Дурацкая история - Екатерина Вильмонт

На следующий день я проснулась в прекрасном настроении. Ядома, в родной Москве, все мои друзья как были, так и остались друзьями, хотя сОлегом и Валеркой я еще не виделась, но они… Как бы это сказать… Друзья второгоплана. Как бывают артисты второго плана…

Друзей второго плана, я считаю, может быть очень много, авот первого… Но мне грех жаловаться, у меня их трое!

После того как мы помыли руки святой водой, никакие мысли оперстне и сгоревшей квартире почему-то даже не лезут в голову. Вот я простовспомнила про это, и все! Сейчас встану, позавтракаю с мамой и тетей Липой… Этовам не мадам Жюли! Хотя я ничего не имею против нее, но, во-первых, она чужая,а во-вторых, ни слова не знает ни по-русски, ни по-английски. Разве уютно завтракатьс такой дамой? А потом, когда мама умчится в театр или на студию, ко мне придетМотька, с которой можно говорить обо всем на свете! Хорошо!

Ко мне заглянула мама.

– Аська, бессовестная, сколько можно дрыхнуть? У менятолько сорок минут. Вставай, хоть позавтракаем вместе.

Я вскочила как ошпаренная. И через пять минут мы уже сиделивтроем на кухне.

– Да, Аська, пока ты вчера гуляла незнамо где, папатвой звонил!

– Ой, откуда, тетя Липочка?

– Я разве запомню? Сказал, что позвонит сегодня днем, ипросил тебя дома быть!

– А во сколько? – поинтересовалась мама. –Мне тоже надо было бы поговорить с ним!

– Сказал – от двенадцати до четырех!

– Фу ты! Ничего не получится! – вздохнуламама. – А ты, Аська, уж будь добра – посиди дома!

– Посижу! – огорчилась я. Папа совсем не понимаетменя… Вот деду никогда не пришло бы в голову требовать, чтобы я в самое, можносказать, лучшее время торчала в ожидании его звонка! Тем более ничего такого ужважного папа мне все равно по телефону не скажет! И тут же мне стало стыдно:человек по полгода «болтается в морях», ему хочется услышать голос дочки, а я…Но, с другой стороны, мы с ним разговаривали всего десять дней назад, передмоим отъездом из Парижа…

Мама, кажется, прочитала мои мысли и поспешила на помощь:

– Аська, не расстраивайся! Просто зови всех, коговздумаешь, сюда! Я понимаю, в такую погоду обидно дома сидеть, ну ничего, днисейчас длинные – наверстаешь! Липа, вы, по-моему, что-то хотите мне сказать? Яне ошибаюсь? Ну-ка, выкладывайте!

Тетя Липа смущенно откашлялась…

– Тата, скажи, а эти щиты... что на всех углах… Они ещедолго стоять будут?

– Ну, я думаю, еще месячишко простоят! А в чем дело?

– Да мне... как бы это сказать... многие говорят, чтоэто... вроде как неприлично… И еще, я думаю, Игорю Васильевичу это не понравится!Про Юру я и не говорю, но он раньше конца августа не появится, а то, гляди, иеще позже! До тех пор все забудут про это…

– Тетя Липа, что вы говорите! Почему неприлично?

Самые знаменитые артисты в рекламе выступают, –вступилась я за маму.

– Выступать – это одно, а чтоб на всех углах… –бормотала тетя Липа.

– Да ерунда это все, – отмахнулась мама. –Элементарная зависть! Я уж внимания не обращаю… Мне всю жизнь завидовали, вдетстве – оттого, что мой папа был таким знаменитым и у меня всегда красивыешмотки были, потом стали завидовать тому, что я красивая, и тому, что я сталаактрисой, потом я еще и петь начала, а теперь вот в рекламе снимаюсь! –хорохорилась мама, почти в точности повторяя мои слова, но я чувствовала, чтоона все-таки страдает от этого, хоть и не подает виду. – А кто же именносказал, что это неприлично?

– Да вот Альбина твоя, подружка называется!

– Ну, с Альбины взятки гладки, – засмеяласьмама. – Она существо ущербное! На нее даже обижаться грех!

Альбина Федоровна, вдова знаменитого композитора, живет нанашей площадке и считает маму своей подругой.

Кстати, благодаря этой Альбине, по прозвищу Ненорма, ивозник наш «Квартет»! Это было всего полтора года назад, но сколько мы всегоуспели за это время…

Мама допила кофе и умчалась. А я позвонила Мотьке и сказала,что придется мне сегодня дома сидеть.