Требуется няня - Алина НеКабаева

Когда я была маленькая, бабуля часто ездила на такую вот дачу к своей старой подруге и, конечно же, брала меня с собой. «Пусть деточка свежим воздухом подышит» — улыбалась ба. Ирина Борисовна согласно кивала и разливала по кружкам ароматный чай с листочками смородины. Потом всю осень и половину зимы я хвасталась перед одноклассниками своим загаром. Когда мне стукнуло пятнадцать, бабулина подруга скончалась, и мы перестали приезжать на ту замечательную дачу.

— Где мы? — задала сакраментальный вопрос, волчком крутившийся в голове.

— На даче моего знакомого, — слегка замялся друг, привычным движением снимая огромный амбарный замок с петель. — Он иногда разрешает сюда приезжать. Вас тут никто не найдёт, ты будешь в безопасности. Если, конечно, ты не угробишь своего подопечного… — хмуро добил он.

Я только незаметно поплевала через плечо, дабы не накаркал. Что-то я стала чересчур суеверной…

Егор Егорович спал в том же положении, как я его и укладывала, и меня немного это напрягло. Нормальный человек хоть иногда меняет положение тела. Хотя, с этими треволнениями, я совсем забыла, что он фактически парализован. Костик перенёс наши вещи в дом, и даже самостоятельно отнёс моего больного в отдельную комнату. Пружинная кровать, платяной шкаф в углу, да стул в изголовье, вот и вся обстановка.

Старый чайник свистел на такой же старой газовой плите, в маленькой буржуйке язычки пламени жадно облизывали подкинутые доски, настольная лампа кидала слабое пятно света на пол. Небольшой предбанник со складом для калош и одежды, предназначенной для копания в земле, комната с продавленным диваном и обшарпанным столом, самодельным ковриком на полу. Кухонька с двумя табуретками, старым, ещё советским, кухонным гарнитуром и пустотой на полках и ящиках.

Довольно скудная обстановка не особо напрягала — я практически всю жизнь прожила в комнате минимальной мебелировкой. Верхний свет зажигать не рискнули, решив обойтись и так. Костя заявил, что эту ночь он побудет здесь, потом съездит в город за продуктами. Хорошо, что дачный сезон ещё не начался и нас не сразу заметят, хотя некоторые особо ретивые уже наводили порядок на своих участках, разгребая залежи прошлогодней листвы и снега. Так что некое уединение для нас тут было. Но всё равно придётся ходить к колонке за водой, а там, если кто прицепится, наплету что-нибудь. Вон, какая из меня врушка получается. Новый криминальный элемент…

Как в таких условиях я буду ухаживать за лежачим, я совершенно не представляла, но деваться было некуда — дороги назад больше нет. Если в течение недели я не лишусь своего подопечного, то, думаю, он выкарабкается. Остаётся только надеяться и попытаться очистить его организм от лекарств и ядов. Отправлю завтра Костика заодно в аптеку — пусть купит некоторые травы. Сорбент, слабительное, мочегонное. Надеюсь, почки у него ещё работают…

Скромный ужин нам и для больного и, в домике гаснет свет. Дом постепенно прогрелся, но в комнатах ещё оставались слабые отголоски запахов зимней затхлости. Интересно, зачем другу столь уединённое место и почему он смутился на вполне безобидный вопрос? Любопытство мелькнуло в голове и пропало. Я не вправе задавать такие бестактные вопросы. Он мне и так сильно помог, при этом подставившись сам. Если меня посадят, то вполне возможно, его тоже. За пособничество.

Пришлось разделить продавленный диван с Костей. Тот порывался уйти спать в машину, но я не позволила. Не хватало ещё, чтобы он заболел, помогая мне. Последней мыслью в засыпающем мозгу было: «Я обязана во что бы то ни стало вылечить Егора». О высокой вероятности его смерти, я старалась не думать. Без его заступничества, я остаток своей глупой, принципиальной жизни проведу за решёткой.