Крах лицедея - Чингиз Абдуллаев

— Понятно, — пробормотал Дронго, — я так и думал. Погибшийбыл слишком известным человеком.

— Вот именно, — кивнул Бернардо, — и судя по тому, как убилиРочберга, орудовал профессионал.

— В каком смысле? — уточнила Петкова.

— Профессионально накинута удавка, — пояснил Бернардо. —Очень ловко удавили этого в общем-то отнюдь не миниатюрного господина. Удержатьудавку на такой шее мог только мужчина. Я видел подобные случаи. И сразу скажу— убийцей мог быть только мужчина. Встречаются, конечно, сильные женщины, нодолго удерживать Рочберга в таком положении скорее всего ни одна из них несмогла бы. Поэтому я уверен, что работал мужчина.

— А камни? — не унималась Петкова.

— Их нет, — развел руками Бернардо. — Вы тоже слышали окамнях? Похоже, о них знали все приглашенные сегодня на прием. А я думал,только ювелиры…

— Почему? — поинтересовался Дронго.

— Руис Мачадо заявил, что слышал разговор Рочберга сЯмасаки.

— Я тоже слышал, — кивнул Дронго, — и там было многопосторонних. Поэтому о камнях мог слышать любой.

— Верно. Но у ювелиров есть своя корпоративная зависть куспехам конкурентов, — задумчиво произнес Бернардо.

— И корпоративное чувство ответственности, — возразила ИринаПеткова. — Вам не кажется, что довольно наивно подозревать ювелиров? Здесь собралисьслишком известные всей Европе мастера.

— Мы никого из них раньше не видели, — неожиданно сказалБернардо, мрачно взглянув на Петкову, — мы знали их только по именам. Хотяфотографии Ямасаки и Рочберга были во всех наших газетах.

— И вы думаете, что убийцей был кто-то из ваших гостей? — толи спросил, то ли констатировал Дронго.

— Не знаю. Не хочу гадать. Но про камни могли знать толькоювелиры. В смысле — оценить их стоимость. Я вообще не верю в случайности такогорода. Для этого я слишком много времени провел на работе в полиции. Если кто имог совершить столь дерзкое ограбление, что даже пошел на убийство, топоверьте, это не случайный вор, оказавшийся в отеле. Преступника нужно искатьсреди приглашенных.

Бернардо замолчал и, извинившись, удалился. Петковапосмотрела ему вслед, затем обернулась к Дронго:

— А если он прав?

— Вы тоже думаете, что среди ювелиров кто-то мог решиться натакой дикий поступок? — не поверил Дронго. — Вам не кажется, что у вас слишкомбурная фантазия? В жизни так не бывает. У каждого из них есть своя репутация,наработанная годами, которой он старается дорожить. И если всеми уважаемыйчеловек совершает подобное преступление, то это скорее абсолютный нонсенс, чемзакономерный факт.

— А если не ювелир? — вдруг спросила она. — Ведь Карраскопригласил и других людей.

— Меня вы тоже подозреваете? — холодно спросил Дронго.

— Вы слишком известный человек, — улыбнулась Петкова, — ивсе знают, что вы частный эксперт. Но, кроме вас, там было еще несколькочеловек. Двое журналистов, тот же Бернардо, кстати, бывший полицейский,пресс-секретарь Карраско. Уже четверо. И, конечно, Антонио, который могревновать Карраско к его новому партнеру. Я имею в виду — деловому партнеру.

— Я еще не слышал, чтобы к деловым партнерам ревновали дотакой степени, — усмехнулся Дронго. — Больше никого?

— К подозреваемым можно отнести и меня, — неожиданнодобавила Ирина Петкова.

— Шесть ювелиров и шесть посторонних, — прокомментировалДронго, — идеальная симметрия, если отнести Антонио к ювелирам. Он-то, конечно,не посторонний. Но только в том случае, если допустить, что убийца обязательнонаходится среди приглашенных.

— А также учесть, что убийцей он стал, чтобы гарантироватьсвое алиби, — добавила Петкова. — Преступник мог войти в номер к Рочбергу,чтобы забрать бриллианты. Скорее всего, он и не собирался убивать американскогоювелира, но случайно столкнулся с ним там. И принял решение избавиться отопасного свидетеля. Иначе зачем ему убивать Рочберга? Убийца действовал такимобразом только из страха быть разоблаченным. Значит, можно предположить, чтоРочберг знал его в лицо или мог узнать. А это автоматически означает, чтоубийца был не простым грабителем, случайно оказавшимся в номере ювелира, агостем нашего отеля.

Дронго развел руками.

— Браво, — восхищенно сказал он, — мне кажется, что вамнужно открыть частное сыскное агентство, а не магазин фарфоровых статуэток. Увас поразительная логика, госпожа Петкова. Очевидно, в прежней жизни вы былисыщиком.

— Нет, — улыбнулась она, несколько смущенная егокомплиментом, — но я всегда любила читать детективы. И никакая не поразительная,а самая обычная логика подсказывает мне, что грабитель мог стать убийцей,только опасаясь разоблачения. Ведь Рочберг был старик — тучный инеповоротливый. Любому вору было бы достаточно оттолкнуть ювелира и выскочить вкоридор. Рочберг его никогда бы не догнал. Но убийца не мог допустить, чтобыего узнали, и поэтому решился на такой отчаянный шаг.

— Наверное, вы правы, — мрачно согласился Дронго, — и тогдаискать преступника нужно среди приглашенных в салон к Пабло Карраско. ВедьРочберг не знал никого из остальных гостей или сотрудников отеля. Они для неговсе были на одно лицо.

— Шесть ювелиров и шесть посторонних, — напомнила Петкова, —значит, убийца — кто-то из нас.

— И каким образом можно вычислить убийцу? — поинтересовалсяДронго. — У вас есть рецепт на этот случай?

— Нет, — призналась она, — но ювелиров я бы не подозревала.Они очень богатые люди. Все шесть человек. Карраско, Ямасаки, Галиндо, Шекер,Мачадо. Шестой, Антонио, тоже не бедный человек. Во всяком случае, Карраскощедро одаривает его, и об этом знает весь Мадрид. Зачем Антонио красть камни,которые он может получить в подарок. Тогда выходит, что подозреваемых нужноискать среди всех остальных.

— Двое известных журналистов и двое сотрудников ПаблоКарраско, — напомнил Дронго, — значит, остаемся мы с вами. Неприятный вывод.

— Вы думаете, что журналисты не могут оказаться грабителями?— по губам Петковой скользнула улыбка. — А сотрудники самого Карраско? Практикапоказывает, что чаще всего грабят именно свои. О бриллиантах знали в первуюочередь Бернардо и сеньора Ремедиос.

— Какая вы кровожадная, — удивленно поднял брови Дронго. —Можно узнать, о какой именно практике вы говорите? За время разговора с вами явсе больше и больше убеждаюсь, что ваше хобби явно не заканчивается нафарфоровых статуэтках Лардо. Или мне показалось?

— Нет, — ответила она, глядя ему в глаза.

Мимо них прошли двое полицейских, пришлось посторониться ипропустить спешивших куда-то блюстителей порядка. Очевидно, убийствоамериканского гостя вызвало настоящую суматоху в городе. В отель были стянутыдополнительные полицейские силы, словно после убийства Рочберга здесь моглослучиться нечто еще более страшное.