Сыщики и шаманы - Николай Леонов

– …Моя жизнь превратилась в ад… – заливаясь краской негодования, говорил Матвей, невольно стискивая кулаки. – Меня стали сторониться друзья, я стал в классе мишенью для насмешек. Был момент, я даже подумывал о том, чтобы убить этого паскудыша. Но родители вовремя перевели меня в другую школу. Там был нормальный, здоровый коллектив, я снова почувствовал себя человеком. Потом поступил в институт. Три года не знал печалей и забот. И вдруг снова, уже здесь, столкнулся с этим же тваренышем. Как оказалось, сюда его пристроил папаша, бывший карманник и шулер, ставший коммерсантом.

– И что же было дальше?

– Я прошел мимо, сделал вид, что не узнал его. Но с этого момента потерял всякий покой. Видите ли, здесь я стал достаточно известным и даже, не побоюсь этого слова, популярным человеком. Я постоянно в гуще событий, организовываю спортивные мероприятия, пишу сценарии для праздничных постановок и программ, играю в институтском ансамбле, мое фото, вон, и сейчас на стенде отличников учебы. И если бы этот подонок что-то такое начал обо мне распространять, поливать меня грязью, то я – точно! – грохнул бы его как последнюю сволочь! Пусть бы даже получил срок, но хотя бы знал, что все мои унижения отплачены сполна. Он похищен? Скажу откровенно: слава богу! Одной тварью стало меньше, мир стал чище и светлее.

– Вы с ним вообще не общались или такие попытки были?

– Нет, мы с ним не общались. Ну, как-то, вскоре после поступления в РИДС, он ко мне хотел подойти и что-то сказать, но я молча повернулся и ушел. И – все. Контактов не было никаких.

– Может быть, он хотел извиниться за прошлое?

На лице Таганихина промелькнула сардоническая улыбка:

– Мне его извинения не нужны. Пусть навсегда забудет обо мне, а я с удовольствием забуду о нем…

Сразу же после разговора с Матвеем Лев отправился на встречу с Асланбековым. В отличие от нервического, интеллигентно-худощавого Таганцева атлетически-монолитный Закир выглядел самой невозмутимостью. Они встретились в летнем кафе на Трамвайной. Судя по обилию молодежи, где-то рядом находилось какое-то учебное заведение – почти все посетители кафе выглядели не старше двадцати. Об исчезновении Олега Кирканина Закир уже знал из телефонного разговора с его отцом. Отпивая кофе, он рассказал о своей последней встрече с Олегом, которая состоялась позавчера. Кирканин приехал к Закиру в Царицыно, они обсудили, какого оборудования им не хватает для спуска в пещеру и где бы его можно было достать.

– Я список составил, он просмотрел, сказал, что поговорит с отцом. Дмитрий Павлович на такие дела не скупился, – неспешно рассказывал Асланбеков. – Он считал, что лучше пусть его сын занимается всякими там исследованиями, чем будет пить или наркоманить. Иногда сам у нас спрашивал: вам ничего не надо для ваших путешествий?

– А что за оборудование вы хотели заказать в этот раз? – заинтересовался Лев, тоже пробуя кофе.

– Альпинистское снаряжение – старое уже изношено, есть риск сорваться и улететь в пропасть, мини-рации, лазерные дальномеры, портативные кислородные аппараты, газовые анализаторы… Стоит все это довольно-таки дорого.

Закир пояснил, что пещеры достаточно часто бывают очень коварны. Например, не всегда точно сможешь определить реальную глубину спуска в какой-нибудь колодец или шахту. Без лазерного дальномера там никак. В некоторых пещерах не исключено скопление сернистых газов, углекислоты и аммиака. Поэтому и газовый анализатор, и кислородный аппарат крайне необходимы. Да и переговорное устройство наподобие «уоки-токи» не бывает лишним, если есть риск потеряться и заблудиться.

Тогда же, позавчера, Олег по ходу разговора сказал и о том, что предстоящим вечером идет с Ниной на день рождения своего однокашника. На замечание Закира о том, что Нина – девушка классная во всех отношениях и Олегу не стоило бы расслабляться, чтобы ее у него не увели, тот в ответ лишь рассмеялся.

– Он только рассмеялся в ответ, мол, все они хороши, пока есть бабло. Много бабла! А чуть ручеек обмелел – все, тут же кончается любовь. – Асланбеков сокрушенно вздохнул. – Но мне кажется, про Нину это он зря так сказал. Она не чета той Тамарочке, которая купилась на бриллиантовое колье, подаренное ей папашей, и поспешила забыть про Олега, едва пересекла границу.

– Тамара – это его бывшая невеста? То есть считаешь, что он до сих пор так и не смог забыть случившегося и как бы мстит женщинам за свою былую неудачу? Возможно, возможно… Но вот Нина – это строго между нами! – предполагает, что Олег элементарно боится женщин и поэтому сам разыгрывает из себя обиженного жизнью, отвергнутого, покинутого… А все потому, что у него до сих пор ни с одной еще не было ничего «такого». Как ты считаешь, это реально?

– Лев Иванович, сказать честно, я и сам не знаю, – пожал плечами Закир. – Мы с ним близкие друзья, но эту тему в разговорах как-то не затрагивали. Не к лицу тому, кто считает себя мужчиной, смаковать в разговорах свои похождения с женщинами. Но могу рассказать про одну экспедицию. В прошлом году мы с ним на время летних каникул примкнули к группе спелеологов, которые обследовали гору Уулын Бургед – гора Орла на Алтае. Это в его восточной части, со стороны Монголии. Там потрясающий пещерный комплекс с тоннелями, ведущими неведомо куда. Местные говорили, что некоторые из них соединяют Уулын Бургед с горой Белуха, Учсумер по-тамошнему, а оттуда можно даже попасть в Шамбалу.

– Закир, ты считаешь, что эта сказочная страна на самом деле существует? – Лев скептически улыбнулся.

– Ну, если говорить медицинским языком, то «пациент скорее жив, чем мертв», – парировал Аланбеков. – На сто процентов в этом уверен быть не могу, но на семьдесят-восемьдесят – вполне. Дело в том, что я лично общался со старым алтайцем, который когда-то, еще совсем молодым, побывал в Шамбале. Но это – так, лирическое отступление. Теперь по сути вопроса. В составе той экспедиции была молоденькая и очень хорошенькая аспиранточка Валя. И у них с Олегом, насколько я мог понять, завязался роман.

– Это был действительно роман или только видимость? – уточнил Гуров.

– Ну, как сказать? Они все свободное время проводили вместе. Гуляли по горам, каждое утро к ее палатке Олег приносил цветы. И был в экспедиции еще один поклонник Валентины. Кандидат наук, пожизненный холостяк – ему уже далеко за сорок, тип замкнутый и угрюмый. Но в Валю он влюбился дико и безоглядно. Когда случалось так, что она находилась где-то невдалеке от него, то он смотрел только на нее, не отрываясь ни на секунду. К Олегу страшно ее ревновал. Между ними как-то даже произошла стычка. Но Олег парень крепкий и проворный, изворотливый, как кошка. Он вовремя среагировал на выпад этого ревнивца и скрутил его в бараний рог. Я первый раз видел, чтобы мужик так горько плакал. А тот кандидат просто стоном исходил.

– И чем же все это закончилось?

– Вы не поверите! Неожиданно приехал еще один член экспедиции – законный Валин муж.

– Что-о-о?! – Гуров едва не поперхнулся глотком кофе. – И… Как же он отнесся к тому, что за его женой приударяют другие?