Клеопатра с парашютом - Дарья Донцова

– А откуда паразитка-продавщица узнала о тебе? – занервничала Ирина.

– Экая тайна! – фыркнула я. – В каждой фотосессии всегда указывают имя модели и фотографа. Или нахалка сама работает у нас.

– Но почему она воспользовалась именно твоим именем? – недоумевала Клюева.

– Найду пакостницу и задам ей этот вопрос, – буркнула я. – А сейчас нужно срочно предупредить Романа.

– Не твоя забота, сама оповещу Звягина! – огрызнулась Ирина Марковна. – Ты только никому не рассказывай о визите Муликовой, не мели языком, нам не нужен шум. У фирмы безупречная репутация.

– Многие фирмы имеют прекрасные бизнес-истории и тем не менее страдают от производителей пиратских копий, – не сдавалась я. – Мне самой неподалеку от Porte de Clignancourt, где расположен парижский блошиный рынок, частенько предлагали «настоящую сумку от мадемуазель Коко Шанель всего за двадцать евро». Представляете размах производства поддельной косметики фирмы «Бак», если лже-Степанида имеет каталог и всегда выполняет заказы? Боюсь, Галина Петровна – это только первая ласточка. У ее дочки оказалась аллергия на яичную скорлупу, Катя тяжело заболела, что и подтолкнуло Муликову посетить наш офис, а другие покупательницы пользуются эрзац-товаром нашей фирмы и ничего не подозревают. Необходимо сделать заявление от лица руководства фирмы, предупредить потребителей, что мы не работаем по каталогам, пригласить людей в бутик, рассказать, что пудра нашей фирмы имеет фиксированную цену и не бывает ни дешевле, ни дороже.

Ирина оперлась ладонями о столешницу.

– Козлова, я запрещаю тебе развивать активность и разглашать кому-либо только что услышанную в моем кабинете информацию! Ни ты, ни даже я не имеем права на принятие стратегических решений. Есть совет директоров, им и положено думать.

– Роман Глебович и Франсуа улетели отдыхать, остальные члены совета тоже в отпуске, – вздохнула я.

– Да, июль на дворе, – кивнула Клюева, – начальство всегда сматывается в это время к теплому морю. Первое заседание совета состоится через две недели.

– Это слишком долгий срок, – сказала я. – Мне почему-то тревожно, я чувствую приближение немалых неприятностей.

– Хватит! – гаркнула Ирина. – Все, ступай домой.

– Ладно, – миролюбиво согласилась я. – Вроде у вас всегда при себе есть таблетки от головной боли. Не поделитесь одной?

– У самой виски заломило, – пожаловалась Ирина, вставая.

Я отлично знаю, что Клюева держит аптечку в большом шкафу у окна, поэтому выждала момент, когда она, повернувшись ко мне спиной, начала рыться в ящике, схватила с ее стола бумажку с координатами Муликовой и с самым невинным видом замерла в кресле.

Ирина с треском захлопнула дверцу и вернулась к креслу.

– Бери из блистера, сколько хочешь, и запей стаканом воды. Именно таким количеством, иначе желудок заболит.

Я взяла маленькую розовую таблетку.

– Никогда не видела таких пилюль.

Клюева направилась к подоконнику, где стояли бутылки с минералкой.

– В свое время я перепробовала горы лекарств – помогали плохо. Зимой поехала в Лондон… Помнишь, мы договаривались с сетью торговых центров Англии о продажах фирмы «Бак»? Я тогда очень нервничала, голова трещала жутко, приходилось постоянно, чуть ли не через час, глотать таблетки. В обед ко мне подошла представительница партнеров, которая заметила мое недомогание, и посоветовала это средство. Сказала, здорово помогает, если причина боли стресс, а не высокое давление. Теперь я горя не знаю. Ты же не за рулем?

– У меня нет машины, – ответила я, незаметно пряча пилюлю в сумку.

Ирина поставила на столик стакан воды.

– Тогда пей спокойно. Замечательный препарат, но вызывает сонливость. Я один раз по ошибке двойную дозу слопала и через десять минут закемарила.

Я сделала вид, что глотаю лекарство.

– Не обижайся на меня, – улыбнулась Клюева. – Я была нарочито строга с тобой в присутствии посетительницы, но лишь для того, чтобы та немного успокоилась.

– Понятно. – Я встала. – Поеду домой.

– Степочка, – совсем уж сладким голосом завела Ирина, – ты небось сегодня устала.

– Есть немного, – призналась я, – день выдался тяжелый.

– Так не приходи завтра на работу, – предложила Клюева. – Отлично знаю, что ты мне не подчиняешься, я не имею права давать тебе поручения и освобождать от службы, но чисто по-дружески готова тебя прикрыть. Давай скажу, что я попросила тебя поучаствовать в съемке буклета, который мы оформляем к именинам Звягина? Мы на самом деле хотим вас с Водовозовой занять в проекте, но работать начнем в начале сентября.

– Спасибо, – пробормотала я. – Франсуа в отпуске, никто мне и слова не скажет, если один день я не появлюсь в офисе.

– Вот и хорошо! – подхватила Ира. – Отдохни, поспи до полудня.

– Наверное, так и поступлю, – кивнула я.

– Возвращайся в офис в пятницу, – напутствовала меня Ирина Марковна. – Всех дел все равно не переделаешь, и вообще, работа не волк, в лес не убежит.

Я распрощалась с Клюевой, вышла из бутика и некоторое время колебалась, к какой станции метро направиться. Потом выбрала «Кузнецкий Мост» и двинулась вверх по узкой пешеходной улице. Галина Петровна Муликова живет в центре, я доберусь до ее дома быстро и попробую поговорить с ней в спокойной обстановке.

Дойдя до входа в подземку, я спохватилась: кошелек пуст, карточки нет! И в тот же момент вспомнила про проездной – я всегда кладу его в маленький внутренний кармашек на молнии. Может, на мое счастье, воришка побрезговал прихватить билет? Я настолько расстроилась, лишившись сумки, и так обрадовалась, получив ее назад, что не удосужилась проверить содержимое карманчика. Ой, а ведь еще в нем был золотой кулон с разорванной цепочкой! Вот его мерзавец точно упер…

Единый обнаружился там, куда я его положила, а рядом – вот уж радость! – лежал и медальон.

В вагон я втиснулась, думая о происшедшем. Все большие магазины страдают от нечистых на руку людей. Если вы считаете, что грабитель выглядит бомжеватым, основательно помятым мужичком, источающим перегар, то сильно ошибаетесь. Такого человека в торговую точку, во всяком случае в наш бутик, не пропустит охрана. Нет, щипач, как правило, прекрасно одет, держится с достоинством, не боится секъюрити, сохраняет спокойствие, когда к нему обращаются служащие, и знает законы. Один раз я слышала, как задержанный нашими охранниками вор на приказ открыть свою сумку и показать ее содержимое, не изменившись в лице, ответил:

– Вы не имеете права обыскивать посетителей. Досмотр позволен исключительно полицейским, да и то не всегда. Приглашайте представителей закона, как раз успеет подъехать мой адвокат.

Наглость возымела действие – наши подумали, что ворюга успел незаметно выбросить добычу и при нем уже ничего нет, побоялись скандала с юристом и отпустили уголовника. Но так ведут себя только профессионалы. А женщины и подростки, тырящие коробочки с косметикой, при виде охраны начинают плакать, каяться, и их, как правило, прочитав нотацию, просто выставляют вон, отобрав украденное. Бутик «Бак» не заинтересован в скандалах, и если есть возможность мирно разрешить ситуацию, то она именно так и разрулится.