Барышня и хулиган - Татьяна Полякова

Я подмела осколки, вновь выглянула в окно и убедилась, что«газик» уехал, а чокнутый Катькин муж исчез. Надеюсь, навеки. У него есть ключиот квартиры… Что ж делать-то? До одиннадцати утра я могу не дожить, а сестрица,вот мерзавка, даже не соизволила сообщить, что вышла замуж.

Вновь зазвонил телефон, и, сняв трубку, я услышала голосКатьки.

— Ольга? Мои планы немного поменялись. Я минут черезтридцать подъеду.

— Слава богу. Тут какой-то придурок объявился,утверждает, что он — твой муж. Чуть меня не убил.

— О, черт. Его выпустили?

— Мне-то откуда знать?

— Выходит, все-таки выпустили.

— Из тюрьмы? — подпрыгнула я.

— Надо же, как не вовремя, — пробормоталасестрица.

— Уж что верно, то верно.

— А сейчас он где?

— Не знаю.

— Что, сам ушел? Это на него не похоже.

— Нет, я милицию вызвала.

— С ума сошла… какая милиция?

— Говорю, он на меня набросился. Чуть не убил.

— Ты ему все рассказала?

— О чем?

— Господи, что ж ты дура какая. О нашем плане,естественно.

— Нет, не говорила.

— И не говори. Ни в коем случае. Слушай, сделаем воткак. Собирай свои вещи, бери такси и дуй на площадь Победы, я буду тебя ждатьнапротив банка. Поняла?

— Конечно.

— И вот еще что. Если Шальнов появится, молчи как рыба,ни слова о нашем плане. И смотри, будь осторожна, чтоб он за тобой не увязался.

— Как это? — с сомнением выглянув в окно, спросилая.

— Очень просто. Нельзя, чтоб он за тобой поехал.

— Что ж мне, опять милицию вызывать?

— С ума сошла? Если он вдруг притащится, запрись вспальной и сиди, нос не высовывая, и главное, его не слушай, а когда он уснет,незаметно выберешься из дома.

— А ты все это время будешь ждать меня возле банка?

— Не буду. Возле банка я жду тебя через полчаса. Еслиты не появишься, значит, этот гад вернулся, следовательно, встречаемся какдоговаривались раньше, завтра в одиннадцать в Мотине. Все поняла?

— Катька, я совершенно не желаю…

— Пока, — перебила она меня и повесила трубку.

Я заметалась по ее дурацкой квартире, собрала вещи (славабогу их у меня было немного) и стрелой вылетела из дома. И тут выяснилось, чтоу меня нет ключей. Я глухо простонала, а потом, подбадривая себя различнымисредствами (словами, пением и легким свистом), вновь обшарила квартиру впоисках ключей. Но они как сквозь землю провалились, хотя я хорошо помнила, чтоположила их на тумбочку. Вторичные поиски результатов не принесли. Я взглянулана часы, плюхнулась на стул в кухне и заревела. К Катьке я уже опоздала, немогу же я оставить квартиру незапертой. Что ж мне теперь делать?

Я перевела взгляд на телефон, неужто у сестрицы ума нехватит позвонить еще?

— Ну, давай, позвони, — бормотала я, размазываяслезы.

— Какая трогательная сцена, — раздался насмешливыйголос за моей спиной, я подпрыгнула, обернулась и увидела Шальнова.

— О господи, — ахнула я, прижав руку к сердцу, нотут же нахмурилась и спросила:

— Ты взял ключи?

— Это мои ключи и моя квартира.

— Вот и отлично. Оставайся, а я ухожу. «На худой конецпереночую на вокзале».

— Да неужто? — скривился он. — Нет, радостьмоя, у меня накопились кое-какие вопросы, и ты мне на них ответишь, а если неответишь… — Он подскочил ко мне, а я завизжала, потом огрела его чайником, онохнул и отступил. Воспользовавшись этим, я рванула к двери, но этот гадбросился за мной и ухватил за плечо, в результате рукав блузки остался у него,а я опять завизжала. Все, нет больше моего терпения, пусть Катька со своимимужиками сама разбирается, один норовит трахнуть прямо в туалете, другойколотит… В сердцах я заехала ему в ухо и заорала:

— Что ты ко мне прицепился, придурок. Я знать тебя незнаю. Разуй глаза, какая я тебе жена, я Катькина сестра.

Глаза он «разул», выпрямился с довольно глупым видом изаявил:

— Черт…

— Вот именно. Навязался на мою голову. Я даже не знала,что она замуж вышла.

— Сестра? — нахмурился Шальнов и вновь повторил:

— Черт… Надо же, как похожи. А ведь в самом деле… какже я…

— В самом деле, — передразнила я. — Словасказать не дал. Я думала — грабитель. И почему сразу драться? Что, нельзяпоговорить по-людски?

— С твоей сестрой? — удивился он. — Нет,конечно. Слушай, ты это… как тебя там… извини, в общем. Даже не знаю, каквышло. Теперь-то и сам вижу. Это я в сердцах, знаешь, не разглядел. Тебя какзвать-то?

— Оля.

— Ага. А меня Михаил. Будем знакомы. — Он кашлянули протянул мне руку, я фыркнула и отвернулась, он сразу же сунул руку в кармани сокрушенно вздохнул:

— Значит, ты в гости…

— В гости… с ума тут сойдешь с вами…

— Может, чаю выпьешь? А пожрать есть чего? Если честно,у меня кишки сводит.

Я только вздохнула. Мало того, что родственник мне синяковнаставил, он еще и есть просит.

— Блины есть, с медом. Могу яичницу поджарить, —пожала я плечами.

— Давай, — согласился он, устроился за столом истал пялить глаза на меня. — А вы здорово похожи. Вот уж не думал, простоудивительно.

— Чего ж удивляться, раз мы сестры?

— Ну… Катька говорила, что ты зануда, училка в школе ивроде бы даже уродина.

— Ну, сестрица, спасибо, — прошипела я.

— Все, мол, книжки читаешь, и у тебя от лишнейграмотности крыша едет.

— Хорошо хоть с вашей крышей полный порядок. Образцоваясемья и все такое…

— Тебе наших дел не понять, — нахмурился он.

— Куда там. Является муж неизвестно откуда и сразу скулаками.

— Ладно, разберемся. Хотя, если честно, сестра у тебяредкая стерва, не в обиду тебе будет сказано. Где она, кстати?