Чужая кровь - Оксана Семык

Карен сперва направился вместе со мной в нашу спальню. Но, подождав там минут десять, он не выдержал:

– Я не могу вот так сидеть и ждать, пока этот шерлок холмс соизволит со мной побеседовать! У меня куча работы. Если ему так надо со мной поговорить, он найдет меня в кабинете. Так ему и передай.

Подхватив портфель с бумагами, Карен исчез.

Я просидела в своей комнате на кровати, размышляя, не меньше часа, когда ко мне заглянул Андрюшка. Сунув голову в приоткрытую дверь, он спросил:

– К тебе можно?

– Заходи, конечно, – я подвинулась, освобождая для брата место рядом с собой.

Он плюхнулся с размаху и первым делом полез в нагрудный карман за пачкой сигарет. Я цыкнула на него:

– Даже не думай! Еще не хватало дымить мне тут! Потом покуришь.

Брат покорно вздохнул и спрятал сигареты.

– Ты почему не в гостиной? – спросила я. – Тебе же Городецкий велел там его дожидаться.

– Он уже меня допросил.

– И что ты ему рассказал?

– Да так. Поговорили обо всем и ни о чем, – уклончиво ответил Андрюшка и взволнованно заглянул мне в лицо. – Слушай, Алька, как ты думаешь, кто это Деда траванул?

– Откуда мне знать? – пожала я плечами.

– Это точно не ты? – пытливо уставился на меня брат.

– А может, это ты? – вернула я ему вопрос и пронизывающий взгляд.

Андрюшка фыркнул:

– Он, конечно, вредный старикан. Но мне бы и в голову не пришло его травить.

Наклонившись ко мне, брат жарко зашептал:

– Я вот думаю на эту французскую тетку.

– Между прочим, это ты ее пригласил, – напомнила я.

– Вот еще! Не приглашал я ее! Я же говорил тебе, что по дурости трепанул ей по телефону про дедов юбилей, и про сердечный приступ тоже – а она и прискакала. Зачем? Да яснее ясного! Подумала, что наш старик, стоя одной ногой в могиле, размякнет, сменит гнев на милость. Так и случилось. Ты же сама видела их встречу. Ну а дальше дело техники – отравить его и заявить свои права на наследство. Родная дочь все-таки – доля ей полагается.

– А для чего ей травить Деда? Могла бы подождать, пока он сам помрет.

– Черт ее знает! Может, деньги срочно понадобились… Только я не понял, как у нее оказался твой яд.

Я пересказала то, что час назад объясняла детективу.

– Так значит, цианид вчера вечером исчез из кухни? – у Андрюшки заблестели глаза от возбуждения. – Я же видел, как эта мадам Данваль зашла туда уже после ужина!

– Что ты мог видеть? Ты же вчера перебрал и сразу спать завалился.

– И вовсе я не перебрал, – обиделся брат. – Ну, устал, прилег. Но в том-то и дело: эта тетка так, наверное, и подумала: мол, спит племянничек, значит, можно мимо него шмыгнуть туда-обратно за ядом. Но я-то ее засек… И еще успел заметить, что когда она выходила из кухни, что-то держала в кулаке. Точно, Алька, это она отравила Деда!

– А какие у тебя доказательства? Зайти на кухню – это еще не преступление. Там наверняка вчера куча народа перебывала.

– Она это! Нутром чую! Я еще докажу это!

Андрюшка вскочил и выбежал из комнаты. Я задумчиво посмотрела ему вслед.

Странно! Я же сама в тот злополучный вечер встретила в холле Марию и Карена, вернувшихся с речки и заявивших, что у них была долгая прогулка. Может, она была вовсе не такой долгой, как они хотели меня убедить, а перед уходом Мария быстренько наведалась на кухню?

Так чью возню я тогда слышала на кухне? Все-таки крысиную?

А главное, кто же врет: Андрюшка или Мария с Кареном? И зачем?

* * *

Еще через полчаса ожидания в комнату ко мне вошел Антон Городецкий.

– Ищете моего мужа? – спросила я. – Он работает в кабинете. У него какие-то срочные дела.

– Я уже нашел Карена Вагановича, и мы с ним пообщались. В принципе, я закончил допрос всех свидетелей, и теперь мне необходимо ваше, Елена Викторовна, присутствие на кухне. Будьте добры, пройдите туда со мной ненадолго.

Пока мы шли по коридору и спускались по лестнице, детектив снова начал меня расспрашивать:

– Я выяснил любопытные вещи. Во-первых, яд, получается, мог взять любой. Все находящие в доме заходили вчера на кухню. Кстати, вы тоже там были. Таким образом, круг подозреваемых – шире некуда.

– Вам не позавидуешь, – съязвила я.

– Это точно, – улыбнулся Антон. – Но не думайте, что это мое первое сложное дело. Я проработал в органах больше десяти лет. И покрепче орешки попадались.

– А во-вторых? – напомнила я.

– А во-вторых, сегодня утром ваш муж привозил в дом нотариуса. Теперь я хочу знать, для чего он это сделал, – детектив остановился и посмотрел на меня, склонив голову набок.

– А что, вам уже не доложили? – огрызнулась я.

– Я хочу услышать от вас ответ на этот вопрос.