Обжалованию не подлежит - Анатолий Галкин

– Ты действительно, Казанцев, сразу начал руки заламывать… Посмотри, что там у него во внутреннем кармане.

Через пять минут они уже смеялись над «удачным задержанием наркокурьера»… Оказалось, что час назад кто-то позвонил в УВД Шадринска. И не просто в Управление, а лично начальнику – полковнику Малько. Позвонивший аноним сообщил о переброске в город наркотиков. Он дал номер машины Муромцева, его приметы и время, когда тот проедет Кирпичный… Все совпало!

Более того – аноним сообщил, что наркокурьер будет врать, что он сотрудник спецслужб, что сопровождает писателя Котенкова… И это совпало!

Сначала перестал смеяться Муромцев. Потом – лейтенант. Затем – громила, сержант Казанцев… Все почти одновременно поняли, что кому-то очень надо было выключить из игры Павла, который охранял Котенкова… Кому это надо? Ответ напрашивался сам собой!

Все трое бросились к своим машинам… Приключение с захватом Муромцева длилось пятнадцать минут. Если Котенков не снижал скорость, то он мог проскочит более двадцати километров и уже быть на окраине Шадринска… Мог, но не успел!

Через пять километров они наткнулись на машину, съехавшую с дороги и уткнувшуюся в березу… Сам писатель сидел у другой березы. По красному пятну на груди и по всему его внешнему виду угадывалось, что доктор Котенкову уже не нужен.

Сержант прощупал тело – пульса не было…

Лейтенант обратился к Муромцеву:

– Я думаю, что надо нашего судебного медэксперта вызывать. И криминалистов – пусть поищут следы… Вы как думаете?

– Все правильно, только толку от этого не будет…

* * *

Кузькин приехал утренним поездом. Его встретил Вадик Хилькевич и сразу отвез в гостиницу «Алмаз»… Теперь стало понятно – почему генерал заказал трехкомнатный номер. Для оперативной группы из четырех человек не так уж просторно.

Вместо большого совещания Муромцев ограничился тремя фразами. И так всем ясно, что убийство Бакуниной связано с Шадринском. Более того – убийца где-то здесь. Или в городе, или рядом с ним. Надо искать!.. Первый шаг – визит к Павлу Ивановичу Малько, местному начальнику УВД.

Вчера вечером Муромцев так и не смог встретиться с Малько… Когда приехала оперативная группа, Павел быстро дал показания и уехал в Шадринск. А полковник в это время сам приехал на место убийства Котенкова.

И только сегодня утром они договорились о встрече… Машина была не нужна. Группа Муромцева спокойно прошла до УВД пешком – надо было лишь пересечь Соборную площадь.

Малько был в таком возрасте, когда полковнику ничего не страшно. Он заработал полную пенсию!.. Вот сотрудников, кто прослужил десять, пятнадцать, семнадцать лет – их можно было припугнуть увольнением. А при календарном стаже в тридцать пять лет – ничего не страшно… Но в любом случае гостей из Москвы надо принимать с предельной вежливостью.

– Проходите, ребята, садитесь… Сейчас, как говориться, принесут чай-кофе и легкие закуски.

– Спасибо, товарищ полковник, мы завтракали.

– Так есть не обязательно. Это всё для антуража, для создания домашней обстановки… И никаких «полковников»!.. Ты Муромцев – просто Паша, мой тезка. А я для вас – Павел Иванович… Я вас всех знаю. Ирочка Багрова, Лев Кузькин и Вадим Хилькевич. Все – корифеи! Сыщики-ассы!

Начало беседы было многообещающим. Первые полчаса Малько говорил о случаях из жизни, о рыбалке на Круглом озере, о красотах Шадринска… Муромцев три раза пытался перевести стрелки в деловое русло, но полковник умело выруливал на свою колею.

Наконец Паша не выдержал и встал.

– Вы извините, Павел Иванович, у нас со временем туго… Хотелось бы посмотреть документы по убийству Котенкова… Мы бы хотели присутствовать при обыске на его квартире, поговорить с людьми на его бывшей работе… Он же пять лет назад был судьей?

– Да, пять лет назад… Но я вас, ребята, не пойму! Нет! Так у нас не пойдет… Я получил указание содействовать вам по убийству Бакуниной. Вот тут я готов всей душой… А Котенков – наш человек! И убит он у нас! И расследовать дело будем мы. И только мы!

– Но, Павел Иванович, в этих убийствах явная связь прослеживается… Нам можно посмотреть старое дело по маньяку в Шадринске? Об этом деле как раз много писала Бакунина…

– Так это когда было!.. И опять я вас не пойму. Вы не путайте мне котлеты с мухами! Котенков – отдельно, Бакунина – отдельно, а «маньяк» совсем с другого боку-припеку… Вы, ребятки, налегайте на бутерброды. Замечательная ветчина! Местный производитель…

– Но мы, Павел Иванович…

– Никаких – «но»… Бакунина была известным в городе человеком. Сходите в местный музей – там про нее стенд есть… Расследуйте, одним словом…

На обратном пути все молчали. И не только от злости, а и от размышлений… Ясно, что Малько играет какую-то свою игру. Он – хитрая бестия, но мы видали и похитрее!

Они задержались в сквере в центре Соборной площади. Все ждали выводов Муромцева, но он начал с вопросов.

– Мы где сейчас были? Это УВД или что такое?.. Это был театр! Малько устроил нам представление на манер мыльной оперы… Ладно, проехали! Надо работать… Я еду в школу, где работал тот маньяк. Мне кажется, что этот эпизод в центре клубка… Слушай, Лев!

– Слушаю внимательно!

– За тобой Городской суд. Кто работал вместе с Котенковым, вел ли он дела, из которых могла родиться эта «Месть»?.. Ну, ты сам все понимаешь…

– Нет вопросов!

– Так… Вадим – за тобой морг. Результаты вскрытия, пуля и все такое… А ты, Ирина, посмотри окружение Котенкова в последнее время… Если нет вопросов, то разбежались!

И Муромцев решительным шагом пошел искать школу, где двадцать лет назад учил детей Дмитрий Астахов, которого потом осудили, как маньяка, как серийного убийцу…

Кузькин, оставшись за старшего, решил дать советы.

– Тебе, Вадим, официально в морге ничего не дадут. Я думаю, что Малько уже постарался предупредить… Ты узнай, кто там судмедэксперт. Если женщина, то я тебе помогу. Тут у меня никогда сбоев не было…

* * *

Московские школы в новых районах не очень уютные. Они все очень одинаковые и скучные… А вот седьмая школа Шадринска была построена сто лет назад. При открытии она называлась «Классическая гимназия».

Понятно, что в разные годы здание перестраивали, многократно меняли вывески, портреты на стенах и стенды в холле. Но во всех помещениях витал дух тех, кто здесь работал, кто учил и учился… Первый выпуск гимназистов прошел в самый разгар революции. А потом здесь было общежитие, курсы военных связистов, текстильный техникум. И уже сорок лет – нормальная «Средняя школа номер семь».

Алла Бакунина окончила это заведение тридцать лет назад. Очень мало осталось тех, кто учил ее, кто учился с ней и кто ее помнил. Но Паше Муромцеву повезло. На входе он уткнулся в пожилого охранника, предъявил ему удостоверение и сразу встретил радушный прием.