Смех и грех Ивана Царевича - Дарья Донцова

— Однако на кладбище сейчас очень сыро, папа, — хмыкнула Анфиса, — и грязно. У тебя не только ревматизм разыграется, но и артрит в придачу.

— При чем тут кладбище? — затопал ногами дед.

— Твоя матушка давно умерла, — пояснила младшая дочь, — ее квартиру ты продал, чтобы вложить деньги в финансовую пирамиду, которая рухнула, вот я и решила, что ты говоришь про Ваганьково.

Матвей Ильич одним прыжком преодолел расстояние до двери и исчез за ней.

— Стой! — взвизгнула Эмма Геннадиевна. — Можешь отправляться куда пожелаешь, хоть к своей матери‑жабе, которая меня ненавидела, царствие ей небесное и сковородку в аду погорячей, но я хочу знать правду о драже! Куда подрапал?

Продолжая негодовать, старушка поспешила следом за мужем. Елизавета Матвеевна молча поднялась и отправилась за родителями.

— Обожаю тихие семейные вечера, — ухмыльнулась Анфиса. — А ты, Родя?

Племянник проигнорировал вопрос тети. Затем отодвинул свой стул от стола и со словами: «Зачет через два дня, надо заниматься», — кинулся в коридор.

Анфиса повернулась ко мне:

— Видел когда‑нибудь более разных людей, чем Ксения и Родион? Первая совершенно не умеет себя вести, с детства у нее случались припадки ярости. Гневливость девчонке от деда досталась. Папенька мой вообще‑то милейший человек, но иногда его заносит. Заводится невесть от чего и начинает на метле летать, чушь пороть. Правда, надолго его не хватает, поорет, побьет посуду, а через десять минут опять всем доволен. Если его упрекнуть: «Ну зачем ты истерику закатил?», он удивится: «Кто? Я? Никогда не скандалю!» Родя же пошел в Сеню — тихий, до идиотизма интеллигентный, ни разу даже в детстве ни на кого голоса не повысил. Ксения гуманитарий, в школе не особенно хорошо училась, а Родион блестящий математик. Ну вот как это получилось? Отец и мать у них общие, воспитывались дети вместе, всего имели поровну. И ведь на свет они появились с разницей всего в несколько минут.

— Юноша и девушка близнецы, но совсем не похожи, даже внешне, — согласился я.

— Разнояйцовые двойняшки не имеют полного сходства, — пояснила Анфиса. — Вот уж не ожидала, что и Родион соврет про Корнелия.

Я взял поднос и, собирая со стола, заметил:

— Но мне‑то пес точно повстречался.

— Иван, вы шутите? — кокетливо спросила Фиса и одернула кофточку.

Декольте ее стало еще откровеннее, я отвел взгляд в сторону. Приятно посмотреть на бюст молодой девушки, но пялиться на покрытую веснушками увядающую грудь дамы средних лет не очень хочется.

— Вы правда видели Корнелия? — спросила кокетка.

— Могу его описать. Огромный, с густой черной шерстью, с круглыми ушами и здоровенным хвостом, — начал перечислять я.

— Но это просто невозможно! — подпрыгнула Фиса. — Привидений вообще не существует, и мы все точно знаем, что автор легенды о нем Семен. В усадьбе один пес — Рич. Когда Сеня нам впервые рассказал свою историю, все долго хохотали и называли ее глупостью. Собака‑привидение… Пес‑убийца… Ерундовская ерундовина, ни один здравомыслящий человек в нее не поверит. Елизавета категорически отказалась выделить деньги на маскарадный костюм. Уж не знаю, где Семен раздобыл нужную сумму, но он тайком от супруги заказал шкуру с резервуаром для воды. И вы не поверите, что было, когда Корнелий впервые показался публике, — народ визжал от ужаса и восторга, прямо как на американских горках. У нас резко возросло количество экскурсантов, и все они в один голос твердили: «Хоть бы нам пес‑убийца показался и на счастье пописал…» О том, что собака может залаять и все, кто гавканье услышит, умрут, никто не говорил. Нам пришлось признать: идея Семена гениальна. Поэтому, когда он скреативил еще одну байку и велел мне один раз, вроде случайно, рассказать экскурсантам про сейф и особый ключ, никто спорить не стал. И ведь снова получилось, как хотел Сеня. Но последствия оказались иными, чем прогнозировалось, теперь у нас армия психов в усадьбе. Один Анатолий дорогого стоит.

