Небо в алмазах - Анатолий Галкин

Неуемный мы народ. Все хотим сотворить нечто особенное и на полную катушку. Уж если врагов ищем, то полстраны в Сибирь загоним. Если воруем, то от души. Но когда любим или дружим, то уж в полном ослеплении. И последние штаны готовы отдать, и последний огурец разрезать… Нет, другим нас не понять. И как, если мы сами себя понять не можем. Говорим, что русские долго запрягают. Правильно! Но это если на работу ехать. А если к бабам или за водкой? Вот и разберись тут…

Устав от мыслей за всю державу дед Макар взглянул на притихшую Веру.

– Ты поспеши, дочка, к своей избе. Гости к тебе должны приехать.

– Это он?

– Кто?

– Ну, тот, о котором вы говорили. С детьми и без жены.

– Нет, Вера, это не он. Но без разговора с этими гостями ты своего не встретишь.

– Вы это точно знаете, дед Макар?

– Не знаю, а чувствую… А еще я чую, что будут они тебя уговаривать сделать то, что ты не хочешь. Так ты не поддавайся. Стой на своем!

Улица в Раково была одна, но не прямая, а с поворотами и пригорками.

Верочке очень хотелось верить в то, что сказал дед Макар. Но сомнения одолевали, превращая все в добрую стариковскую шутку. За последним поворотом, взобравшись на последний пригорок, она поверила окончательно: около ее избы стояла машина. Значит, к ней приехали гости. Значит и все остальное правда!

На дворе за столом около кустов сирени сидели трое. Двоих Верочка знала. Это Наташа и риэлтор Аркадий. Третьим был огромный, но совсем не страшный мужчина. У него были добрые и смущенные глаза.

Взглянув на подругу, Верочка удивилась выражению ее лица. Взгляд с поволокой, томно надутые губы с блуждающей улыбкой. Да и жесты были какие-то жеманные, как у старой девы, которую знакомят с потенциальным женихом. Актриса Заботина так бы и играла подобный персонаж. Но от Натальи она просто не ожидала подобных гримас. Плохо она ее знала. Да и что узнаешь за пять дней. Они и ста грамм соли вместе не съели, а по слухам необходим пуд.

Разговор начал Аркадий. Всё очень дружелюбно и миролюбиво:

– Мы к вам приехали, Верочка, для очень важного разговора. Исключительно в ваших интересах.

– Слушаю вас.

– Обстоятельства так сложились, что вы должны переехать с Арбата. Очень для вас выгодно. Мы и квартиру вам купим, и перевезем, и банкет устроим…

– Это вы серьезно, Аркадий? Вы считаете, что я должна? Так вот – никому и ничего я не должна! Я остаюсь жить на Арбате, в своей комнате.

– А вот Наташенька нам сказала, что вы решили в этой избе остаться навечно. Я имею ввиду – на постоянное место жительства.

– А хоть бы и так! Но комнату на Арбате я не продам.

Весь дальнейший разговор шел по кругу. Ничего нового, но стороны говорили все громче, настойчивей и злее.

Может быть, больше других волновалась Наташа. Она в разговор не вмешивалась, но про себя ругала Верочку за нервозность, вспыльчивость. Это просто хамство, так разговаривать с симпатичными ребятами. Она и сама говорила Вере, что мужчины сволочи, но не все же. Есть очень даже ничего. Особенно этот, огромный, который сидит рядом и боится взглянуть на нее. Но и не надо глядеть. И говорить ничего не надо. Наташа и так его чувствовала. От него исходила добрая, ласковая энергия. От этого становилось жарко, кружилась голова и хотелось чего-то сумасшедшего… А тут Верка со своим упрямством. Ослиха! Перед мужчинами можно поартачиться, но не целый же час. И мягче надо, женственней, капризней…

Улучив момент, когда спорщики выдохлись, Наташа пригласила всех в избу на чай с пирогами. Понятно, что она приглашала к себе, но дом Веры был ближе, туда и пошли.

Сразу же началась приятная суета. Из сундука была извлечена скатерть, на столе появилась разнокалиберная посуда и кое-что из деревенских припасов.

Пока на крыльце вскипал самовар, Наташе удалось утащить Малыша в свой дом: «Помогите мне, Петя. У меня там на верхней полке баночка с вареньем… И вообще – эту парочку лучше оставить наедине. Без нас Верочка не будет так упрямиться. Она же актриса, на публику работает».

Варенье у Наташи было и в кухонном столе, но одна баночка и вправду попала на самую верхнюю полку. Достать ее можно было только со стула. Он был в доме единственный и такой шаткий, что просьба подстраховать слабую женщину выглядела вполне естественной.

Наталья долго копалась наверху, пошатывалась и чуть не падала, но скромный Колпаков делал совсем не то, что ей хотелось. Он деликатно, как в бальном танце, чуть прикасался руками к ее талии. А по ситуации мог бы и надежней страховать. Обхватил бы, да и прижался всем телом… Вот плохо, когда мужик – нахал. Но когда наоборот, то тоже бывает обидно…

Застолье проходило в теплой и дружеской обстановке. Аркадий нервозно шутил, но ни разу не вспомнил о комнатке на Арбате. Как будто не за этим он сюда приехал. Как будто не ждет его в Москве злой Чуркин.

Правда, как опытный опер, Малыш заметил, что риэлтор излишне суетится и торопится. Ну не мог он спешить в Москву не сделав еще несколько попыток уломать актрису. И сам Колпаков еще не приступал к делу. Не хотелось, но он мог бы поугрожать, намекнуть на возможное физическое воздействие. Но раз Аркаша потянул на себя одеяло, то пусть и укрывается… И Аркадий солировал:

– Хорошо у вас, но мы, пожалуй, поедем. Скоро вечер, а нам с Петром еще три часа до города пилить… А вы, Верочка, в Москву скоро собираетесь?

– Не скоро. Через год или два. Я хочу книгу написать. Мне тишина нужна и покой.

– А не захочется в столицу?

– Зачем? Нам с Наташей и здесь хорошо.

– А вещи, что на Арбате остались?

– Пропади они пропадом! Все, что нам надо, мы и в Коломне купим.

Они не меньше пяти километров ползли по раздолбанной дороге, выбираясь из забытой всеми деревеньки Раково. Только ощутив под колесами асфальт, Малыш задал вопрос, который давно крутился в его голове:

– Ты что это, Аркаша, так заторопился? Тебе решать, но могли бы еще над клиенткой поработать. Что такое произошло, пока я с девушкой варенье искал? У тебя родился гениальный план?

– Да! Не знаю, какой он гениальный, но вполне реальный… Останови машину!

Малыш подчинился, хотя мог бы и послать осмелевшего риэлтора. Просто стало действительно любопытно, с чего это тот так расхрабрился.

Машина сошла с дороги, прокатилась по поляне и замерла у березовой рощи.

Аркадий молча подошел к багажнику и извлек оттуда широченный пластиковый пакет. В нем был кейс. В кейсе – женская сумочка. А в ней, кроме кучи ненужных мелочей, было действительно нечто важное. Это паспорт на имя гражданки Веры Заботиной, ключи от арбатской квартиры и документы о покупке той самой комнаты, из-за которой вся суматоха.

Малыш еще не сообразил, как риэлтор собирается использовать свою добычу, но было ясно, что тут могут быть комбинации. Ругать Аркадия он не стал, а так, чуть-чуть постращал: