Три цвета крови - Чингиз Абдуллаев

— К его телефону подключились?

— Конечно, — улыбнулся Потапов, — как только он пошелужинать. Еще вчера.

Мой напарник сидит в соседнем номере.

— Тогда давайте сразу поедем туда, — предложил Дронго, — завремя вашей отлучки там могло произойти все, что угодно.

Через полчаса они подъезжали к отелю «Висбаден». Оставивавтомобиль на соседней улице, оба вошли в отель и, миновав небольшой холл,оказались у лифта.

Дронго посмотрел на часы.

— Сколько вы отсутствовали? — спросил он.

— Часа три, — улыбнулся Потапов. — Не волнуйтесь, когда яуезжал, Перлов спал.

Дронго молча посмотрел на молодого человека и нетерпеливопостучал костяшками пальцев по стенке кабины лифта.

В номер к напарнику Потапова они прошли осторожно, стараясьне шуметь. В конце коридора находился номер связного. Осторожно постучали.Дверь открылась почти сразу. Напарником Потапова оказался серьезный коренастыйчеловек с ежиком коротко остриженных волос. Он стоял в майке и брюках,нетерпеливо переминаясь босыми ногами. Увидев пришедших, коротко кивнул,протянул руку, представляясь:

— Забраев. — Его рукопожатие было твердым и сильным.

— Крылов, — назвался Дронго. Забраев снова кивнул. Он былопытным сотрудником, и его ничего не могло удивить.

— Что делает ваш подопечный? — Дронго прошел к столу.

— Спит, — пожал плечами Забраев, — я все время слышу егохрап. Два раза ему звонили, но он не отвечал. Крепко спит.

— Может, так крепко, что и не проснется, — нахмурилсяДронго.

— Нет, — улыбнулся Забраев, — просто вчера он крепконабрался в баре и сегодня спит. Уже второй час дня. Наверное, скоро проснется.

— Что вы установили в его номере?

— В его телефонный аппарат вставлен конденсаторныймикропередатчик, работающий на высокой частоте. Но он включается только приразговоре для более четкого прослушивания беседы по телефону, — быстро сказалЗабраев, — кроме этого, мы установили в его комнате кварцевый передатчиккомнатного и телефонного наблюдения «PK-125-ZZ». Мы подключили к нему усилительи теперь можем слышать все, что происходит в номере.

— Этот кварцевый передатчик работает на автомате?

— Конечно. Он передает телефонный разговор обеих сторон иавтоматически переключается на комнатное наблюдение, когда разговор закончен ителефон отключен.

— Ясно. — Дронго ничего не добавлял, но оба напарникавидели, что его что-то тревожит.

— Когда ему звонили в последний раз?

— Минут тридцать назад.

— Сколько было звонков?

— Шесть.

— И он не поднял трубку?

— Нет.

Дронго покачал головой.

— Он приехал сюда на встречу и не стал бы напиваться таксильно, чтобы не услышать телефонных звонков.

— Я сидел рядом, за соседним столиком, — обиженно заметилЗабраев, — и видел, как он выпил пять кружек пива и бутылку водки. В одиночку.А потом встал и, пошатываясь, пошел в номер.

— Это ничего не значит. Он имел две судимости. Вы не знаете,где он отбывал срок?

— Нет, — удивился Забраев.

— А я знаю. Он сибиряк. И оба срока провел там, в сибирскихколониях. А сибиряки народ крепкий. Для него бутылка водки — не показатель. Онне может спать так крепко, чтобы не услышать телефонный звонок. И тем более невзять трубку. Он ждет встречи, для этого срочно прилетел в Германию. Перловвырос в поселении сосланных поволжских немцев и с тех пор неплохо знаетнемецкий.

Поэтому его и прислал Матюхин. И такой человек спокойноспит, когда к нему звонят? Здесь что-то не так.

— Он ни с кем не разговаривал, — твердо сказал Забраев, — яни на минуту не выходил отсюда. И все время прослушивался его номер. К немуникто не приходил.

— Не обязательно, чтобы приходили, — Дронго качнул головой,— в номере Перлова могли быть установлены детекторы подслушивающих устройствлибо спектральные анализаторы, перехватывающие и подавляющие все сигналы вашихприборов.

Забраев и Потапов переглянулись.

— Мы используем только то, что нам дают, — с некоторойдосадой сказал Забраев, — у нас нет другой техники.

— Я вас не виню. Спуститесь вниз, — попросил ПотаповаДронго, — и предложите портье, чтобы в номер Перлова кто-нибудь отнес вашузаписку.

— Какую записку?

— Просто чистую бумагу. Он ничего не поймет и будетнервничать, а мы узнаем, что происходит в его номере и почему его вдруг сморилтакой сон.

Потапов вышел. Забраев быстро натянул на себя рубашку, наделноски. Дронго сидел за столом, внимательно слушая все звуки, поступающие изсоседней комнаты.

Потом покачал головой:

— Как же вы могли не обратить на это внимание? — обратилсяон к Забраеву.

— Наш подопечный все время мирно храпит, словно не менял ужестолько часов позы. Это невозможно. Когда был первый звонок?

— Сразу после отъезда Потапова в аэропорт, — выдавилЗабраев.

— И было тоже шесть звонков, — быстро уточнил Дронго.

..

— Да, — кивнул Забраев, — в первый раз тоже было шестьзвонков.

— Понятно, — сквозь зубы сказал Дронго, — кажется, нас свами переиграли.

В номер вошел Потапов.

— Сейчас ему отнесут записку, — с порога заявил он. —Пришлось дать двадцать марок.

Дронго поднял наушники, внимательно слушая, что произойдет.В номер Перлова постучали. Раз, другой, третий. Ровный храп продолжался.

— Герр Перлофф, вы у себя? — послышался осторожный голоспосыльного.

В ответ — ровное дыхание и равномерный храп Перлова. Дверьоткрылась.

Дронго напряженно замер. — Герр Перлофф, — сновамальчишеский голос. И вдруг дверь захлопнулась. Храп продолжался. Дронгобросился к выходу. Побежал по коридору. Уже у дверей номера Перлова он повернулголову к бежавшим следом Потапову и Забраеву.

— Кто из вас открывал дверь его номера? Откройте еще раз.

Забраев достал универсальные отмычки. Дверь открылась.Дронго вошел первым. Номер был пуст. Дронго подошел к телефону, провел взглядомпо проводу.

Затем наклонился и с силой дернул какую-то коробочку,подключенную к проводу.