Цена главной роли - Марина Серова

Натэлла испытующе смотрела на меня. Она явно ожидала продолжения. Но навыки психокоррекции собеседника — это то, чему нас учили еще на первом курсе Ворошиловки.

— По большей части моя работа — это рутина, а вовсе не стрельба и погони, как принято думать. Совсем не то, что ваша профессия! Меня всегда привлекал мир кино…

— Деточка, — басом сказала явно довольная Натэлла, — мы снимаем не кино, а сериал.

— Не важно. Красивые молодые актеры, необычные декорации, яркие костюмы. Повороты сюжета, за которыми следишь, затаив дыхание… Все это так захватывающе! Даже техническое оснащение фильма: эти камеры, микрофоны, софиты — все это необычайно стильно! И вы всем этим командуете! Как вам удается держать все под контролем?

Моя довольно примитивная уловка сработала, лесть попала в цель. Всякому приятно, когда им восхищаются. Но тут я даже не кривила душой, моя собеседница и в самом деле тянула громадный воз ответственности, и все здесь держалось на ней. Натэлла улыбнулась:

— Секрет прост: я ответственно отношусь к делу. Сама не расслабляюсь и другим не позволяю.

— Наверное, главные трудности вовсе не технические, да? — наивно поинтересовалась я.

Натэлла хлебнула из стакана и кивнула:

— Разумеется, самое сложное — это люди.

— Актеры, конечно? Избалованные успехом, капризные звезды…

— Наши ребятишки пока еще не совсем звезды, — фыркнула Натэлла, — но некоторые зазвездились порядочно.

— Это вы о Максиме Ионове. — Я уже утверждала, а не спрашивала. — Скажите, а какой он человек? Понимаете, мне же придется с ним довольно плотно общаться. Раз уж я отвечаю за его безопасность, мне просто необходимо все о нем знать.

На самом деле это была ложь. Телохранителю вовсе не требуется глубоко понимать психологию объекта. Мое дело — прикрыть его, если кто-то решит причинить ему вред. В худшем случае придется ронять его, объект, уводя с линии огня и прикрывая своим броником. Люди устроены одинаково: голова, две руки, две ноги и корпус. Индивидуальные особенности в моем деле не так важны.

Но меня заинтересовал синеглазый самоубийца. Если кто-то объяснит, что творится у него в голове, может быть, мне действительно легче станет с ним работать.

Натэлла поморщилась:

— Мальчишку просто избаловали! Талантливый паренек, признаю. Но ничего особенного. Таких в любой актерской школе на пятачок пучок. Кроме смазливой мордашки, Максику особо нечем похвастать.

Тут Натэлла спохватилась, что перемывает кости одному из своих с человеком посторонним. Но я устремила на нее простодушный взгляд снизу вверх (что при нашей разнице в росте было трудновато), и Натэлла успокоилась.

— Другие ребятки гораздо талантливее Максима. Вот, к примеру, Владик.

Я вспомнила каменную челюсть и надбровные дуги неандертальца. Видимо, на моем лице отобразилось искренне недоумение, потому что Натэлла рассмеялась:

— Да, вот что значит фактура. Симпатягу Макса вы считаете актером, а Владик некрасив… Между тем он необычайно талантлив. Мальчика ждет большое будущее. Если бы я была продюсером, то сделала бы проект целиком под Малеева. Скоро всех злодеев в мало-мальски приличном кино будет играть только Владик…

Я еще раз попыталась свернуть на моего подопечного, но Натэлла была еще не настолько пьяна, чтобы обсуждать неприятную ей тему. Ладно, лучше не обострять. В конце концов, о Максе мне расскажут другие члены съемочной группы. Я решила вернуться к теме более безопасной:

— Скажите, это ведь необычно, что сериал снимают на каком-то заводе?

Натэлла отодвинула тарелку, плеснула себе еще виски и откинулась на спинку стула.

— Вообще-то, да. Так можно снимать кинофильмы, а сериалы куда проще и дешевле — в павильоне. Атмосферу завода можно передать и там. Немного краски, марля по углам… Такой эффект, как на натуре, конечно, не получится, но на телевидении его никто и не ждет!

— А как же «Игра престолов»? — коварно спросила я. Натэлла тут же выпрямилась на стуле и принялась с жаром оправдываться:

— У американцев совершенно другой бюджет! А у этого проекта в особенности! Вы хоть представляете, сколько стоит их серия и сколько наша?

— Нет, — призналась я. — Значит, фактор денег в вашем деле решающий?

— Не все так однозначно. — Натэлла закурила и вкусно выпустила дым. — Бывают проекты, снятые за небольшие деньги. Эксклюзивный сценарий, или новая тема, или не раскрученные, свежие лица — и вот он выстреливает!..

Я внимательно слушала. Режиссер посмотрела на меня и вздохнула:

— Но вообще-то вы правы, Женя. Деньги в этом деле решают очень многое.

— Деньги — это не ваша головная боль, это забота продюсера, — хитро забросила я удочку.

— Само собой, многие продюсеры стараются сделать фильм подешевле. Нет смысла вкладывать в проект большие средства, если можно сэкономить. Результат будет примерно одинаковый.

— Как это? — не поняла я. — Вы хотите сказать, что плохой фильм, сляпанный за три копейки на коленке, принесет продюсеру столько же денег, как достойный, с отличными актерами, декорациями и прочим?

— Нет, — хмыкнула Натэлла Борисовна. — Я хочу сказать, что даже дешевый сериал, если его поставить в прайм-тайм, принесет столько же денег, сколько качественный. Деточка, вы знаете, каким образом окупается сериал?

Я помотала головой. Разговор начинал меня занимать, хоть он и не касался напрямую моей работы.

— За счет рекламы, разумеется! Цена рекламной минуты измеряется по прайм-тайму.

— Зачем же тогда вообще напрягаться? — расстроилась я. Сериалы я не смотрю, но как зрителю мне стало обидно. Вот все у нас не как у людей, в моей любимой стране…

— Не все измеряется деньгами. — Натэлла выпустила дым из ноздрей. — Стас себе не позволяет явного безобразия. Он достаточно давно в этом бизнесе, чтобы не ставить перед собой задачу по-быстрому срубить бабла — и на Мальдивы с девочками. Он хочет делать достойное кино и делает. А прибыль — это так, бонус к успеху.

— Значит, у Станислава Сергеевича есть другой источник дохода, более стабильный, — сообразила я.

Пришлось, однако, прикусить язык, потому что разговор у нас выходил каким-то слишком откровенным. В конце концов, мы с Натэллой знакомы всего несколько часов.

— Не стесняйтесь, деточка, спрашивайте, — разрешила режиссер. Кажется, она слегка захмелела после трудного дня и долгой дороги. И после двух порций «Рэд лейбл», конечно.

— Я слышала, — доверительно поделилась я, — что за границей сериалы снимают, чтобы деньги заработать. А у нас — чтобы отмыть. Это правда?

Натэлла расхохоталась, громко и искренне.

— Деточка, я на такие вопросы не отвечаю! Мое дело — кино снимать. Если хотите, можете сами спросить у Станислава Сергеевича.