Сыщицы-затейницы - Маргарита Южина

– Что же сынок машинку не помоет? Это в каком же состоянии он нам ее передаст? – возмущалась Люся.

Василиса достала носовой платочек и, послюнявив, попыталась оттереть им лепешку грязи.

– Ладно, бог с ней, – бросила она это занятие. – Мы же эксперимент хотели провести.

Люся подергала за ручки, замки не поддавались.

– Ты не так, – поучала Василиса. – Ты плавненько нажимай на ручку и тяни. Так несколько раз поде… Видишь! Прошу!

Пупочка на дверце подпрыгнула, и дверца гостеприимно распахнулась.

– Посиди пока, а я за Пашкой сбегаю.

Дежурный, зная, кем приходится женщина начальнику, бодро вскочил:

– Родила?!

– Кто? Я? – удивилась Василиса Олеговна.

– Да нет, Лидия Егоровна родила?

– Не знаю, а что, уже собралась? – всполошилась женщина.

– Фу ты. Я как увидел ваш встрепанный вид, думал, у Павла Дмитриевича сын родился. Хотел первым поздравить.

– Успеешь еще, – успокоила Василиса дежурного и поспешила в кабинет сына.

– Паша! – закричала она с порога. – Пашенька, у меня беда!

– Тетя Люся замуж выходит? – не отрываясь от бумаг, без всякого интереса произнес сын.

– Хуже, сынок. Я вчера в магазин пошла, хотела окорочков прикупить, а их в нашем не было. Зато я твою машину видела.

– Ой, господи, я уж думал. И что, обижаешься, что не подвез? Вот будет выходной, я тебя куда угодно отвезу. Можно прямо на птицефабрику.

У Василисы лопнуло ее слабое терпение, и она хлопнула ладонью по столу. Дзынькнув, подскочила пустая кружка, а Паша, вздрогнув от неожиданности, наконец посмотрел на мать:

– Так, какая у тебя беда стряслась? Если можно – покороче.

Василиса искренне старалась покороче, но сын совершенно не хотел верить сообщению, и ей пришлось потратить в целях доходчивости своих слов долгих сорок минут и даже треснуть отпрыска по макушке. Необходимо было убедить его в том, что этой скромной машиной пользуется не только Пашкина семья.

– Ну это бред, честное слово, – пожимал могучими плечами Паша. – Мам, ну куда ты меня тянешь?

Василиса тянула его в милицейский двор, где стоял легковой транспорт. В «Жигулях» терпеливо восседала Люся.

– А она-то что там делает? – засуетился хозяин транспортного средства. – Двери сломали, да?

– Замки поменяй, сынок.

Естественно, сын внял ее словам не сразу, даже убедившись, что замок покорится и ребенку.

– Да нет, ну кому нужна эта рухлядь?

Пришлось убить полдня на убеждения, уговоры и прочее словоблудие, прежде чем Пашка согласился всунуть сигнализацию в организм машины. Только к вечеру удалось снабдить «жигуленок» пищалкой.

– И в кого ты такой упрямый? Мама такая замечательная… – пожимала плечами Василиса, когда Паша поил их с Люсей чаем у себя в кабинете. Рабочий день для него был загублен напрочь. И несчастный трудяга с печальным вздохом поглядывал на бумажный Эверест, который грозился вот-вот обрушиться.

– Павел Дмитриевич! Там, по-моему, вас! – влетел в кабинет перепуганный дежурный.

С улицы доносился непрекращающийся вой новенькой сирены.

– Вот! Мы же тебе говорили! Мать зла не пожелает! – торжествовала Василиса. – Не торопись, Паша, там сейчас сработала блокировка, двери просто так не откроются.

Но сын торопился. Он несся во двор, перескакивая через две ступеньки. Василиса с Люсей едва поспевали за ним. Вернее, они не поспевали, они просто трусили самостоятельно. Только выскочив на улицу, подруги решительно остановились. Хотелось вообще куда-нибудь исчезнуть. Лучше всего было бы к себе домой, потому что женщины представляли, какими словами наградит их Павел Дмитриевич Курицын после того, как выпустит из машины в очередной раз беременную жену. В машине находилась действительно Лидочка, а Паша скакал вокруг «тачки» молодым козликом и лихорадочно тыкал ключ в дверцы. Блокировка сработала намертво, дверцы не поддавались, сирена выла, а бедная Лидочка дергала все рычаги и давила все кнопки, пытаясь восстановить тишину.

– Да чтоб вас!! – взревел Паша и с нечеловеческой силой рванул дверцу.

Та распахнулась, и сразу наступила тишина. Но только на секунду. Громче сигнализации теперь вопила Лида:

– О-о-ой! Ма-а-амочки! У меня в животе что-то тикает! Прямо, как часовая бомба.

Присутствующие не стали ждать, когда бедолагу разорвет, а стремительно заскочили в многострадальные «Жигули» и понеслись в ближайший роддом.

– Ты как там оказалась? – пользовалась моментом Люся.

– Обыкновенно, – хныкала Лидочка. – Я из консультации шла, мы с Пашей договорились, что я его в машине подожду, а потом вместе домой поедем.

– У тебя ключи были?

– Не-ет, я всегда без ключей в машину сажусь.

Василиса сдвинула брови. Вот так! Все знают, что в машину можно попасть, когда захочешь, только до Пашеньки это никак не доходит. Ну все надо самой контролировать! Лидочку определили достаточно быстро, и обратно Пашка летел, как сумасшедший.

– Там девчонки одни, наверное. Соседка всего на час согласилась посидеть. Эх, мама! И что тебе приспичило с этой сигнализацией?

Василиса и Люся молчали. Посвещать в свои планы замотанного отца они не собирались.

Мария Игоревна плелась с сумками домой. Сегодня на работе был очень удачный день. Во-первых, выдали зарплату, а во-вторых, начальник, золотой человек, сжалился над неопытной мамашей и выделил ей целую неделю отпуска без содержания. Поэтому сейчас Мария Игоревна тащила домой сумки в прекрасном настроении, и единственное, что ей мешало, так это внезапно лопнувшая резинка теплых рейтузов. Женщина, конечно, придерживала сползающую одежду, как могла, но дискомфорт явно ощущался. Еле досеменив до темных гаражей, она юркнула в закоулочек, бросила сумки и стала заниматься резинкой.

– Я тебе говорил, чтобы за мной не ходила! Еще раз увижу…

– Но, сынок, я не могу так… Ты хоть бы письмишко черкнул, ты ж у меня единственный.

– Я тебе все сказал! Надо было раньше думать.

Мария Игоревна осторожно выглянула из-за укрытия и обомлела. От гаражей быстрой походкой отходил ее четырнадцатилетний Денис – самый спокойный и скромный, а неподалеку прямо в сугробе сидела сгорбленная женщина. Забыв про резинку, Мария Игоревна схватила сумки, но рейтузы тут же вульгарно сползли на сапоги.

– Да что ж ты будешь делать! – все больше расстраивалась она и снова занялась штанами. Когда эта неприятность была устранена, женщины в сугробе уже не было.

– Жаль, хотелось бы посмотреть. Может, это бывшая жена Пети! – вздохнула Мария Игоревна. Она почему-то была уверена, что Денис разговаривал с матерью.