Полночь в музее - Илона Волынская

– Какой крутой хакер! – сказал Вадька, облегченно вытирая пот со лба. – Не хуже меня. Надо как-то выяснить, кто он и зачем ломился к «Братьям Грейпс».

– Спроси, – невозмутимо посоветовал Сева.

Вадька пожал плечами и отстучал:

«Who are you?»

Ответ пришел незамедлительно: «And you?»

– «А ты?» – передразнил Вадька далекого собеседника. – Я, между прочим, первый спросил. Ладно, представимся. «Мы – Вадька, Мурка и Сева».

«Можете называть меня Большой Босс», – прилетело в ответ.

– Надо же! – хмыкнул Вадька и отослал интересовавший всех вопрос: «Что ты делал у „Братьев Грейпс“?»

Какое-то время Большой Босс молчал, затем на Вадькином компьютере появилось его послание:

«Предлагаю обмен информацией. Мой отчет отправится сразу же по получении вашего».

Вадька задумался:

– Будем рисковать? – спросил он друзей.

– Давай попробуем, вдруг узнаем что-нибудь ценное, – предложила Мурка.

И при молчаливой поддержке Севы они принялись в четыре руки сооружать на английском подробный рассказ о вывозе старинной мебели из их города. Большой Босс не обманул. Вскоре перед ними было то, что он назвал своим «отчетом»:

«Компания „Братья Грейпс“ открылась в Лондоне два с половиной года назад („Одновременно с нашим „Городом Винни“, – прокомментировал Вадька). Торгуют старинными произведениями прикладного искусства из стран Восточной Европы (в основном антикварной мебелью). Мой клиент приобрел у них несколько довольно редких экземпляров, каждый из которых снабжен документом экспертной оценки, подтверждающим их ценность и подлинность. Однако недавно, встречаясь со старым другом, таможенным чиновником в Рамсгейте, мой клиент случайно выяснил, что уже в течение долгого времени при прохождении грузов фирмы через таможню ими предъявляется бумага, свидетельствующая, что товар не представляет никакой художественной ценности. Мой клиент поручил мне выяснить истину. При попытке проникнуть в сеть компании я столкнулся с вами“.

– Как думаешь, этот Большой Босс – частный детектив?

– Не знаю, – покачал головой Вадька, – но с ним обязательно надо договориться. Если мы возьмемся здесь, а он там, мы дело быстро раскрутим.

– А он согласится?

– Он же не знает, что мы дети.

И Вадька написал:

«Предлагаем постоянное сотрудничество и обмен информацией. Если мы займемся расследованием вместе, то очень быстро добьемся успеха».

Большой Босс не заставил себя ждать:

«Согласен. Прошу выслать подробное описание похищенных предметов. Связь через электронную почту в любое время суток. Успеха и до следующей встречи!»

Вздохнув, Вадька отключился:

– Придется теперь ноутбук всюду с собой носить. Спрячу его в сумку, авось не стырят. Теперь надо расследованием заняться всерьез, нельзя опозориться перед таким крутым дядей. Есть идеи?

– Есть, – немедленно отозвался Сева. – Я уже давно об этом думаю. Ведь если «Город Винни» уже почти три года благополучно работает, значит, документы на вывоз у них не фальшивые. А раз не фальшивые, то кто-то в музее их подписывает и печать ставит. Этот человечек может про мебельную шайку многое знать.

– Соображаешь! – Мурка глянула на Севу с уважением. Почему-то такой ее взгляд вызвал у Вадьки жутко неприятное чувство. Нет, Вадька очень хорошо относился к Севе, а вот неприятно стало, и все. Совершенно незачем рыжей так смотреть на кого-то, кроме самого Вадьки.

– Давайте прямо сейчас и сходим в музей, – загорелась Мурка. – Времени еще полно, они до шести работают.

– И что мы там станем говорить? – скептически поинтересовался Вадька. – Уважаемые дяденьки и тетеньки, не скажете ли вы нам, зачем и почему проверяли на древность мебель одной фирмишки и не выдали ли вы фальшивое свидетельство? Мы даже не знаем, кого искать, кто экспертизами занимается.

– Точно, – печально согласился Сева. – Вот если бы мы сами что-нибудь принесли на проверку…

– Слушайте, а почему нет! – воскликнула Мурка. – Не обязательно ведь иметь настоящий антиквариат. Мы, может, думаем, что это антиквариат, и хотим уточнить. Моя мама привезла из Германии статуэтку мейсенского фарфора. Можно взять ее и сказать, что маме ее продали как XVIII век, а теперь она сомневается и желает проверить. Попадем к эксперту, а там посмотрим.

– Ладно, пошли, – неохотно согласился Вадька, – но не рассчитывайте, что как увидите члена шайки, так тут же догадаетесь – вот он, голубчик, попался!

Преисполненные энтузиазма друзья бросились к выходу, но тут столкнулись с неожиданным препятствием. На полу, перегородив ногами коридор, сидела Катька, рядом с которой переминался Евлампий Харлампиевич.

– Так, так, – неприятным голоском протянула девчонка, потирая ушибленную распахнутой дверью ногу. – В школу, значит, не ходим, всю ночь на компьютере, и не просто сидим, а расследование ведем. В сыщики подались, украденную мебель ищем.