Мертвые в прятки не играют - Елена Донцова

– Хорошо, я позвоню. Но у вас точно все в порядке?

– Да не сомневайтесь, Вероника Сергеевна, – пробормотала женщина и тут же отключилась.

Удивленная такой неприветливостью, она набрала номер мобильного мужа. Сердце ее колотилось, как заячий хвост. Вероника вдруг словно перенеслась в ту пору, когда они с Андреем только начали встречаться, и ей бывало очень страшно набирать его номер. А дождаться звонка не всегда хватало терпения. В таких случаях Ника едва не падала в обморок, ожидая ответа, даже заранее ложилась на диван и тяжело дышала.

Муж ответил быстро. Он заговорил по-немецки, возможно, ждал звонка от кого-то из партнеров. И осекся, когда она тихонько позвала его по имени.

– Что тебе надо, Вероника? – через секунду спросил он таким усталым голосом, будто она своими звонками уже успела ему надоесть. В его голосе было столько холодной вражды, что у Вероники потемнело в глазах. Но она постаралась говорить спокойно.

– Андрюшенька, у вас там все в порядке? – спросила она. – Дети с тобой?

– Со мной, – буркнул муж. – Мы как раз пришли в кафе поужинать. Они побежали мыть руки. Так что постарайся говорить покороче. Учти, я прерву разговор, как только они вернутся.

– Но почему нельзя говорить при детях? Я надеялась, что ты после передашь им трубку...

– Она надеялась! – прошипел муж. – Да ты хоть понимаешь, что проделала с детьми, когда бросила их одних! Смылась трусливо, даже меня не дождалась! Что бы ты почувствовала на их месте, если бы тебя забыли в чужой стране, с чужим, в сущности, человеком?! Они только начали приходить в себя. И не вздумай звонить и дергать их!

– Андрюша, подожди, ты нашел мою записку?! – постаралась перекричать супруга Ника.

– Естественно, нашел! И ты думаешь, я хоть на минуту поверил в этот бред про похищение? Если бы ты смирила свою лживую натуру и исчезла без всяких объяснений, я бы, возможно, сам нашел бы тебе какое-то оправдание. Но эта записка не оставила мне никаких иллюзий. Особенно вкупе с рассказом Марковны о том, что ты приехала на своей машине и сама собирала вещи в дорогу. Записка – просто твоя очередная нелепая попытка уйти от ответственности!

– Андрей, послушай меня хоть минутку! – взмолилась Вероника. – То, что я написала в записке, – это бред, ты прав. У меня просто возникли проблемы со здоровьем, и я решила сразу обратиться к парижскому врачу! Я была слишком напугана в тот момент, чтобы обсуждать это! Сейчас уже все в порядке, я звоню, чтобы сказать, что очень скоро вернусь к вам.

– Нет, ты не вернешься, – медленно, почти по слогам проговорил муж. – Потому что тебя здесь никто не ждет.

– Ты что такое говоришь, Андрей?!

– Ты все слышала, Вероника. Я постараюсь, чтобы дети поскорее забыли о такой мамаше, как ты. В любом случае ты их больше не увидишь.

Андрей помолчал, словно ожидая ее реакции. Но Вероника не могла выдавить из себя ни слова.

– Знаешь, – торжествующим голосом добавил он, – уж лучше бы ты продолжала настаивать, что тебя похитили. Потому что твоя версия со здоровьем просто нелепа. Ты начала метаться и этим подтвердила мои худшие ожидания. Занимайся собой и забудь о нашем существовании.

И трубка запищала. Вероника ударом наотмашь сбросила телефон с тумбочки, и он беспомощно повис на проводе. Потом легла поверх одеяла и свернулась калачиком, уткнувшись лбом в колени.

Первый брак Вероники не был ни плох, ни хорош. А если точнее сказать, то она просто не успела в этом разобраться. Они с мужем работали сутки напролет, приходили поздно, падали замертво в постель. Побыть вместе удавалось только в выходные дни. Иногда им бывало очень хорошо вдвоем. Но частенько проведенный вместе день оканчивался ссорой, конфликтом, который уже некогда было решать, потому что снова начиналась трудовая неделя. За последующие пять дней предмет спора вроде бы забывался, но неприятный осадок оседал в душе, как порода на шельфе. Вероника надеялась, что подумает об их отношениях позже, например, когда уже будет в декретном отпуске. Но это время все никак не наступало.

Начались скитания по врачам. А потом настал день, когда Ника, забыв стыд, рыдала в голос в кабинете врача, а старенький доктор хватался за остатки седых волос на своей бедной голове и все всовывал ей в руки какую-то книжечку, бормоча при этом:

– Милочка, вы живете в хорошее время. Мой диагноз – это нынче совсем не приговор.

В этой методичке вы найдете сразу несколько способов, которые позволят вам отлично выносить и родить малыша.

Методичку Вероника прочитала прямо в коридоре больницы, пока «сушила лицо». И воскресла душой. Да, все это требовало больших, очень больших денег, но если они с мужем с завтрашнего же дня начнут экономить на всем, да еще продадут их старенькую машину, то через год уже можно будет обращаться в центр.

А вечером на кухне, по-отечески обнимая Веронику за плечи, муж внушал ей ласково:

– Милая, ну для чего торопиться, у нас еще столько времени впереди. Какой смысл лишать себя всего, когда можно немного подождать? Радостное событие в нашей жизни не должно превращаться в обузу, ты согласна? – И добавил, прижимаясь к ней все крепче: – Знаешь, я даже рад, что ты пока не можешь иметь детей. Это даст нам время сблизиться, насладиться нашим маленьким счастьем, ведь так?

Через два месяца Вероника с ним развелась.

А еще через полгода встретила Андрея – он пришел в турфирму, где Ника работала оператором. Она сразу влюбилась в него – а как было не влюбиться в двухметрового красавца блондина. Но червячок сомнения то и дело поднимал голову в ее душе, желая произнести обличительные слова: «Андрей богат и может оплатить любые процедуры, даже повторные, если понадобится. Не в этом ли причина твоей любви к нему?»

Вероника так измучилась, что однажды честно рассказала ему обо всем. Он тогда только рассмеялся и поцеловал ее в макушку:

– Кошечка, ты встретила своего мужчину, который подходит тебе по всем параметрам, вот и все.

И эти слова решили дело. Они поженились, и через полтора года родился Славик.

Однажды у них случилась пустяковая размолвка, и Ника от греха подальше ушла в детскую, посадила малыша на колени и стала играть с ним в «Рельсы, рельсы». Она не сразу заметила, что муж стоит в дверях и смотрит на них скорбным взглядом.

– Ты что, Анрюшенька? – испугалась Вероника.

– Почему ты просто не попросила у меня денег на обзаведение потомством? – каким-то больным голосом спросил муж. – Я бы дал. Знаешь, любому мужчине больно узнать, что его использовали. – И вышел из детской.

Вероника так растерялась, что даже не побежала за ним следом – не нашла слов в свое оправдание.

С тех пор эта тема стала для Андрея коньком. Если Вероника спрашивала, когда он вернется, муж отвечал, костенея лицом:

– Зачем тебе? У тебя ведь есть дети.