Пружина для мышеловки - Александра Маринина

Обозрев бакалейный ассортимент, Андрей решительно вытащилпачку своих любимых макарон и поставил на плиту кастрюлю с водой. Покаготовился ужин, он переоделся и даже успел вполуха послушать вечерние новости.Жадно уплетая макароны с маслом и сыром, он привычно окунулся сперва в ощущениедетства, потом в мысли о маме, которые вполне естественным путем привели его (вкоторый уже раз за сегодняшний день!) к мыслям об Олеге Петровиче Личко. Костяправ, надо постараться выяснить, что там к чему, и расставить все точки над«i». Будем надеяться, что Болотов найдет толкового специалиста, который сумеетпомочь.

Он уже крепко спал, когда позвонила Наташа. Есть такиеженщины, которые чем сильнее обижаются, тем чаще и неуместнее звонят. Судя позвукам музыки и оживленным голосам, свою обиду на Андрея она «полировала» вместе не тихом и не скучном.

– Хочу тебя успокоить, чтобы ты за меня не переживал,–вызывающим тоном заявила она,– я отлично провожу время.

– Я рад за тебя,– сонно пробормотал Андрей.–Будь умницей, веди себя прилично, с посторонними мужчинами не разговаривай идай мне, пожалуйста, поспать.

Положив трубку, он с закрытыми глазами нащупал шнур и ловкимдвижением отсоединил его от аппарата. Потом протянул руку к лежащему натумбочке мобильнику и так же не глядя нажал кнопку отключения. И почему всекрасивые девушки такие вредные?

* * *

– Его фамилия Пинчук, зовут Виктором Альбертовичем, воттелефон,– с этими словами Болотов положил перед Андреем твердыйпрямоугольник визитной карточки.– Он ждет вашего звонка. Я переговорил сним, объяснил вашу проблему, он готов за нее взяться. Расценки он вам скажетсам.

– Спасибо.

Информации на карточке было маловато, только имя, фамилия,электронный адрес и два телефона. Ни названия агентства, ни офисного адреса.Скромненько. Но Андрею было все равно, пусть этот Пинчук с изысканным отчествомокажется даже кустарем-одиночкой, лишь бы толк был.

Он позвонил по одному из указанных телефонов, ответил совсемюный женский голос, который сообщил, что Виктор Альбертович в данный моментотсутствует, но доступен по мобильнику. Владелицу голоса Андрей определил какдевицу лет девятнадцати-двадцати и скептически подумал, что специалиста емуБолотов подыскал по меньшей мере сомнительного. Если у него такая юная подружкаили даже жена, то либо он сам еще совсем пацан зеленый и мало что умеет иможет, либо средних лет сладострастник, оживляющий усталую и плохо слушающуюсяплоть свеженькими молоденькими телами, что в глазах Мусатова его не украшало.Почему-то Андрею даже в голову не пришло, что девица может оказаться дочерьюВиктора Альбертовича Пинчука. А между тем, так оно и было.

Они договорились встретиться в тихом ресторанчике наБульварном кольце. Пинчук явился чуть раньше, и когда Андрей подошел к столику,тот уже с видимым удовольствием потягивал темное пиво из высокой кружки. Маленькогороста, рыхловатый, с более чем редкими волосиками и огромной бородавкой возлеправой ноздри, Пинчук почему-то вызывал у Андрея ассоциации с жуликом, и тот впервый момент собрался даже отказаться от его услуг. Мол, извините,обстоятельства изменились, мне ничего не нужно, простите, что побеспокоилнапрасно. Но привычка доводить дело до конца возобладала, и он решил для началахотя бы поговорить с частным сыщиком, которого рекомендовал Болотов.

Рассказывал Андрей долго и обстоятельно, а Виктор Альбертовичслушал, то и дело что-то записывая в толстом блокноте с кожаной обложкой.

– Копия решения у вас с собой?– спросил он, когдаАндрей закончил рассказывать.

