Забытый сон - Чингиз Абдуллаев

— Плохой ресторан?

— Нет. Очень даже хороший, превосходный. Это в самом центрегорода. Там открыли гостиницу вместе с рестораном. Только нужно заказатьстолик. Там всегда бывает много гостей.

— Я попрошу портье, чтобы он их предупредил, — решил Дронго.— Значит, договорились? Завтра в семь.

— Обязательно. — Она улыбнулась и снова протянула ему руку.А потом как-то по-детски вдруг спросила: — Можно, я сейчас задам вам толькоодин вопрос? Только один.

— Один можно, — разрешил Дронго.

— Как вы относитесь к своей славе? — ничего лучше спроситьона не могла.

— Знаете, как на подобный вопрос ответил Бальзак? —усмехнулся Дронго. — Он сказал, что слава самый невыгодный товар. Стоит дорого,а сохраняется плохо. Мне нечего добавить к этим словам.

— Можно так написать? — рассмеялась она.

— Можно. До свидания, Марианна.

Она вышла из отеля, и Дронго смотрел, как она шла понабережной. Затем подошел к портье. Тот объяснил ему, что до ресторана можнодойти пешком, достаточно перейти мост и оказаться на другом берегу. Далеепройти по Бривибас и свернуть налево. Забрав карту, Дронго вышел из отеля.Нужно было предложить Марианне пройти с ним до центра города. Но она могла несогласиться. Видимо, торопилась на автобус. У таких молодых и деловых женщинвсегда не бывает времени даже на обед.

Уже на мосту Дронго почувствовал за собой слежку. Неужелиопять начинается? Но на этот раз их было двое. Один сидел в автомобиле — синем«Ситроене», который проехал мимо Дронго и остановился на другой стороне берегав самом конце моста. Они действовали примитивно, но достаточно плотно,очевидно, помня о своем промахе в Юрмале. Второй следовал за ним пешком помосту. Дронго подумал, что сегодняшние наблюдатели подготовлены гораздо лучшевчерашнего. Но ему не нужно, чтобы кто-то узнал о его встрече с депутатом.

Эти ребята не похожи на сотрудников спецслужб, иначе они нестали бы использовать один автомобиль. И не вели бы его так плотно. Похоже, ихдаже не волнует, обнаружит ли он «наблюдение» или нет. Интересно, кто онитакие? И почему решили за ним следить?

Или их послал тот самый неизвестный тип, который вчерапозвонил Дронго в номер отеля? В этом случае они должны демонстрировать себянамеренно — это входит в их манеру запугивания. Но они делают это не слишкомявно, иначе машина не стала бы уезжать так далеко, а следовала бы за ним помосту. Кажется, он столкнулся с еще одной загадкой. Дронго нахмурился иобернулся. Второй «наблюдатель» сделал вид, что любуется видом города. Нет, этиребята не хотят его испугать, они всего лишь следят. Хорошо бы понять, что имнужно, и посмотреть, как они будут себя вести.

Дронго прошел площадь и углубился в улочки старого города.Конечно, у этих ребят есть преимущество, они знают город гораздо лучше, чем он.Но у него есть опыт уходить от преследования. И никто не сможет его найти, еслион захочет исчезнуть. А их автомобиль не сумеет повсюду за ним следовать, и импридется его оставить. Дронго усмехнулся. Похоже, что они слишком самонадеянны.

Все произошло так, как он и думал. Дронго нашел подходящеездание, вошел в него и поднялся наверх. Теперь оставалось только подождать. Всезависело от терпения наблюдателей. Через несколько минут они начнут суетиться,через пять минут будут бегать по всем домам. Через десять — подниматься напоследние этажи, при этом не доходя до последнего, чтобы успеть проверить всеостальные. Дронго подумал, что эти двое наблюдателей чуть более успешные«топтуны», чем первый. Они искали его целых полчаса. А еще через двадцать минутон вышел и ушел, когда они наконец прекратили свои поиски.

К ресторану «Винсент», находившемуся на Элизабетес, Дронгоподошел ровно в час дня. Посмотрел на часы и, спустившись по лестнице кресторану, вошел в небольшой холл, служащий гардеробом для гостей. Сдал куртку,прошел в другой зал. Заказав рюмку текилы, решил посмотреть ресторан. И обошелзалы один за другим. Это было полуподвальное помещение, довольно скупооформленное. В глубине ресторана, в левой стороне, был большой банкетный зал,перед которым разместилась своеобразная галерея с фотографиями знаменитостей,посещавших это заведение. Здесь были звезды шоу-бизнеса, известные театральныеи телевизионные актеры, президенты, сенаторы. Дронго осматривал галерею, когдарядом с ним остановился мужчина среднего роста. Он был одет в синий костюм сдорогим галстуком. На ногах были темные ботинки, стоящие не одну сотню евро. Унего было самоуверенное выражение лица, какое бывает у плебейских выскочек,достигших какого-то успеха.

— Вот видите, — недовольно заметил подошедший, указывая напортреты, — хозяева ресторана считают, что здесь нужно вешать портреты толькозарубежных красавиц. Наших депутатов вы тут не увидите, мы для них неавторитеты. Я уж не говорю о наших политиках и бизнесменах. Вот так здесьотносятся к своим выдающимся людям. Вы можете представить себе такое в Россииили во Франции?

— Не могу, — весело согласился Дронго, оборачиваясь кстоявшему рядом с ним господину. — Это действительно нехорошо.

— Мне уже сказали, что вы пришли. У меня были важныевстречи, и поэтому я немного опоздал. — Брейкш даже не извинился. Лишьобъяснил, почему задержался. Очевидно, слов для извинений в его лексиконепросто не было. Депутат снисходительно протянул руку:

— Айварс Брейкш.

— Меня обычно называют Дронго, — произнес Дронго своюпривычную фразу в ответ и пожал протянутую руку.