а Белла Георгиевна – просто командир полка! – фыркнула Виолетта и, подумав, добавила: – Нет, вроде бы между ними конфликтов не было. Хотя Белла Георгиевна ее недолюбливала и за глаза называла выскочкой. Но Максакова – она такая, она вообще никого не любит. Просто придраться к Ирме у нее не получалось, вот она и искала повод.