Барышня и хулиган - Татьяна Полякова

— Не знаю. Звонила час назад… Как узнала, что тывернулся, решила домой не спешить. А я собралась уезжать.

— Ага. Ничего, появится. А тебе куда торопиться,погости.

— Спасибо, — задыхаясь от счастья, сказала я.

— Нет, в самом деле. Честно говоря, у меня на душекошки скребут оттого, что все так вышло. Я вообще-то кулаками махать нелюбитель, в смысле, баб колотить, но твоя сестрица, чтоб ей… ладно, извини.

— А что у вас произошло? — поинтересовалась я.

— Ну… — Он скроил забавную физиономию и уставился впотолок, посидел так с минуту и продолжил:

— Не сошлись во мнениях по ряду вопросов…

— Видно, здорово не сошлись, раз ты кулакамимашешь, — съязвила я.

— Бывает и хуже.

Я поставила перед ним тарелку с яичницей и блинами, сделалабутерброды, заварила кофе и устроилась напротив за огромным столом.

— Если уж мы познакомились, — сказала ямиролюбиво, — давай рассказывай, как ваши дела, и все такое…

— Так ты ж видела? — удивился он. — А всетакое… нормально, одним словом.

— Тогда о себе расскажи. Чем занимаешься, кпримеру? — Я машинально оглядела кухню, решив про себя, что Мишка должензаниматься чем-нибудь существенным, раз умудрился приобрести такую квартиру.

— Да это не интересно, — отмахнулся он.

— Интересно, — нахмурилась я, пресекая попыткиуйти от разговора. Если уж на мою долю выпали тяжкие испытания, я взамен имеюправо удовлетворить свое любопытство. — Ты мне родственник и…

— Сказать по чести, — скривился Мишка, — уженет. Пока я в тюрьме парился, сестрица твоя развелась со мной.

— А за что парился-то? — нахмурилась я. —Ограбил кого?

— Почему сразу ограбил? — возмутился Мишка. —С чего это мне кого-то грабить? У меня, между прочим, фирма была, крупнейшая вобласти, и вообще… я такие бабки заколачивал…

— И куда же она делась? — с сомнением спросила я.На бизнесмена Мишка был мало похож, физиономия как есть разбойничья, щетина,волосы торчат в разные стороны, левая бровь рассечена, остался шрам с белымизубчиками. Нет, бизнесмен так не выглядит. Правда, я их сроду не видывала… ИАнька, моя подружка, всегда твердит, что бизнесмен по-русски, считай, тот жеразбойник. Опять же, колотил он меня весьма чувствительно, может, поэтому я кнему и придираюсь?

— Кто? — поднял он бровь.

— Фирма, естественно.

— Никуда она не делась, — разозлился Мишка. —Это я делся, аж на семь месяцев. А у нас ворон не ловят, раз и… Чего я тебеговорю, ты ж в этих делах не смыслишь.

— А по-моему, ты врешь, — не осталась я вдолгу. — Никакой ты не бизнесмен. Ты свою физиономию в зеркале видел?Просто так людей в тюрьму не сажают.

— Ага… грамотная очень… Между прочим… — В этом месте онмахнул рукой, обиженно засопел и всецело сосредоточился на бутербродах.

— Так что у вас с Катькой произошло? — невыдержала я.

— Ничего.

— Как это ничего? За что ж ты ее, тоесть меня, колотил?Я ей сестра и знать хочу…

— Вот у сестры и спрашивай. Мне так даже любопытно, чтоона ответит.

Я обиделась и кофе пила в молчании. Покончив с едой, Мишкапрошел в ванную и, не закрывая дверь, замер перед зеркалом.

— Да… рожа что-то не очень, я бы даже сказал совершенногнусная рожа… Вот что, родственница, я малость оттянусь в ванной, придам себедостойный вид, а ты посмотри в спальной, висят ли мои костюмы, а то, может,Катька их давно загнала по дешевке. С нее станется.

— Сам и смотри, — проворчала я.

— А чего тебе делать? Занята очень?

— Нет, — пожала я плечами.

— Ну так помоги человеку.

— Ладно, — неохотно согласилась я и поднялась полестнице в спальню. Там, где я ночевала прошлой ночью, мужских вещей точно небыло, поэтому я отправилась в спальню напротив. Мишка совершенно напрасноподозревал Катерину, одежда его содержалась в образцовом порядке. Я вернулась вкухню, громко крикнув:

— Цело твое барахло. — Услышал он или нет, судитьне берусь. Быстро помыв посуду, я вновь поднялась наверх и устроилась вспальне, в той самой, где провела ночь, размышляя, что ж мне

Теперь делать. Особых идей не наблюдалось, если я опоздалана встречу с сестрой сегодня, значит, придется ждать завтрашнего утра, естьслабая надежда, что Катька позвонит… На всякий случай следует держаться поближек телефону. Включив телевизор, я пошарила по каналам и с досадой забросилапульт, ничего интересного. Тут дверь распахнулась, и на пороге возник Мишка,весьма довольный собой. Он тщательно побрился, облачился в светлый костюм идаже нацепил галстук, мокрые волосы были расчесаны на косой пробор. Если ондумал произвести впечатление, то старался напрасно: небритая разбойничья рожатеперь стала бритой — вот и вся разница.

— Надо в парикмахерскую наведаться, — заявил он, сявным удовольствием разглядывая себя в зеркале.

— Ага, — равнодушно отозвалась я.

— Чего «ага»?

— Я про парикмахерскую…

— А ты чем думаешь заняться?

— Я телевизор смотрю.

— Тоже мне занятие… Пойдем по городу прогуляемся,зайдем куда-нибудь, отметим возвращение…

— А деньги у тебя есть? — насторожилась я.

— На выпивку хватит, не волнуйся.

— Нет, я, пожалуй, здесь останусь, завтра утром домойуезжаю, предстоит дальняя дорога, надо отдохнуть…

— Ну, как знаешь. Ключи внизу, на тумбочке.

Еще раз взглянув на себя в зеркало, Мишка удалился. Вскорехлопнула входная дверь, и стало тихо, а я с облегчением вздохнула.