— Извините, а что это за история с сейфом? — поинтересовался я. — И кто такой Анатолий? О нем уже за ужином упоминали.

Анфиса встала и подошла ко мне так близко, что я ощутил от ее волос запах шампуня.

— Тебе не рассказали? Забавная сказка. Якобы Николай Винивитинов‑Бельский в тысяча восемьсот двенадцатом году, когда в Москве, отданной Кутузовым французам, вспыхнул пожар… Нет, пожалуй, начну с другого конца… — Я внимательно слушал Анфису. — …Спустя некоторое время после того, как по усадьбе стал бродить Корнелий, Семен за завтраком объявил:

— Фиса, сегодня во время первой экскурсии, когда поведешь народ по галерее с портретами, остановись и поведай следующее: «Видите изображение Николая Винивитинова‑Бельского? С ним связана весьма любопытная история. Перед смертью он, передавая сыну ключи от усадьбы, сказал: «Дорогой мой мальчик, хочу открыть тебе великую тайну. Когда войска Наполеона приближались к Москве, я понял, что столица падет и нас могут разграбить, поэтому приготовился к визиту злодеев в дом, оборудовал тайник. Сейф спрятан надежно, в нем хранятся большие ценности. А ключ имеет невероятную форму, воры никогда не заподозрят, что этим предметом можно открыть хранилище. Моя память с самого детства была слабой. Чтобы не забыть, куда положил ключ и где сейф, я заказал свои портреты. На них художник зашифровал план, как найти спрятанный клад. Слушай внимательно, я расскажу тебе, где находятся сокровища и чем открыть тайник…»

Договорить Николай не успел — скончался, так и не сообщив самого главного».

Запомнила? На этом месте сделай многозначительную паузу и продолжай дальше. Изображений Николая Винивитинова‑Бельского в усадьбе несчитано. Фон у них разный, всяких предметов на полотнах изображено множество. Вот хотя бы картина, перед которой мы сейчас находимся. Она называется «Князь Николай встречает императора». Обратите внимание, владелец усадьбы одет в мундир генерала инфантерии, в руках он держит хлеб‑соль, на плече у него висит полотенце, у ног сидит любимая собака в ошейнике, на заднем плане парк, там мы видим грабли, лопату и прочее. Во время нашей экскурсии я покажу вам другие изображения Николая, и вы поймете, почему сейф, до отказа набитый драгоценностями, до сих пор не найден и по какой причине ни один из потомков князя так и не сообразил, какая самая обычная вещь является ключом к потайному шкафу. Впрочем, сейф ли надо искать? Вероятно, наш предок зарыл шкатулку или сундук где‑нибудь в саду. Может, сокровище вовсе не в доме, а в парке? В начале двадцатого века Алексей Винивитинов‑Бельский, потративший не один год жизни на поиски клада, составил указ по усадьбе, я помню его наизусть: «Повелеваю разрешить всем живущим и работающим в усадьбе, а также желающим гостям искать клад. Ежели кто его найдет, тому полагается половина обнаруженных сокровищ, а вторая часть останется в семье». Так что если вы захотите попытать счастья, то милости просим. У входа в кассе можно приобрести комплект портретов князя Николая и дома в спокойной обстановке изучить их. Если вам покажется, что вы догадались, где находится тайник, возвращайтесь, покупайте лицензию на день поисков и приступайте к работе».