У вендетты длинные руки - Марина Серова

Да, получили-таки Дьяченко свои денежки. Не зря старались, взрывники! А вот я все еще не выяснила, кто является их знакомой – врач Тихомирова или лаборант Ольшанская?

Алина продолжала взахлеб рассказывать о новом магазине «Каменный цветок». Пришлось перебить ее:

– Алин, а ты случайно не знаешь, есть ли среди знакомых твоей хозяйки Тихомирова Галина или Ольшанская Тамара?

– Нет, не слышала. А что?

– Тогда сделай так: пожалуйся завтра Алене на плохое самочувствие. Мол, голова болит или что-нибудь еще в этом роде. И спроси, нет ли у нее знакомого хорошего врача. А еще намекни, что, мол, ты давно не обследовалась и не сдавала никаких анализов. Поняла?

– Зачем?

– Если она скажет, что у нее есть знакомый врач, запиши фамилию и номер телефона. И еще намекни, что ты готова заплатить, лишь бы попасть к хорошему специалисту.

– Ладно, спрошу.

На другой день я с нетерпением дожидалась вечера, чтобы позвонить Нечаевой и узнать результат ее разговора с Аленой. Наконец часы показали четверть восьмого, и я взяла трубку.

– Алина, ну как, ты говорила с хозяйкой о своем плохом самочувствии?

– Говорила. Только она сказала, что нет у нее никаких знакомых врачей. Будешь, мол, выходная, иди и проходи свое обследование сколько хочешь и где хочешь. А вообще, по-моему, она сразу как-то напряглась.

– Понятно. Похоже, она умеет держать язык за зубами. Что ж, попробуем обойти врага с другой стороны.

Я положила трубку. Напряглась, говоришь? Значит, чего-то испугалась. Значит, Алина задела ее за больное место. Вот здесь и будем копать.

И опять мне пришлось обратиться к Арише. Вечером за ужином я обрисовала деду ситуацию и спросила его совета: как мне сделать так, чтобы сама Алена вдруг почувствовала себя плохо и побежала к врачу?

– Может, подсыпать ей слабительного? – предположил Ариша.

– И что? Ее «пронесет», только и делов-то. Вряд ли она пойдет с этим в больницу, – возразила я.

– Тогда я позвоню Петру Васильевичу. Проконсультируюсь у него, может, он что-то подскажет.

Через несколько минут дед вернулся в кухню с листком бумаги в руке.

– Петр Васильевич посоветовал вот этот препарат, – дед протянул мне лист, на котором его красивым почерком было написано: «эпипанол, две таблетки».

– И что с ними делать?

– Петр Васильевич сказал, что если выпить две таблетки разом, то начнутся колики в животе, возникнет головокружение, тошнота, может, даже рвота… Умереть от такой дозы не умрешь, а вот неприятные ощущения обеспечены.

– Дед, если посмотреть побочные явления любых лекарств, то можно смело применять их для той же цели. У нас какие-нибудь капли от насморка имеют побочные явления вплоть до остановки дыхания… Ладно, попробуем твой эпипанол. Тогда, дедуль, у меня к тебе просьба: завтра утром зайди, пожалуйста, в нашу аптеку и купи упаковку этой отравы.

– Зачем завтра? Я могу и сегодня прогуляться. Еще не поздно, а погода теплая: почти ноль на градуснике. Пройдусь, подышу перед сном…

– Нет уж, дедуль. Тогда я сама. Не хватало еще тебя гонять!

Я пошла одеваться и через несколько минут уже ехала в своем «Мини Купере» в нашу аптеку, находившуюся у самого выезда из коттеджного поселка.

Аптека была круглосуточной, и, несмотря на вечернее время, в ней находилось несколько человек. Одни что-то рассматривали на витринах, другие толпились около окошка с кассой. Я тоже встала в очередь к этому окошку, когда в помещение зашел пожилой человек и направился прямо к кассе.

– Э, гражданин, вы куда? Здесь очередь! – окликнул его кто-то.

– Я имею право, я инвалид, – сказал пожилой и полез в карман за удостоверением.

– Инвалид он! Я тоже, может, инвалид! А вот стою – и ничего!

– Мы все здесь инвалиды, раз сюда пришли. Сюда здоровые вообще не ходят.

Очередь забузила. Время было позднее, никому не хотелось стоять лишних пять минут.

– Ну, что вы все так шумите? – возмутилась провизор. – Читать умеете? Инвалидам можно без очереди, вон объявление висит. Чего вам, дедушка?

Тот протянул ей в окошко рецепт. Провизор ушла искать препарат, а очередь все никак не могла успокоиться. Кто-то ворчал, что у него дома маленькие дети, они ждут не дождутся папу с лекарством, у другой мама лежала при смерти, ей надо было срочно колоть сердечное, у третьего жена с температурой сорок, при последнем издыхании…

Наконец дед забрал свои пилюли и ушел из аптеки. Очередь успокоилась.

Я купила упаковку эпипанола и кое-что деду из сердечных препаратов, повернулась к выходу и совсем уже собралась уходить, как вдруг увидела, что дверь широко распахнулась и в аптеку буквально влетел человек в такой экстравагантной куртке, что я невольно остановилась и уставилась на нее. Куртка была вся изукрашена пришитыми к ней большими разноцветными пуговицами, цепями, бахромой, кусочками кожи, замши и еще бог знает чего. Ее обладатель, молодой человек (или девушка?) с длинными – ниже плеч – развевающимися волосами, с начесанной челкой, какой-то танцующей походкой подлетел к очереди и, удивленно уставившись на нее, спросил:

– Так здесь что, очередь? И за кем я буду?

– За мной, – ответила дама, стоявшая последней, и расплылась в широкой улыбке.

По очереди пробежал шелест:

– Птицын!.. Сам Птицын!.. Это тот самый стилист…

Все в помещении повернулись к вошедшему и уставились на него. Звезда стилистики и моды покорно встала в очередь за дамой, но та повернулась к Птицыну и, улыбнувшись еще шире, сказала:

– Зачем же вам стоять? Идите без очереди, мы вас пропускаем.

Все сразу подхватили, отстраняясь от окошка:

– Идите, идите! Конечно, вам стоять некогда…

Птицын – надо отдать ему должное – вежливо нараспев всех поблагодарил и подошел к окошку. Люди замерли, прислушиваясь: всем было до безумия интересно, что купит звезда.

– Девушка, дайте мне, пожалуйста, леденцы с ментолом, две-три упаковки, фервекс, целую упаковку, и парацетамол – тоже одну упаковку.

– Простудился, – шепотом, с долей уважения прошептал кто-то.

– А автограф дадите? – спросила провизор, улыбаясь и протягивая Птицыну чек.

– На чем?

– Да вот, хоть на чеке. – И девушка протянула звезде авторучку.

Тот быстро нацарапал на клочке бумаги какую-то загогулину и отдал его провизору. Она благоговейно прижала чек к груди, потом аккуратно убрала его в ящик стола.

– Следующий!

Я вышла из аптеки следом за Птицыным. У самого крыльца стояла его шикарная тачка – темно-красный «Лансер». Андрей театральным жестом распахнул дверцу, сел за руль. Я направилась к своему «Мини Куперу». Стилист проводил меня взглядом, потом хлопнул дверцей и рванул с места. Мне ничего не оставалось, как отправиться за ним.