Наследник собаки Баскервилей - Валерий Гусев

– Почему «почти»? - тупо спросил я. - Ты что, его ложками продавал? В розницу?

– Ну банка-то не полная.

Я высмотрел на платформе скамейку и плюхнулся на нее. Так… банка не полная. А в банке, в остатках варенья, столовая ложка со следами облизывания. Позор!

Но надо им обоим - продавцу и покупателю - отдать должное. И Алешка точно все рассчитал. И Татьяна Семеновна не захотела позора на всю школу и быстро среагировала: сунула Лешке деньги и запихнула банку в сумку.

На родительском собрании она эту банку достанет. Но вовсе не для того, чтобы учителя и родители дружно попили чай с вареньем.

Да, никогда еще наше расследование не сопрягалось с такими трудностями… Никогда еще наша дружная семья не навлекала на себя такой позор… Папка пенсию пропил… У бабушки аппендицит в пятке… Внучек варенье продает, последнее, вместе с алюминиевой ложкой из фамильного сервиза…

– Дим, - успокоил меня Алешка, - она родителям не скажет. Выпьет варенье с чаем - и все.

– Почему? - Я с надеждой взглянул на него.

– Чтобы школу не позорить.

– Так это ты ее опозорил, - вздохнул я. - Родную школу и семью.

– Наивный ты все-таки. Как ребенок. - Алешка присел рядом со мной и положил ладошку мне на плечо: - Подумай сам. Разве училка когда-нибудь признается, что покупала недоеденное варенье у своего ученика? Логично?

Еще бы! Далеко мой братец пойдет.

– Хватит стонать, - сказал Алешка. - Нас ждут великие дела. Муникации всякие.

– Коммуникации, - машинально поправил я.

– А это что? - проговорился Алешка.

– А это то самое, - отомстил я, - что тебе и так отлично известно. Теперь и я знаю!

– Где? - невпопад спросил Алешка.

– Везде! - сказал я. - По всему миру! Но в основном в городах.

– Существа? - сдался Алешка. - Или звери? Они их поглотили? Насовсем? - похоже, он немного испугался. Но не за себя. За Федю Зайцева. И я не стал его больше дразнить.

– Это всякие линии связи. Кабели телефонные, например. Их укладывают под землей, в специальных тоннелях… Водопровод, электричество. Канализация.

– Как-как? - подскочил Алешка. - Под землей? В тоннелях? И они там журчат и пахнут, да? Логично, - задумчиво закончил он и надолго замолчал.

Я тоже. Потому что какая-то неясная мысль посетила и мою наивную голову.

К Поречью мы подошли коротким путем. Сначала через засыпанную золотой листвой рощицу, а потом по небольшой городской улице, имени Годунова. И между банком и ювелирным магазином «Топаз» просочились на тихую деревенскую улицу.

Однако к дому Зайцевых подойти не решились - за его ветхим заборчиком грозно рычал громадный тупой ротвейлер.

– Вот гад! - выразился Алешка. - И откуда он здесь взялся? Охранник!

Мы обошли участок стороной. Яма за домом была огорожена пестрой лентой, и на дне ее в вонючей глинистой воде не спеша копались рабочие в оранжевых жилетах и сапогах.

– Эй! - крикнул им Алешка. - Привет!

Они разом подняли головы и с удовольствием воткнули лопаты в землю. Вернее, в жижу.

– А где Витек? - спросил Алешка.

– За пивом пошел, - охотно ответили ему. - Тут без пива не работа.

– Ага, - сказал Алешка. - Я тоже без пива за уроки не сажусь.

Рабочие дружно рассмеялись.

– А чего вы в этой яме копаете? Чего-нибудь потеряли?

– Время теряем, - ответил один.

– Муникации ищете?

– Какие тут муникации? - сердито отозвался другой. - Канализация сплошная. Вся в дырках. Ей сто лет в обед.

– Она лопается, а мы латаем, блин.

– Она здоровая? - с сочувствием заинтересовался Алешка.

– Еще бы! Через все Поречье аж до Годунова. Знаешь небось? Где «Изумруд» стоит.

– «Топаз», - сказал Алешка.

– Мне какая разница? Я их, эти топазы, сроду в руках не держал, а изумруды в глаза не видел. - И рабочий снова взялся за лопату.

– Привет Витьку, - сказал Алешка, отступая от вонючей ямы. - От Шерлока Холмса.

– А кто такой Витек? - спросил я Алешку, когда мы отошли подальше.

– А я знаю? - удивился он.

– А как же ты?…

Алешка вздохнул:

– Наивный ты школьник, Дим. В каждой компании какой-нибудь Витек обязательно найдется. - Он помолчал. - Но дело-то не в Витьке. Дело, мне кажется, в канализации.

Мне тоже. В переносном смысле. Купить дырявый дом или выгнать из него жильцов для того, чтобы поселиться над дырявой канализацией… Это даже не загадка. Это скорее диагноз. Для пациентов психбольницы.

– Логично, - вдруг сказал Алешка.