Кровавый песок - Фридрих Незнанский

Во второй раз за последние пять минут несчастный джип подбросило, но теперь уж выше, выбило оставшиеся целыми стекла и охватило пламенем. Одна за другой пооткрывались двери. Несмотря на оглушительный шум, поднятый стрельбой и взрывом, внутри «Мерса» не происходило никакого движения. Денис начал подозревать, а не ехал ли Ник сам, один-одинешенек. Но учитывая, что появился он с противоположной водителю стороны, отверг эту версию. Скорее всего, попутчики его по-крупному наложили в штаны и не могли пошевелиться, или же, следуя инструкции о поведении в подобных ситуациях, просто не высовывались. И были сто раз правы. Только путались бы под ногами.

Щербак, между тем, заканчивал расстрел трейлера, имеющий целью скорее отпугнуть, обратить в бегство противника, чем поразить его. После гибели «чероки» грузовик, будто сорвался с цепи, рванул с места, оставляя за собой плотные выхлопы соляры. Догонять его никто не стал. Пока доехали до дачи, опустились сумерки.

«Мерседес» остановился у ворот трехэтажного особняка. Обычный стандарт новых, но с размахом. Красный кирпич, красная же черепичная крыша, белые окна-стеклопакеты. А вот крыльцо выполнено с претензией на оригинальность. Четыре колонны в коринфском стиле, поддерживали просторный открытый балкон вместо положенной крыши античного храма. Каменные ступени вели не в обитель бога, а к массивной железной двери, темным пятном уродливо зияющей между изящными столпами.

Щербак выскочил из салона навстречу «форду», все это время сопровождавшему его сзади.

— Серьезный у меня приятель, — ухмыльнулся Денис и стал выбираться из машины с поднятыми руками. — Сдаюсь без боя! — внятно выкрикнул он.

— Денис, твою мать! Спасибо, конечно, за помощь. Но я же мог тебе башку продырявить.

— С тебя станется, — подтвердил Денис.

Дверца «Мерса» приоткрылась, низкий мужской голос спросил:

— Щербак, что им нужно?

— Вадим Валерьянович, это мой друг, — ответил Ник невидимому шефу.

— Черт, ты сначала обязанности свои выполни, а потом будешь с другом общаться, хоть до утра, — послышалось из салона.

— Дэн, пять минут подожди, — крикнул Щербак. — Хорошо?

— Только ты сразу попроси отпуск у начальника, — словно в шутку предупредил Денис.

Щербак подбежал к калитке, отворил ее, поднялся на крыльцо дома, включил свет, осмотрел дверь, отпер замок. Прошел внутрь, потом вернулся на крыльцо, крикнул:

— Все чисто!

Только после этого банкир выкарабкался из машины, переваливая массивное тело с ноги на ногу, направился к дому. Следом за ним двинулся еще один телохранитель. Вскоре особняк засветился всеми окнами, очевидно, телохранители тщательно проверяли помещение на предмет микрофонов или бомб, или чего-то там еще.

Наконец Щербак вернулся к Денису.

— Ты подвезешь меня в Калугу. Надо вещички собрать. Там есть такая Фабричная улица.

— Я знаю… Отпуск взял? — спросил Денис.

— А то.

— И он тебя отпустил?

— Нет.

— Не понял.

— Я сказал, что увольняюсь. Надоело мне это дело. И это тело! Как горькая редька! Сколько живу, никогда такого трусливого мужика не видал. Ты думаешь, Дэн, что мы сейчас в доме делами?

— Под кроватями засаду искали, — наобум высказался Денис.

— В яблочко.

— Ладно, Коля, времени в обрез. Ты мне нужен.

— Не, Дэн, хватит с меня это коллективной беготни. Я теперь — в свободном полете. Попробовал — понравилось. Просто здесь — не слишком удачный опыт. Ну, ничего, вернусь в Москву, составлю резюме получше…

Они мчались в направлении города. Денис молчал. Щербак вдруг заметил это.

— Ты что, Дэн?

— Возвращайся в «Глорию», — простодушно попросил Денис.

Щербак засмеялся.

— Э, нет, брат, кончено. Тебя я уважаю и люблю, ты профи. Ты все равно что из наших, из МУРа. Да и ты ведь Грязнов, в конце концов. Одна фамилия чего стоит. Но с Филькой Агеевом работать больше не стану. В гробу я этих афганцев видал.

— В том-то и дело, Коля, — сумрачно кивнул Денис. — Грохнули нашего Филю.