Мир мечтаний - Светлана Алешина

Там этому типу самое место!

— Саша, что мы будем делать?

Вопрос, конечно, интересный…

— Пока мы ничего поделать не можем, — призналась я. — Он так крепко связал нам руки, что мы вынуждены будем играть по его правилам. А вот когда Алиса окажется у нас… Тогда уж, конечно, мы сделаем этому дяденьке очень нехорошо!

— Не знаю, — вздохнула Вика. — У меня сейчас даже мыслей о мести не вынашивается никаких. Только бы Алису вернули!

— Вам обеим надо поспать немного, — мудро посоветовала я.

Ну, и как они будут спать в такое время?

— Все равно не получится, — сказала Вика. — Сидим на кухне с мамой и смотрим друг на друга, говоря какие-то дурацкие нелепости. В основном произносим одну и ту же фразу. Знаешь, какую?

— Все будет хорошо.

— Вот-вот. И я уже эту фразу ненавижу. Потому что мне как-то не верится, что все будет хорошо.

— Тебе придется в это поверить, — сказала я. — От веры, Вика, тоже зависит много.

Вдохнув в них немного надежды, я положила трубку.

И взглянула в окно.

Погода становилась все хуже. Ветер усилился, и ко всему этому на темных небесах то появлялась, то исчезала за облаками огромная белая, как масленичный блин, лунища.

Положительно, Саша, сказала я себе, в окно нынче лучше не смотреть. А если включить потихоньку музыку, можно будет сохранить психику в относительно нормальном состоянии!

Так я и поступила. Включила магнитофон, задернула шторы, и теперь мне было наплевать на безобразия, творимые матушкой-природой. Из приемника понеслись бодрые аккорды «Кемикал бразерс», которых я вообще-то не люблю, но сейчас они отвлекли мое внимание и успокоили.

Я позвонила Ларикову, подняв его с кресла и передав новые сведения об этом психе с глобальными задумками. Потом подумала и набрала номер Лешки Ванцова, заранее предвкушая, что он мне выскажет по поводу того, что я мешаю ему спать. Но — что бы он там ни высказывал, помочь мне сейчас мог только он.

В конце концов, работа у него, как и у меня, — из разряда «покой нам только снится».

Я предчувствовала бури, которые обрушатся сейчас на мою голову, но Лешка удивил меня несказанно.

Он довольно быстро поднял трубку и, услышав мой голос, обрадованно сказал:

— Данич! Надо же — какая мистика!

— То есть? — переспросила я.

При чем тут мистика? Какое отношение она имеет к моей скромной особе?

— Да на ловца и Данич бежит, — пояснил Лешка. — Я как раз подумывал, не позвонить ли тебе насчет одного дельца, а ты сама объявилась!

— И с чего ты решил обсудить со мной ночью какие-то дела? — поинтересовалась я.

— А у меня тут крутые проблемы возникли, — радостно сообщил мой бессонный друг. — Сижу и шевелю мозгами, потому как на работе у нас — завалы и времени совершенно не остается на размышления! Ты могла бы мне кое в чем помочь!

— Сначала ты мне, ага? — обрадовалась я. — Я же первая тебе позвонила!

— Ну, давай, выкладывай!

— Кто нарисовался у нас в области по части похищений? Только, ради бога, Лешенька, мой вопрос останется между нами, ладно?

Он молчал достаточно долго, чтобы я поняла все, что он думает по поводу вынужденной конфиденциальности. Потом он протянул многозначительно:

— Та-а-ак…

— Я тут ни при чем.

— Понял, детка. Значит, так. Люди, нам известные, таковы, что близко к ним подходить не рекомендуется. Их, кстати, всего-то четверо, причем двое сейчас находятся очень далеко отсюда и выйдут не скоро… А вот пара, которую ухватить за хвост не вышло — не буду говорить, благодаря кому им так подфартило…

— Леша, жертв можно понять!

— Можно. Так вот, оставшаяся пара у нас — некий Исмаилов Рафик и Тараканова Елена. По моим сведениям, в Тарасове их нет. Вряд ли после того, как они нарисовались два года назад с похищением и убийством некоего Рахмана, они бы находились тут.

— Они могли объявиться?

— Не знаю, но… Чем черт не шутит! И если они объявились, Саша, я бы не хотел, чтобы ты с ними повстречалась.

Я и сама бы не хотела. Но что делать, если сейчас действуют именно они? Значит, они напрашиваются на встречу!

— Они жестокие?

— Они убийцы, — тихо проговорил Ванцов. — Жестокие и совершенно беспринципные. Особенно мадам Тараканова. Если тебе будет интересна эта дама, я многое про нее расскажу. Вот уж мразь так мразь… Бабу ничего не волнует, кроме баксов. Если учесть, что сия особа выучилась стрелять не где-нибудь, а в ГБ, получишь весьма опасную соперницу, Сашка!

Посмотрим, подумала я, достав из пачки сигарету. В ГБ меня стрелять не учили, но наш тир тоже ничего себе школка!

* * *

Лешенька обещал мне предоставить все имеющиеся у него сведения.

Правда, высказал надежду, что сия пара к этому никакого отношения не имеет. Потом последовала лекция про легкомыслие жертв киднепинга, которые обращаются за помощью к маленьким девочкам, — я пропустила это мимо ушей, чтобы не обидеться, поскольку обижаться я буду, когда все кончится и у меня появится время на обиду.

А потом он вспомнил и про свое дело. Вернее, напомнила ему об этом я сама.

— Так что там тебе спать мешает?

— Ох, лучше бы не напоминала, — горестно вздохнул Ванцов. — И так от этой мерзости на душе тошно!

— Ну, если тебе нужна моя помощь…

— Нужна, девочка, еще как нужна! Поскольку лишь ты мне, похоже, и можешь помочь. Да еще твой Пенс.

— Не интригуй. Выкладывай.

— Банда байкеров, Сашка! Ты ничего не слышала о подобном?

— Леш, сто раз, честное слово! От мирных обывателей… Ну, куда деться ребятам, а? Даже чтобы уехать за город, надо сначала из него выехать и, прости меня, по нему проехать! Не оправдываю я их, только зря так вот сразу называть нас бандитами! Ты еще нас всех в тюрьму посади, что ли!

— Да я не про вас! Я про других. Какая-то тепленькая компания «раздевает» крутые машины. Устраивает идиотские гонки, насмотревшись дебильных американских киношек, и косит под «одиноких ковбоев». То есть они устраивают эту гонку, и, если человек их обгонит, они его отпускают, а если… Понимаешь? Обогнать их, по моим сведениям, еще никому не удалось!

— Та-ак…

Это уже интересно!

И кто бы это мог быть? Наших я знаю хорошо. Они вряд ли станут развлекаться подобным образом! Конечно, если их круто накачать пивом, они способны на самые неожиданные подвиги, но на такое — вряд ли!

— И ты уверен…

— Да, я уверен, что это байкеры, причем ребята не с улицы, что называется! Очень навороченные пацанчики! Все при них — и косухи какие-то сногсшибательные, и шиповки!