Чудище в шляпке - Дарья Калинина

– Я так давно там не работаю, – развела она руками в свое оправдание.

Но Анька не сдавалась. Не такой у нее был характер.

– Хотя ты там уже не работаешь, но у тебя же должны были остаться хоть какие-то связи?

Связи у Роксаны не ахти какие, но были. Вопрос в том, что теперь Роксана не была уверена, что эти связи нужно задействовать.

– А вдруг я ему и впрямь надоела и он таким образом пытается мне дать это понять?

Но Анька считала, что самая горькая правда все равно лучше, чем самая сладкая ложь.

– Ну бросит так бросит. Будешь знать это точно, по крайней мере.

Слова подруги привели Роксану в состояние, близкое к панике.

– И что я буду делать одна? Без денег, одежды, даже без документов!

– Найдем тебе другого жениха, подумаешь! И документы выправим. Замуж еще выйдешь.

– За кого?

– Да за кого угодно! Вон у моего Сереги в бригаде сразу два кавалера на примете имеются. Правда, оба иногородние, один даже вроде бы пока без гражданства, но это ведь дело наживное, не так ли?

Услышав, что вместо богатого и влиятельного Клима, перед которым лежал весь мир, ей предлагают заняться рабочим со стройки, Роксана жалобно застонала. Вернуть себе Клима ей в этот момент захотелось особенно остро.

– Если тебе неловко расспрашивать, хочешь, я позвоню? – предложила ей Анька. – Ну, будто бы мне Клим по какой-то личной надобности нужен. Все-таки ты нас с ним знакомила, хотя и шапочно.

Такая встреча и впрямь была. Но ни Аньке, ни Климу она удовольствия не доставила. Клим дал понять Роксане, что Анька недостаточно красива, чтобы находиться рядом с ним или с его друзьями. Нет, он ничего не говорил, не хамил и вел себя с Анькой безупречно вежливо. Но он всегда как-то старался сократить время ее общения с Роксаной. И постепенно Роксана сдалась. Что же, если Клим считает, что рядом с ним есть место лишь людям в той или иной степени незаурядным, а Аньку он счел заурядной, то Роксана даже рада, что чисто по-женски Анька ему не приглянулась.

– Нет, – помотала головой Роксана в ответ на предложение подруги. – Я позвоню сама.

И она набрала номер Тони – Антонины, который сохранился в памяти ее телефона. Собственно говоря, именно ей и нужно было позвонить в первую очередь. Тоня работала в офисе Клима, как она утверждала сама, с первого дня существования компании. Кадровичка, которая и сама была новенькой, подтверждала это. Да и все прочие сотрудники, сколько их было, все они хором могли подтвердить: когда их нанимали на работу, Тоня уже царствовала в офисе.

Она была личным секретарем Клима, фактически его правой рукой. И в свое время Роксана поступила именно под ее начало. О своей начальнице она могла сказать, что та тетка властная и очень деловая, а что строгая и придирчивая, то тут уж ничего не поделаешь. Тоня была подвержена приступам бешеной злобы, которые наблюдать со стороны и особенно с непривычки было даже страшновато. Когда Тоня распекала провинившегося сотрудника, то пух и перья летели во все стороны. Но при этом со своими подчиненными она была неизменно честна. И если видела, что человек много и усердно работает, обязательно поощряла его премией. И премии эти доставались отнюдь не одним только любимчикам. Все знали, что таковых у Тони нет, любимчиком будет тот, кто лучше и быстрее остальных справится с порученным заданием.

В некотором плане это была личность замечательная. Мужа у нее не было. Детей тоже. Жила она одна и все свои силы, время и энергию посвящала Климу и развитию его бизнеса. Без нее строительная корпорация «Лучший дом» никогда не достигла бы такой степени процветания. Именно постоянный контроль Антонины за процессом, ее желание во что бы то ни стало добиться успеха двигали дела в гору. Иной раз Роксана не без ревности думала, что это на ней Климу стоило бы жениться. Вот из Тони вышла бы отличная жена для него – преданная и ревностно заботящаяся об интересах своего супруга.

Но, увы, Тоня была старше Клима на добрых десять лет. И была, и выглядела. Клим и сам был далеко не мальчик, а в отношениях предпочитал девушек много моложе себя, красивых и ухоженных. Так что Антонина, неизменно изо дня в день появлявшаяся в офисе в одном и том же строгом черном брючном костюме, без намека на косметику и со всеми причитающимися ее полувековому возрасту морщинами на лице, вылетала из списка его потенциальных партнерш с треском.

Да и отношения между ними нельзя было назвать любовными или даже хотя бы теплыми. Для Роксаны всегда оставалось загадкой, почему Клим не увольняет Антонину и продолжает держать ее своим помощником, несмотря на ее острый язык, не щадящий никого, в том числе и самого Клима. И он, всегда и всеми привыкший повелевать, когда дело касалось Тони, почему-то сдувался, терял былой апломб и превращался в этакого неуверенного в своих силах мальчишку, которым было очень легко помыкать.

Впрочем, надо отдать должное – Тоня этой своей властью над Климом никогда не злоупотребляла. Но все-таки эта власть у нее присутствовала, и все вокруг об этом знали.

Знала и Роксана. И вот теперь, набирая заветный номер, она чувствовала, как подрагивают у нее руки.

– Антонина Сергеевна, это я – Роксана, – промямлила она в трубку.

Какое-то время длилось молчание. А затем знакомый голос спросил:

– И как вам отдыхается?

– Нам? – растерялась Роксана. – Отдыхается? А где?

– То есть как это где? – рассмеялась Тоня в ответ. – Вы же на Кубу полетели.

– Мы?

– Ну да. Вы с Климом полетели на Остров свободы, чтобы ты могла отдохнуть, правда, не знаю, от чего уж вам обоим отдыхать. Ты вовсе не работаешь, да и Клим не убивается.

– Но мы…

– Впрочем, я слышала, что у Клима на острове было назначено несколько деловых встреч. Он их провел?

– Я… мы…

– Клим рассчитывал, что наша продукция может заинтересовать кубинцев, – не слушая ее, говорила Антонина оживленно. – Теперь, когда они наконец восстановили отношения с Соединенными Штатами, экономику их ждет бурное развитие. Очень важно занять в такой момент свою нишу. У меня было несколько контактов, можно было попробовать переговорить с этими людьми на предмет предстоящей работы на острове.

– Но я никуда не полетела!

Отчего-то Роксана была теперь уверена, что эта поездка на Кубу была полностью идеей Тони. И сейчас в ее голосе слышалась нескрываемая досада:

– Так вы не на Кубе?

– Нет! Во всяком случае, я – нет!

– А Клим?

– Я не знаю, полетел он или нет.

– Вы что, поссорились? Он улетел без тебя?

Еще спроси, он тебя бросил? Почему у всех людей одни и те же мысли на их с Климом счет? Неужели они настолько безнадежно не подходят друг другу, что это всем бросается в глаза? Неужели так было видно, что Клим намерен ее бросить?