Прекрасна и очень несчастна, или Кто кинул маленькую принцессу - Полина Раевская

Что делать? Звать на помощь? Вызывать пожарных? Ответ пришел неожиданно. Сначала в зареве костра заплясали тени, а затем появившийся неизвестно откуда мужчина бросил что-то на землю и принялся исполнять танец африканских папуасов. Право слово, выглядело очень похоже – пляшущий человек на фоне огненного зарева.

Правда, матерился он вполне себе по-русски знакомым голосом. Присмотревшись, я поняла, что неожиданным спасителем оказался Борисов Илья Михайлович. Собственной персоной. Чтобы потушить пламя, мужчине даже пришлось пиджаком пожертвовать. Не «Лексус», конечно, но тоже, уверена, стоит немало. Правда, на горючие свойства стоимость материала, как выяснилось, не влияет – дорогая шерсть сгорела так же быстро, как и дешевая синтетика. Поэтому к тому моменту, когда пламя удалось потушить, от пиджака, как в том детском стишке, остался «один ворот». Борисов сгреб в охапку остатки нашей с ним одежды и, оглядевшись по сторонам, решительно направился к стоявшему неподалеку мусорному баку. Я потрусила рядом, не решаясь заговорить первой.

– Ты что же это решила себе еще обвинение в поджоге добавить? – сурово спросил адвокат после того, как избавился от тряпья. Он достал из кармана брюк белоснежный платок и принялся оттирать им руки, перепачканные в саже.

Я равнодушно пожала плечами. На самом деле меня трясло от холода и волнения, но демонстрировать Борисову свои чувства отчего-то не хотелось.

– Так получилось… – промямлила я.

– Так получилось, – передразнил он меня и, решительно повернувшись на каблуках, направился в сторону моего подъезда.

– Э-э-э, а вы куда? – спросила я, даже не подумав двинуться с места.

– К тебе, конечно, – спокойно ответил защитник. – Или не пустишь? – усмехнулся он. – Вообще-то мне бы хоть руки помыть, да и одежду в порядок привести, а то всю машину перепачкаю.

Хм, заявление Борисова было не лишено смысла, да и претензии вполне обоснованны, – неужели он не заслужил немного воды из-под крана в моей квартире? И все же я без особого энтузиазма согласилась впустить его в свой дом. По дороге в квартиру судорожно вспоминала, в каком состоянии ее оставила покидая.

Так, нижнее белье я точно затолкала в стиралку, а валявшиеся на полу полотенца успею поднять, войдя в дом первой. Вроде бы поводов для насмешек нет, хотя от Борисова, конечно, всего можно ожидать.

* * *

Уж не знаю, что ожидал увидеть адвокат в моей квартире – не удивлюсь, что жилище в стиле Барби, учитывая мою репутацию любительницы бальных платьев, но едва переступив порог дома, он восхищенно присвистнул.

Ну, слава богу!

В противном случае мне пришлось бы задуматься о выборе способа предстоящего суицида. Благо одобрение, читаемое в глазах Борисова, уберегло меня от мыслей о самоубийстве.

– Где у тебя тут ванная? – спросил он меня скорее для поддержания разговора – в квартире-студии имелась всего-то одна дверь, ведущая, само собой, в санузел. И все же я проложила маршрут указующим перстом, и вскоре звук льющейся воды возвестил о начале гигиенических процедур моего неожиданного гостя.

Я же, сама не знаю почему, принялась критически рассматривать себя в зеркале, недовольно отмечая признаки усталости и пережитого – темные круги под глазами, припухлость век, вызванную недавними рыданиями, мертвенную бледность щек. Да уж, усмехнулась я своему отражению, вид далеко не цветущий. А ведь до того, как мне предъявили обвинение в убийстве, я слыла особой привлекательной, не знающей отбоя от кавалеров. Даже интересно, как на моей репутации обольстительницы отразится судимость? Я вновь усмехнулась. Что ж, поживем – увидим.

– Хороша, хороша! – насмешливый голос заставил меня вздрогнуть. Надо же, предаваясь своим мыслям, я и не заметила, как Борисов вышел из ванной. Досадуя на себя за то, что позволила застать себя врасплох, я больно закусила губу и отвернулась от собеседника.

– Все? – я буркнула, обращаясь к адвокату, не поворачивая головы. – Привели себя в порядок? Теперь салон вашего, не сомневаюсь, очень дорогого авто в безопасности?

Может, и не очень вежливо, конечно, но счет за «должок» Борисова все еще не закрыт – никакие насмешки не могли компенсировать то унижение, через которое мне пришлось пройти по его вине. Так что потерпит!

Однако, судя по всему, этого гостя так просто не выгонишь. Ничуть не смущаясь, Борисов подошел к барной стойке, отделяющей жилую зону от кухонной, и уселся на высокий стул.

– Кофе нальешь? – поинтересовался он, даже не подумав смутиться.

Пробурчав нечто нечленораздельное, призванное продемонстрировать крайнюю степень недовольства, я подошла к кофемашине и утопила мягкую кнопку, запуская процесс приготовления эспрессо. Сложив руки на груди, наблюдала, как ароматный напиток тонкой струйкой наливается в чашку, и мечтала о том, чтобы этот процесс длился вечно. Увы, умная техника выполняла поручения очень быстро, и как я не хотела, мне пришлось повернуться к Борисову и встретиться с ним взглядом.

Надеюсь, я не выглядела при этом очень затравленной. Что до мужчины, то в его глазах плясали озорные чертики, выдававшие насмешку. Вот ведь гад!

– Ваш кофе, сэр, – язвительно произнесла я и, прошествовав к стоящему у стены дивану, небрежно откинулась на его сиденье, скрестив ноги и натянув подол платья пониже – белье я так и не успела надеть. В списке моих «одежных историй» не хватало только этой.

Борисов внимательно меня рассматривал, не произнося ни слова. Интересно, а зачем он вообще явился? Вопрос закономерный, хоть и несколько запоздалый. Но вместо того чтобы его прямо об этом спросить, я зачем-то решила инициировать светскую беседу.

– Как кофе? – вежливо поинтересовалась я, изображая гостеприимную хозяйку.

– Вполне сносный, – ответил Илья. Судя по всему, тактичность – не самая сильная его сторона.

Я обиженно поджала губы, но промолчала. Мужчина рассмеялся:

– Перестань, так и будешь дуться на каждое мое слово? В конце концов, я же не пирожки твои раскритиковал. Этот кофе ты не сама варила, душу не вкладывала, отсюда и результат. Как-нибудь я непременно угощу тебя по-настоящему достойным напитком, приготовленным в лучших традициях искусства бариста.

– Жду не дождусь, – яда в моем тоне вполне хватило бы, чтобы умертвить роту крепких солдат, но выпад не достиг цели – Борисов лишь лучезарно улыбнулся, продемонстрировав ослепительный ряд зубов.

Похоже, у этого субъекта просто нет недостатков, досадливо подумала я, невольно съеживаясь от осознания собственного несовершенства.

– Слушай, а ты всегда навещаешь своих подзащитных, да еще и по ночам? – решив, что церемоний на сегодня достаточно, поинтересовалась я.

– Нет, – улыбка Борисова стала еще шире, хотя мне казалось, что это уже невозможно. – Я делаю исключения только для молодых и красивых барышень, – мужчина весело мне подмигнул.

– Так себе комплимент, – хмыкнула я. – Слыхали и лучше.