Флэш-Рояль - Линда Ла Плант

Лиз Дрисколл знала, что ее муж отбывал в Испанию, а вот Рика понятия не имела об отъезде Вилкокса. Он посадил близнецов в машину, сказав, что отвезет их к матери на несколько дней, и больше не вернулся.

Де Джерси всецело посвятил себя лошадям. Трения между ним и Кристиной не испарились, вызывая поводы для беспокойства. Их отношения накалились до предела в ночь трансляции документальной передачи. Кристина смотрела ее в спальне, сидя в одиночестве, а де Джерси в это время находился перед экраном у себя в кабинете с бренди и сигарой. На половине передачи он впился зубами в сигару, выключил телевизор и поднялся на ноги.

Кристина услышала, что муж собрался уходить, и выглянула в окно спальни: де Джерси уезжал на «рейнджровере». Минут десять она стояла неподвижно, обводя взглядом выпас для лошадей, но Эдвард так и не вернулся. Когда Кристина подошла к телевизору, передача подошла к концу. Ее бросало в дрожь от постоянного упоминания Филипа Симмонса. Судя по описанию, разыскиваемый мужчина был рыжеволос и носил усы, но, как сообщила полиция, это могло оказаться маскировкой. Человек, которого они отчаянно хотели допросить, возможно, носил парик или перекрасил волосы в другой цвет. Фоторобот «главного преступника Великобритании» сильно отличался от внешности ее мужа, но описание его телосложения, манеры держать себя и военной выправки посеяли в душе Кристины подозрения.

Она направилась в кабинет де Джерси и закрыла дверь. В комнате до сих пор витал аромат сигары, в бокале остался недопитый бренди, словно Эдвард ушел ненадолго. Кристина подошла к столу и дернула за ящики. На всех появились новые ручки и замки. Неужели ей опять придется взламывать их? Потом Кристина увидела на столе ключи и открыла ими первый ящик. Внутри лежало несколько документов, не представлявших особого интереса. В следующем ящике находились счета за услуги ветеринаров и корм, а также стопка брошюр о конных аукционах в Ирландии. Далее Кристина обнаружила подробности с продаж на «Таттерсоллз», которые видела прежде. Переместившись к правой стороне стола, она открыла тайное отделение и просмотрела содержимое верхнего ящика, потом добралась до нижних, более массивных. На этот раз они оказались не заперты, и Кристина достала оттуда все без исключения и разложила на столе. Конверт с паспортами исчез. Вместо этого появилось завещание де Джерси и письмо с его последней волей. Он оставлял поместье Кристине и дочерям. Еще там перечислялись многочисленные пожертвования в благотворительные фонды и памятные подарки и премии для работников за их заслуги. Кристина знала, что Эдвард составил это завещание много лет назад, – сейчас никаких денег на пожертвования у них не было. Кроме пропавших паспортов, она не нашла ничего интересного. Может, муж завел себе новый тайник?

Кристина заперла ящики, положила ключи на место и вышла из кабинета. Подходя к спальне, она немного успокоилась, но еще полностью не отошла от волнения. Это просто паранойя, повторяла себе Кристина. Двигаясь на автопилоте, она принялась обыскивать гардеробную мужа. Сперва прошлась по ящикам с нижним бельем, потом перебрала носки и полки с кашемировыми свитерами. Провела ладонью по каждой поверхности. Обыскала пиджаки, ботинки и сапоги, засовывая руку внутрь на случай, если что-то припрятано и там.

Это оказалось пустой тратой времени. Кристина встала на ноги и принялась остервенело трясти вещи на вешалках. Пиджаки бесшумно падали на пол. От тщетности своих поисков Кристине хотелось кричать. Она чуть не разревелась.

Вернувшись в спальню, Кристина проверила прикроватные тумбочки и ящики, затем заглянула под кровать. Она больше не пеклась о том, чтобы замести следы, яростно обыскивая все, что встречалось на пути, даже спальни девочек. Кристина хотела найти хоть какую-нибудь зацепку, чтобы избавиться от гнетущего страха, что ее муж каким-то образом причастен к краже королевских драгоценностей.

После полуночи Кристина, валясь от усталости с ног, спустилась вниз, чтобы выпить виски. Она проверила везде, где было можно. Проходя мимо гардероба с верхней одеждой, она остановилась. Возле лежавших в стопках жокеек и жакетов мужа стояли в ряд резиновые сапоги и ботинки. Кристина по очереди поднимала их и переворачивала. В грязном сапоге для верховой езды она наткнулась на толстый, скатанный носок. Вытащив его, Кристина потрясенно ахнула. Она прислонилась к стене, разворачивая завернутый в старую тряпку предмет, и медленно опустилась на пол: на ее ладони сверкал бриллиант Кохинур. Иначе и быть не могло. Она нашла то, что искала.

Де Джерси вернулся на ферму в пятнадцать минут второго ночи. С черным дипломатом в руках он бесшумно вошел в комнату. Оттуда проследовал до кабинета и поставил дипломат под стол. Затем взглянул на ящики и поднял ключи, которые до сих пор лежали на столе. Пару секунд он подержал их в ладони, о чем-то размышляя. Вдруг де Джерси заторопился в гардеробную и заглянул внутрь. Не стоило включать свет, чтобы понять: все вещи были перевернуты. Эдвард пошел обратно и поднялся по лестнице. В доме горели все люстры. Он переходил из комнаты в комнату, щелкая выключателями, пока не добрался до коридора, ведущего в хозяйскую спальню. Там светила лишь небольшая прикроватная лампа. Из коридора де Джерси увидел охвативший комнату беспорядок.

Кристина ждала его в постели, положив голову на подушку. Эдвард прислонился к дверному косяку и улыбнулся:

– Ты нашла, что искала?

Он встал у изножья кровати, сверля жену взглядом. Сбросил один ботинок, потом другой.

– Ты не ответила на мой вопрос, – сказал де Джерси.

Жена отвернулась от него. Он снял пиджак и расстегнул рубашку, потом удалился в ванную и закрыл за собой дверь. Кристина слышала, что он включил душ, а через некоторое время в стакане звякнула зубная щетка и зажужжала бритва. Эдвард провел в ванной более пятнадцати минут, потом вышел в белом банном халате. Босыми ногами он прошагал до гардероба, заглянул внутрь и увидел разбросанную одежду и вешалки, потом проследовал к туалетному столику.

– Ты зря времени не теряла, – подшутил де Джерси.

Он причесал мокрые волосы, глядя на отражение жены в зеркале. Потом он повернулся.

Кристине хотелось спрятаться от взгляда Эдварда, и сперва она не могла взять в толк, откуда появилось такое чувство. Наконец она поняла, что ее невероятно тянуло к мужу, даже сильнее, чем раньше. Де Джерси словно заполнил собой все пространство темной спальни. Кристина его больше не боялась.

– Нам нужно поговорить, – на удивление спокойно сказала она.

– Пока рано.

Де Джерси стянул с нее одеяло. Взгляды их встретились, и, несмотря на свои сомнения, Кристина распахнула объятия. Эдвард присел на кровать, пододвигаясь ближе к жене. Он нежно погладил ее, покрывая поцелуями все тело, потом избавился от халата и крепко прижал Кристину к себе. Его поцелуи стали настойчивее, проникновеннее. Она откликнулась, тихонько застонав. Де Джерси завел руки жене за голову и занялся с ней любовью, напористо, даже грубо, пока они одновременно не достигли оргазма со стонами удовольствия. Де Джерси перекатился на бок, тяжело дыша и потея.