Сердцу не откажешь - Марина Серова

– Да Юлька чуть-чуть до медали не дотянула! – Это Ленка с новой порцией чая появилась в дверях и включилась в разговор. – У нее четверки только по физкультуре и по химии. – Она водрузила поднос на стол, не опрокинув ни одной чашки. – А вот ЕГЭ сейчас не сдает…

– В полиции сказали, что если ее насильно удерживают, то справку напишут, и она в дополнительные сроки еще сдать успеет, – перебила Ленку Надежда.

– Ну, что ты за мать, Надежда! Думаешь, что в таком состоянии девочка сможет экзамены сдавать? – возмутилась подружка. – Да ей психологическую реабилитацию проходить нужно будет! И тебе заодно!

– Успокойся, Лена! – вмешалась я, чтобы остановить перепалку.

Ленка угомонилась и стала разливать кипяток по чашкам, в которых уже болтались чайные пакетики. Зная Ленку, я понимала, что вскипевший чайник – страшное оружие в ее руках, поэтому решила пока помолчать, не отвлекая подругу от такого опасного занятия.

– А бывало, что Юля не ночевала дома?

– Бывало, конечно, но я всегда знала, где она, – отозвалась Надежда.

– Надя, мне нужны будут все контакты дочери.

– Вот записная книжка Юли, – женщина протянула мне пухлый органайзер. – Она всегда дублировала номера телефонов, боялась, что с симкой что-нибудь случится и связь с друзьями потеряется.

– А что вы можете сказать о друзьях дочери, с кем она особенно близка? – спросила я, перелистывая страницы, исписанные четким почерком.

– У нее друзья по картинг-клубу, по языковой студии, одноклассники и Вика, – проговорила женщина, стараясь ничего не упустить. – Я знакома с теми, кто бывал у нас дома.

– А вы могли бы, скажем, сегодня вечером пригласить их в гости, чтобы я могла с ними побеседовать? – спросила я Надежду.

– Я постараюсь, – коротко ответила женщина и добавила: – Я список себе написала, по которому всех обзванивала, как раз выбирала самых близких.

– Вот и отлично, – сказала я, вставая, – мы пойдем. А часов в восемь я приеду.

Мы с Ленкой вышли на площадку к ее квартире.

– Что скажешь? Найдешь? – спросила Ленка, теребя меня за локоть.

– Я весь вечер ждала этих слов, но только не от тебя, а от матери.

– Просто она расстроилась, устала, переживает, – оправдывала Надежду подружка.

Я возражать не стала. О Надежде мнение у меня уже сложилось. Она относится к тем женщинам, которые уверены, что мир обязан вертеться вокруг них.

– Ты должна мне помочь! – Я нарочито строго посмотрела на Ленку. – Согласна?

Ленка отступила на полшага и испуганно на меня уставилась. Что-то хрустнуло, Ленка попыталась дернуть ногой, но та осталась на месте. Я наклонилась и увидела, что каблучок попал в щель между плитками и застрял там довольно плотно. «Рано я с Ленкой расслабилась…»

– Снимай туфлю, точнее, вынимай из нее ступню, – скомандовала я и попыталась потянуть освободившуюся от Ленкиной ноги обувь. – Я в машину за инструментом. Жди.

Ленка осталась стоять на одной обутой ноге, держась за перила как за хореографический станок и выводя босой ногой балетные па. Неугомонная, неунывающая и бесконечно позитивная.

Я быстро спустилась вниз, но у выхода из подъезда дорогу мне преградил малолетний белобрысый верзила. Двое других стояли, прислонившись к дверному косяку, нагло улыбаясь, готовые в любой момент прийти на помощь товарищу.

– Мадам, закурить не найдется? – пробасил малолетка, наклонившись к моему уху.

– Не курю и вам, ребятки, не советую, – медленно произнесла я, прикидывая свои возможности и возможности противника.

Я резко схватила за пальцы верзилу и применила известный болевой прием. Белобрысый изогнулся и чуть присел от боли, глядя на меня широко открытыми испуганными глазами.

– Открывайте, ребята, дверь, гулять пойдем, родителей поищем!

Как только подъездная дверь открылась, подростки бросились бежать. Верзила тоже попытался вырваться, но я усилила прием, толкая его перед собой. Он тихонько взвыл и полностью подчинился.

– Я думаю, что курить ты уже бросил. Верно?

– Бросил, – просипел верзила, быстро перебирая полусогнутыми ногами впереди меня.

– Тогда гуляй и веди здоровый образ жизни, – сказала я с улыбкой и внезапно отпустила его пальцы.

Парень от неожиданности потерял равновесие и упал, но тут же вскочил и пулей унесся вслед за своими друзьями. Чего ждать обществу от такой молодежи? И Илья, и этот верзила со своей компанией в одном обществе выросли, в одной среде, на одних и тех же фильмах и книгах. Можно было, конечно, поразмышлять еще на тему, как хорошо владеть приемами самообороны в наше время, но в подъезде осталась беспомощная Ленка. Поэтому я быстро взяла сумку с инструментами из машины и вернулась освобождать подругу. Спасла положение банальная отвертка, и я протянула туфлю Ленке.

– Посмотри, каблук даже не поцарапался, – похвалилась я.

– Здорово! – искренне обрадовалась Ленка. – И почему я все время в неприятности попадаю?

«Не ты одна», – подумала я, вспоминая про подростков, но подруге знать об этом необязательно.

– А тебе-то какая помощь нужна? – вспомнила Ленка.

– Медицинская, – сказала я и подтолкнула подругу к двери, – пластырь у тебя найдется?

У Ленки нашелся не только пластырь. В ящике стола на кухне был целый арсенал средств для обработки ссадин.

– У меня же дети, а у них всегда болячки, – объяснила мне такую укомплектованность подруга, – поворачивайся и не пищи, отдирать буду.

Она ловко сняла старый пластырь, обработала рану и заклеила новым куском. Я посмотрела через плечо в зеркало: получилось не хуже, чем у Мельникова.

– Я тебе мазь с анальгетиком положила, чтобы и заживало, и не болело, – сказала Ленка, складывая медикаменты обратно в ящик.

– Спасибо! Ну, пока. У меня еще дела, – попрощалась я и звонко чмокнула подружку в щеку.

Вечерний воздух был напоен свежестью, ароматами цветущих пионов и запахом теплого асфальта. На лавочках у подъездов бабушек сменили парочки. На детской площадке возились малыши, а их мамочки, сидя на бортике песочницы, обсуждали новости. На спортивной площадке подростки вяло гоняли мяч. Во двор то и дело медленно въезжали автомобили и занимали свои места для ночевки.

Я поспешила в машину. Мне еще предстояли визиты к Марии Рамовой и Алене Стрельниковой.