Солнечные часы - Ширли Джексон

— Правда, — мгновенно ответила та.

— Миссис Уиллоу, что такое реальность?

— Удобство.

— Мисс Огилви?

— Ой… — Мисс Огилви беспомощно переводила взгляд с миссис Уиллоу на Джулию. — Не знаю, право, у меня так мало опыта… Может, еда?

— Мэри-Джейн?

— А? — Мэри-Джейн растерянно уставилась на него, приоткрыв рот. — Реальность? Что-то настоящее, не как в кино?

— В мире фантазий, — дополнила Арабелла.

Джулия рассмеялась.

— Эссекс, что такое реальность? — спросила она.

Эссекс медленно поклонился ей.

— Я точно реален, а вот насчет вас всех не уверен.

— А я, например? Несколько простых тестов…

— А что, правда можно сделать тест на реальность? — заинтересовалась мисс Огилви.

— Наблюдение, — ответил Эссекс не без лукавства. — Воспоминание. Намерение, желание, мистическое восприятие отсутствия ничего. Я еще пожалею, что вообще поднял эту тему.

— Если вы говорите о моих девчонках, то и вправду пожалеете — это я вам обещаю, мистер Нахальство!

— Миссис Уиллоу, я говорил о вас.

— Ну, раз обо мне, тогда я кое-что смыслю в этой вашей реальности. Если вы имеете в виду настоящую жизнь — а что же еще, иначе вы бы об этом не заговаривали, — тогда я вам могу такого порассказать… Реальность! — воскликнула миссис Уиллоу таким тоном, словно хотела сказать «предрассудки!» или «проказа!» — Мы-то знаем, правда? — вздохнула она, обращаясь к тете Фэнни, и та невольно вздрогнула. — Мы — старая гвардия, нас-то учили как следует, не то что вас, молодежь, с вашими школами и не пойми чем. Вы, молодое поколение, не умеете думать самостоятельно — вот что я подразумеваю под реальностью.

— А что за тесты? — не унималась мисс Огилви. — Интеллектуальные?

Она обвела взглядом собравшихся и покраснела.

— Ну, то есть… чем больше мы знаем о таких вещах, тем лучше сможем…

И мисс Огилви умолкла, словно даже помыслить не могла о том, чтобы напрячь умственные способности.

— Так вот, реальность, — продолжала миссис Уиллоу, — это деньги. Ну, еще, разумеется, крыша над головой, чего-нибудь поклевать три раза в день, капельку выпить… Но главным образом деньги. Еще одежда. Приличный вид, бодрость духа и, конечно, — добавила она, подмигнув Эссексу и спровоцировав Арабеллу на укоризненное: «Право, мама!», — мужчина в постели. Реальность!

На сей раз это прозвучало как «майское вино» или даже «лунный свет в тропиках» и сопровождалось легким вздохом.

— Предсказание судьбы, — ответил Эссекс мисс Огилви. — Тесты на интеллект, гадание по ладони, чайным листьям, проективные методики…

— Обожаю их! — воскликнула Джулия. — А давайте?..

— Спиритизм…

— Тогда, — робко начала мисс Огилви, — отец тети Фэнни…

— …и они нашли зарытое сокровище прямо на том самом месте! Прямо там, куда указывала темная фигура. Правда, божественно?

— Нет, спиритизм я не поддерживаю, — покачала головой миссис Уиллоу, — за исключением присутствующих, разумеется. Повидала я на своем веку достаточно женщин, которые растрачивают последние гроши на белую тень, завывающую жутким голосом, и сами постепенно превращаются в тень. Это медиумы, — пояснила она для мисс Огилви, которая снова приоткрыла рот, — охотятся на бедных жертв.

— Боже милостивый!

— Надеюсь, вы не причисляете меня…

— Ну, тетя Фэнни, я так считаю: вы же леди, а леди не станет лгать про собственного отца. Я вообще человек широких взглядов, но как бы я хотела быть здесь, когда явился папочка!

