Клуб мертвых поэтов - Марина Серова

– Ограбление? – усомнился Сэмюэль. – Роберт был богат, но налички с собой не носил. Что мы, по-вашему, – идиоты? Мы в Венеции второй год и прекрасно знаем, чего нельзя делать.

– В полиции сказали, что это был несчастный случай. И точка, – отрезал Никита. – И хватит об этом.

– Как скажете! – Я пожала плечами. – А этот Саути, он, что же, тоже постоянно проживал за границей?

– А, ему семья платила содержание, лишь бы он дома не появлялся! – отмахнулся Сэм. – Между нами, он был не человек, а ходячий скандал. Ни одной приличной задницы не пропускал.

– П-простите? – поперхнулась я.

– Понимаете, – как ни в чем не бывало принялся объяснять мне Кольридж, – когда у его папаши в девяностые завелись денежки, он решил, что сыну подойдет истинно британское образование. И отправил Роба – мы звали его Бобби – в закрытую школу. Естественно, вышел он оттуда законченным гомиком.

– А-а, ясно, – сообразила наконец я.

– Он домой в свой Нефтеюганск вернулся и давай за бурильщиками ухлестывать. Само собой, папе это не понравилось. Он и сплавил Бобби с глаз долой – мол, мотайся по заграницам, а семью не позорь!

Сэмюэль желчно рассмеялся. Кажется, этот молодой человек искренне радовался всякому намеку на скандал.

– Заткнись, пожалуйста, ты, трепло! – с горечью проговорил Никита. – Вот зачем ты ей все рассказал?

– А что такого? – похлопал ресницами Кольридж. – Если она ищейка, как ты говоришь, то рано или поздно она и сама раскопала бы. История-то вышла громкая. А если Евгения и в самом деле так любит поэзию, Венецию и прочую хрень, тогда эта информация нам не повредит. В общем, Евгения, после этой истории в наш тесный кружок вошла смерть!

И Сэм замолк, наслаждаясь произведенным эффектом.

Значит, смерть. Как легкомысленно этот мальчик относится к гибели друга…

– Ну что же, прощаемся до вечера? – жизнерадостно произнесла я. Котов смерил меня мрачным взглядом и пробормотал:

– Надо же, как ловко вы втерлись в наш круг… и как это вам удается?

Я вышла на набережную и отправилась в сторону своей гостиницы. Итак, блицкрига не получилось. Операция «верните Котова домой» вступила в новую фазу. На этом этапе мне было необходимо получить санкцию от господина Котова-старшего. Вдруг он скажет, что мне не имеет смысла торчать в Венеции до, как говорит моя тетя, «морковкина заговения»? Что ж, если Котов махнул рукой на своего непутевого сына, я не стану переживать. С легким сердцем я оставлю за спиной Никиту и его странных друзей, все их проблемы и тайны. А также этот непостижимый город, где можно снять здание XV века и преспокойно поселиться в нем и где чашечка кофе стоит пятьдесят евро…

Я достала телефон и остановилась, глядя на канал, по которому сновали разноцветные катера. Мимо на малой скорости прошел бело-голубой катер с надписью «полиция». Трое крепких ребят в синей форме и беретах пялились на меня. С чувством человека, чья совесть кристально чиста, я помахала им рукой. Один демонстративно отвернулся, зато двое других замахали в ответ. А дисциплинка-то хромает…

Котов ответил сразу:

– Слушаю! Говорите.

– Илья Никитич, это Охотникова. Я разыс– кала вашего сына, но возвращаться домой он категорически не желает.

С минуту в трубке стояла звенящая тишина. Потом владелец «Тарасовнефти» спросил:

– Что вы намерены делать дальше?

Все-таки господин Котов – очень умный человек. Он понимает, что я не отступлюсь, пока не выполню задания. А сдамся только в одном случае – если сам господин Котов даст распоряжение.

– Мне удалось войти в контакт с друзьями Никиты. Они даже пригласили меня присоединиться к их кругу. Думаю, мне нужно несколько дней, чтобы понять, как воздействовать на Никиту. И тогда все получится. Билеты у меня с открытой датой вылета… Вы не возражаете против такого плана?

– Действуйте, – коротко сказал Котов. – Располагайте временем и средствами. Разумеется, вам будут оплачены любые расходы в разумных пределах. Но Никита должен вернуться домой, вам ясно?

В голосе миллионера слышалась нервозность. Проблемы у него, что ли? Впрочем, у человека такого калибра просто не может не быть проблем. Нормальному, обычному человеку они не по силам, а эти акулы бизнеса как-то справляются…

– Все поняла, сделаю, – отрапортовала я и прервала связь. Котов – деловой человек, нечего отвлекать его от работы.

Что ж, если мне предстоит задержаться в Венеции, стоит осмотреть город. Не зря же сюда ломятся толпы туристов. Чем я хуже? Но для начала надо позаботиться о жилье. Пожалуй, с «Мирандой» придется проститься. Этот средневековый клоповник лишен элементарных удобств. Как пристанище на одну ночь он еще годится, но постоянно терпеть сквозняки и вид на мусорные баки кафе я не хочу. Господин Котов не ограничивает меня в расходах, значит, я вполне могу выбрать что-нибудь современное. Хватит с меня романтики…

Подходя к «Миранде», я заметила кафе на другой стороне маленького канала. Несмотря на прохладную погоду, на улице стояли кованые столики и стулья, очень красивые. Ага, кажется, именно о такой стул я ушибла колено в первый вечер в Венеции. И вон за тем столиком состоялась странная беседа с женщиной, которой пришла охота ветреной ночью поговорить об убийствах…

У столиков хлопотала темнокожая девушка, собирала чашки – видимо, туристы только что покинули кафе. А в дверях стояла немолодая дама с рыжими волосами – по виду хозяйка. Кафе выглядело уютным, и я решила выпить кофе. Вообще-то я страшный кофеман. Проблема в том, что почти никто не умеет готовить такой кофе, какой нужен мне. А тот, что готовила Кармелла – пожилая экономка Перси Шелли, – вообще на кофе не похож.

Рыжая дама посторонилась, пропуская меня, и приветствовала по-английски. Я поздоровалась и заказала чашку кофе и пирожное. В кафе я была единственным посетителем. Хозяйка собственными руками приготовила и поставила передо мной чашку крепчайшего ароматного напитка. Я попробовала и даже зажмурилась от удовольствия.

– Вам нравится? – улыбнулась пожилая дама.

– Потрясающе! Вы просто волшебница! – Я рассыпалась в комплиментах.

Дама царственно кивнула крупной головой с тяжелым узлом волос:

– Да, итальянцы не имеют понятия, что такое настоящий кофе. Лучший варят турки.

– А вы и в Турции бывали? – полюбопытствовала я.

– Деточка, где я только не была! – хмыкнула дама. – Теперь вот Венеция… Милый город, только очень сыро. Боюсь, скоро мои колени дадут мне сигнал, что пора переезжать туда, где потеплее – в Эмираты, например.

– Здорово! – искренне восхитилась я. – Как замечательно вот так взять и поменять жизнь! Отбросить то, что не устраивает…

Хозяйка смерила меня насмешливым взглядом:

– Вы всерьез так думаете? Что же вас заставляет терпеть жизнь, которая не нравится?