– Да,– Андрей протянул ему тонкие изрядно истрепанныелистки.– Правда, она плохо читается.

– Ничего,– усмехнулся Пинчук,– я привычный.

И поймав удивленный взгляд Андрея, пояснил:

– Я не из милиционеров, я из адвокатов. И таких вотприговоров и решений на папиросной бумаге прочитал в свое время великоемножество. Вы позволите, я быстренько пробегу глазами?

– Да, конечно,– кивнул Андрей, все еще недоумевая. Какэто он собирается «быстренько пробежать» такой «слепой» экземпляр, когда тамкаждое слово чуть ли по буквам надо разбирать? За тридцать лет краска от синейкопирки изрядно стерлась и выцвела, правда, чья-то заботливая рука (ну чья жееще? Личко, естественно) аккуратно обводила особо нечитаемые слова и даже целыефразы шариковой ручкой по контуру букв, но все равно текст читался с большимтрудом. Однако для бывшего адвоката Пинчука это, видимо, действительно былоделом привычным, во всяком случае уже минут через десять он положил листки настол перед собой и снова взялся за свое пиво.

– Понятно,– сказал он.– У меня к вам двавопроса. Первый: какими сроками для выполнения работы располагаю я? И второй:какими средствами для оплаты моей работы располагаете вы?

– Это не срочно. Через две недели я улетаю в Штаты на пятьмесяцев, то есть до конца октября меня все равно не будет в Москве. Ну… вотесли до конца октября – сколько это будет стоить?

– Если до конца октября – то недорого,– рассмеялсяПинчук.– Чем более сжатые сроки – тем дороже, это естественно, а еслисрок такой большой, то существенно дешевле.

Он назвал сумму, которая показалась Андрею вполнеприемлемой.

– И что я получу за эти деньги?

– За эти деньги вы получите все сведения, которые можнобудет собрать о свидетельнице Шляхтиной, а также перечень лиц, обладающих хотькакой-то информацией по данному делу, их имена, адреса, телефоны, место работыи так далее. Кроме того, за эти же деньги вы получите мою собственнуюаналитическую справку, написанную по результатам изучения материалов архивногоуголовного дела. Если вы хотите что-то еще, то скажите сейчас, чтобы потом унас с вами не возникало недоразумений.

– Если честно, я не знаю, чего еще можно хотеть,–признался Андрей.– У меня нет опыта в подобных делах, я даже представитьсебе пока не могу, какие сведений мне обязательно нужны, а какие совсем непригодятся.

– Тогда вам придется довериться моему собственному опыту.

– Вы уже делали для кого-нибудь такую работу?

– И даже чаще, чем вы можете себе представить,–уклончиво ответил Виктор Альбертович, пряча очки для чтения в дорогой футляр«Роденшток».– Несправедливость правосудия имеет место во все времена,просто не при всех режимах есть возможность ее выявлять. При прежнем режиметакой возможности не было, но зато теперь огромное количество людей пытаетсявосстановить справедливость, нарушенную много лет назад. Прошу прощения,–он пододвинул к себе счет, принесенный официантом,– за мое пиво я заплачусам.

Андрей молча кивнул и положил на стол деньги за три выпитыеим чашки кофе. Они договорились встретиться на следующий день, Пинчук принесетдоговор об оказании услуг, Мусатов – первую часть оплаты за работу.

Через две недели Андрей Мусатов улетел в США. Перед отъездомбыло много суеты, консультаций, подготовительной работы, кроме того, он каждыйвечер ходил на ускоренные «продвинутые» курсы английского, чтобынатренироваться в разговорной речи, и только в самолете Андрей вспомнил, чтоНаташа все еще дуется. Надо же, вместо запланированных им двух недель обида унее затянулась почти на месяц. А может, это и к лучшему? Пять месяцев – срокнемалый, и когда он вернется, можно будет начать новый этап в личной жизни.Ведь если она устроила целый тарарам из-за того, что прождала его всего одинвечер, то уж пять-то месяцев Наташа совершенно точно ждать не станет.