— Может, он еще вернется, — предположила Джулия.

— Я бы скорее умерла, — поежилась Арабелла.

— Тетя Фэнни не шарлатан и не медиум, миссис Уиллоу, — несколько сурово заметил Эссекс.

— Да я никогда и не утверждала ничего подобного! Просто мне любопытно, вот и все; хочется узнать побольше… А вы кто такая?

— Добрый вечер.

Миссис Уиллоу совершенно не изменила интонацию, поэтому никто даже не обернулся, настолько все привыкли к ее прерывистой речи; однако услышав новый голос, обитатели библиотеки вздрогнули и уставились на дверь — все, кроме мисс Огилви, которая тут же предположила, что миссис Уиллоу успешно вызвала духа (видимо, отец тети Фэнни вернулся, чтобы лично за себя заступиться, а ведь она не верила!..), охнула и в ужасе закрыла глаза.

— Как поживаете? — вежливо произнесла миссис Уиллоу, шокированная тем, как быстро ей удалось призвать духа в библиотеку миссис Хэллоран. — Вы кого-то ищете? — продолжала она, чуть понизив голос.

— Стукните один раз, если «да», два, если «нет», — пробормотал Эссекс.

— Миссис Хэллоран?

Убедившись в земном воплощении жизни перед ней либо — что вполне возможно — совершенном отсутствии разума у обитателей иного мира, миссис Уиллоу рассмеялась и ответила нормальным голосом:

— Миссис Хэллоран удалилась на покой. Чем могу быть полезна?

— Меня зовут Глория Десмонд.

— А меня Августа Уиллоу. Это мои дочери: Арабелла и Джулия. Мистер Эссекс. Мисс Огилви. Мисс Фрэнсис Хэллоран.

Тетя Фэнни вышла вперед; в конце концов, у нее было куда больше опыта в общении с духами.

— Я — мисс Хэллоран, — представилась она. — Мой брат отдыхает, а невестка занята; боюсь, сегодня она вас не примет. Могу ли я…

— Буду рада передать ей что-нибудь, — вмешалась миссис Уиллоу. — У вас к ней какое-то дело?

— У меня для нее письмо.

— И что в нем?

— Просьба: не могу ли я остановиться здесь, пока отец не вернется домой.

— Кто же его написал?

— Папа. Они с миссис Хэллоран кузены.

— Неожиданно прилично выглядит — для такой семейки, — заметила тетя Фэнни, обращаясь к мисс Огилви, которая уже слегка пришла в себя.

— Куда же он поехал, ваш отец?

— В Африку.

— Зачем?

— Охотиться на львов, разумеется.

— Господи, зачем?

— Одни люди охотятся на львов, — любезно объяснила девушка, — а другие нет. Мой отец принадлежит к первым.

Тетя Фэнни подалась вперед.

— Сколько вам лет?

— Семнадцать.

— Откуда вы приехали?

— Из дома, из Массачусетса.

— Как же вы сюда добрались?

— Самолетом. Отец уехал вчера, а перед отъездом написал миссис Хэллоран с просьбой приютить меня до его возвращения, потому что у семьи, в которой я должна была остановиться, умер родственник; и вот отец посадил меня в самолет и сказал, что миссис Хэллоран однажды написала ему, приглашая в гости, и он решил, что приглашение все еще в силе, а телеграмму посылать было некогда, ведь я все равно добралась бы раньше. Мы не знали, — продолжала девушка, — что мне придется ехать два часа на автобусе, потом на такси до деревни, потом перелезать через запертые ворота и идти вот в этих ботинках тысячу миль, потом стучать в дверь до изнеможения, прийти сюда и стоять тут, отвечая на миллион глупых вопросов, прежде чем кто-нибудь догадается предложить мне поставить чемодан, но теперь я сама поставлю чемодан и сниму ботинки, а если у вас еще остались вопросы…