Горький шоколад после любви - Мария Жукова-Гладкова

Хотя Аня и пыталась уверить Ольгу Веселко, что в Петербурге она счастлива, это было не так. Вначале она в самом деле так думала, теперь несколько изменила свое мнение. Да, день переезда стал самым значительным, самым судьбоносным. Как она тогда мучилась… Как взвешивала все «за» и «против»! Да, она уже многое получила. То, чего хотела раньше. Но теперь она хотела другого! И Аня была уверена: она своего добьется. Всего добьется, раз уже выполнила план номер один. Но пока следовало успокоить Ольгу. А то вдруг она сорвется обратно в Москву? Этого нельзя допустить ни в коем случае!

– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, – призналась Аня Ольге. – Я пережила это два года назад. А тут еще этот труп… Но все уладится, уверяю тебя. И не забывай, что у тебя здесь есть отец и я, да и, наверное, какие-то старые знакомые найдутся. Я-то никого не знала, ехала к бабушке с дедушкой.

Веселко молча пила шампанское.

– Злорадствовать, конечно, нехорошо, – продолжала Аня, – но знаешь, что меня больше всего радует?

Веселко приподняла брови в немом вопросе.

– То, что я, наконец, утерла нос своей драгоценной мамочке. Ей никогда не нравились мои мужчины, но против Геры и она ничего не смогла бы возразить.

Алла Даниловна искала для дочери сына кого-нибудь из людей, с которыми сама имела общие дела, пытаясь закрепить нужные связи.

Девушки были уже довольно-таки сильно пьяны: к концу подходила вторая бутылка шампанского.

– Я так рада, что ты все-таки приехала, – призналась Аня. – Я боялась, что ты передумаешь… не рискнешь… Я на седьмом небе! Только, пожалуйста, не уезжай из-за этого трупа! Какое нам до него дело? Олечка, родная, я тебе помогу во всем! Мне так тебя не хватало!

Ольга улыбнулась: решение далось ей нелегко.

– Гера обещал поговорить с друзьями и быстро подыскать тебе работу, – продолжала Аня.

– Не забывай, дорогая, что я приехала сюда в первую очередь для того, чтобы устроить свою личную жизнь. Работа приходит и уходит, а мужчину хочется всегда. В принципе, работу не так-то трудно найти, а вот Тихоновых – гораздо сложнее. Пусть лучше представит меня своим друзьям-приятелям. Холостым.

Девушки молчали какое-то время, потом Ольга заговорила вновь:

– Ты, конечно, права: работу нужно искать, не откладывая дело в долгий ящик – я же не жду никаких поступлений. Пока. Жаль, конечно, что я не закончила институт или хотя бы курсы машинисток или секретарей-референтов. Мне всегда было так скучно сидеть за партой: хотелось двигаться, действовать, перемещаться с места на место. В результате я даже печатать не умею. То есть, в фирму меня ни в какую не возьмут.

– А зачем тебе в фирму? – удивилась Аня.

– А где ты мужика нашла? Где они все бывают? На работе! А я со своими способностями только и могу, что вести аэробику да шейпинг. Женщинам! Где ты видела мужиков на аэробике?

– Вообще-то, Тихонов ходит куда-то на тренажерах качаться… – протянула Аня. – Они тоже как-то занимаются. Мужчины, в смысле.

– Вот и узнай, куда он ходит.

Аня помолчала и заметила:

– А вообще-то, ты и сейчас можешь научиться печатать. Еще не поздно. Компьютер – машина для идиотов. За один день азы освоишь. Я тебя обучу. Потом быстро наберешь скорость печати… Поверь: это несложно.

– Нет, Анька, – Веселко покачала головой. – Это я чушь несла про фирму: не смогу я восемь часов сидеть на одном месте. Нет, я могу танцевать восемь и даже десять и двенадцать часов подряд, ногами, руками крутить и все в таком роде – но не сидеть в конторе. Этого я не выдержу. Ни ради какого мужика, – Ольга усмехнулась. – Я – беговая лошадь, я хочу участвовать в скачках, срываться со старта и нестись к финишной черте, а не быть привязанной к секретарскому или какому-то еще столу, компьютеру, факсу. Это не для меня.

– По крайней мере, ты знаешь, чего ты хочешь, – заметила Аня.

– А ты разве не знаешь? – поразилась Ольга.

– Теперь нет, – Аня грустно вздохнула и разлила остатки шампанского из второй бутылки по бокалам.

– То есть?

И Аня объяснила, что еще год назад главной целью было женить на себе Тихонова, она этой цели добилась, а сейчас… Тихонову не нужно, чтобы она работала целый день: он хочет, чтобы она утром готовила ему завтрак и подавала его в постель, днем успевала позаниматься собой, убрать квартиру, сходить по магазинам, приготовить ужин, встречала его после работы отдохнувшей, выспавшейся, веселой. Он против домработниц, считает, что жена должна быть хозяйкой в своем доме, а когда родится ребенок, она должна посвящать себя и ему. Какая тут работа? Но ведь жена может быть партнером, считала Аня. Не секретаршей, а, например, замом генерального. Ведь у Ани – прекрасное образование, никто никогда не считал ее дурой. Да, она начинала в фирме Геры секретаршей на приеме, но так получилось. Почему бы теперь не поставить ее на более высокую должность? Вторую в фирме? Однако Тихонов об этом даже слышать не желает.

– Мне уже так скучно, – призналась Аня сестре. – Вначале после увольнения я была занята приготовлениями к свадьбе, потом что-то переставляла и переделывала в квартире, а теперь… Начались будни: супермаркет, рынок, кухня. И хозяйство не отнимает много времени: я на машине, в очередях стоять не надо, дома всякой техники навалом.

– Но не это главное, – поняла Веселко.

– Нет… Гера считает, что купил меня, что я – его собственность… Я ограничена в общении. И это еще не все, Оля! Нервишки у него пошаливают. На работе, на людях он сдерживает свою агрессивность, а на мне можно сорваться, в полной мере продемонстрировать свои худшие качества… Но в то же время он хочет, чтобы я ему постоянно твердила, какой он умный, сильный, талантливый…

– Рожай скорее, – сказала Ольга.

– Пока не получается.

Аня грустно вздохнула и посмотрела в окно.

– Что-нибудь не так? – тут же догадалась Веселко и взяла руку подруги в свою.

– Я заловила его на этом, поняв, что его слабое место – наследник. В первый раз притворилась девочкой…

– Что?! Как? Ты операцию делала? Восстанавливала девственность?

– Есть и другие способы, – усмехнулась Аня. – Научу на досуге. Я уже десяти мужикам девочкой прикидывалась. И все верили.

– Но возраст…

– Теперь придется с этим делом заканчивать… Но они, сволочи, это любят. Человек легче верит в то, во что хочет поверить. Тихонов и поверил. А потом я сама захотела ребенка. Мы живем, не предохраняясь, – призналась Аня. – Я ходила проверяться: со мной все в порядке. И он сам, гад, меня проверяться к какой-то купленной им бабе водил.

– Значит…

– Думаю, да… Но я не могу ему сказать, чтобы он отправился к врачу! – воскликнула Аня. – Ты представляешь, какой это будет ему удар по самолюбию! Он, мужчина, а не в состоянии… А всю злость опять сорвет на мне.