Драма с собачкой - Маргарита Южина

Елена и сама не заметила, как рассказала этой женщине про себя все.

– Вот и решила… продам квартиру, а там… будь что будет. Сил нет себя дома чувствовать никем.

– Ну и правильно сделали, что сюда переехали, – поддержала соседка. – Здесь тоже… нескучно, я бы сказала. Только… Вот квартиру бы я на вашем месте сдала в аренду. Зачем продавать? Да и лишняя копеечка уж никак лишней-то не окажется.

Елена улыбнулась – а ведь и в самом деле! Так будет намного лучше. А то… вдруг ей еще не понравится здесь жить. Всегда можно вернуться обратно. А так – продашь и чего? Деньги-то улетят мгновенно, а вот не остаться бы потом на улице. Все же у нее Варвара…

Вера показала, где у них находится магазин, и обратно пошли уже быстрее. По дороге они уже перешли на «ты», и Вера рассказала немного о себе. Оказывается, раньше она работала в одном научном институте, но… после того, как узнала, какие там опыты делают… больше работать не смогла. Сняла домик в этой деревушке и стала жить одна, вернее, только с собаками. А уж про собак она так рассказывала, что Елена даже успела в них влюбиться. Зато и она не стала скрывать, какие фокусы выкидывает ее Варвара.

– Приходи к нам в гости, – позвала Елена соседку, когда они уже дошли. – У меня такой чай есть!

– Хорошо, приду, – согласилась Вера. – И… если позволишь, я у тебя просмотрю свою электронную почту. Надеюсь, Варвару не тянет к мониторам? Или к клавиатуре, например.

– Не тянет, – покачала головой Елена. – Наша Варвара совсем не любопытная, и ей даже нос, то есть клюв, не оторвали! Так и торчит – здоровенный!

– Да уж… недоработка… – кивнула Вера и поспешила к себе.

Елена потихоньку осваивалась на новом месте. Она уже почти научилась топить печь, а сегодня решила принести воды из колодца. Нет, воды еще была половина ведра, она все же не зря заплатила работникам, принесли. Но… очень хотелось побыстрее научиться деревенским премудростям. Да и чему учиться – принести воды! Подумаешь!

Пообещав Варваре не задерживаться, Елена взяла ведра, коромысло и отправилась на покорение колонки.

Сначала все шло хорошо – колонка обнаружилась и впрямь сразу после пятого дома. И особенных сложностей не таила: нажимаешь ручку – вода течет, не нажимаешь – воды нет. Сложности возникли чуть позже, когда Елена стала надевать ведра на коромысло. Вот здесь пошло все не так с самого начала. А ведь, казалось бы, она все делала правильно – поставила ведра с водой по обе стороны от себя, коромысло красиво уложила на плечах. Затем нагнулась к ведру с левого боку, поддела крючком и наклонилась к правому ведру… От ее визга залились лаем Верины собаки за пять домов от колонки! Прицепленное к коромыслу первое ведро окатило Елену от груди и до пяток!

– Гадское ведро! – чуть не плача сказала Елена и со всей силы пнула пустое ведро. – На улице-то минус десять!

Тело сначала обожгло, а потом стало холодно. А уж какое препротивное ощущение! Елена плюнула на коромысло (зачем вообще ей нужно было изображать из себя русскую красавицу с коромыслом?), схватила пустое ведро, еле подняла другое – полное и поплелась к дому. Поплелась, хотя жутко хотелось скорее добежать до домика и прижаться к теплой печке. Но бежать никак не получалось – ведро было тяжеленным, да и мокрые штаны встали на морозе колом и затрудняли движение.

– Здра-а-ассте, – попалась ей на пути неизвестная женщина преклонного возраста. – А ты, я вижу, теперича к нам, в деревню переселилась?

Лене хотелось домой. Очень хотелось! У нее зуб на зуб не попадал. Поэтому она только кивнула и постаралась пойти дальше, аккуратно обходя бабулю. Но не тут-то было. Бабуле требовалось общение.

– А чейная ты? Я чет вот никак не вразумлюсь. Комарихинская девка, что ли? Клавдия грит, че у нее дочка – Людка-то, со своим-то развелась, да к ей возвертается. Ты Людка, что ль?

– Нет, не Людка… – покачала головой Елена и поплелась быстрее.

– Ну и я гляжу – на Людку-то ить и не похожа совсем… – кивала бабуля, стараясь поспеть за Еленой. Она не собиралась вот так просто отказываться от беседы. – А кто ж ты тогда такая есть? Погодь-ка… а Дарьи ли ты, Михалны, дочка?

– Какая дочка? – не сообразила Елена и замедлила шаг – тропинка пошла совсем скользкая.

– Ну тык точно! Михалны! – обрадовалась бабуся своей догадке. – Дочка! Которая в городу живет и хорошо устроилась.

Елена вдруг тоже поняла. Бездетная тетя Даша не хотела деревенским рассказывать, что ни замужем не была, ни детей не родила… Она и в деревне-то жила не всю жизнь, лет двадцать, наверное…

– Ну да… – кивнула Лена, не желая раскрывать тети-Дашины секреты. – Дочка я…

– Ах ты ж зараза! Даже похоронить мать не смогла! – вдруг резко осерчала бабуся и ткнула в спину Елены сухоньким кулачком.

По большому счету, Елена и без того еле держалась на ногах, а от толчка она как-то нелепо взмахнула руками с ведрами, поскользнулась и со всей силы грохнулась носом вперед. Было стыдно, неловко, да еще это ведро! Она ж ведь уже почти его дотащила!

– Да что ж такое-то?! – уже не сдерживала слез Елена. – Я вообще не дочка ей, а племянница! Чтоб вы знали! И хоронили тетю Дашу на мои деньги, ясно вам?!.. И из-за вас я без воды осталась! Я его уже доперла почти, а вы! Вражина вы какая-то, а не бабушка.

Бабка растерянно хлопала глазами.

– Слышь, девонька, вон и я гляжу… не было ить у Михалны-то дитев. Бабы наши грят, что не было… Давай-ка я тебе помогу подняться, чегой-то ты тут расселась… А воды… Пойдем-ка…

Бабуля вдруг ухватила Елену за руку, подхватила ведра и лихо направилась обратно к колонке. Елена едва успевала за ней.

– Ой, глянь-ка… коромысло! – удивилась бабуся, когда возле колонки обнаружила брошенную Леной вещь. – Твое, что ль? Эх, разе ж ты управишься с им-то…

И бабушка, явно желая показать новенькой, на что способна, ловко наполнила ведра, потом умело взгромоздила на плечи коромысло с двумя полными ведрами и плавно пошла по тропинке.

Елена смотрела ей вслед завороженным взглядом.

– Нифертити… – с изумлением покачала она головой.

Возле калитки Елены бабуля присела, освободилась от коромысла и махнула рукой в стону деревни.

– Вон там я живу, вишь, крыша такая зеленая? Моя. Молоко у меня хорошее и недорогое. Приходи, налью баночку. Спросишь, ежели чего, Акимовну, я это. Агриппина Акимовна я.

– Спасибо, а меня Леной зовут. Вы тоже… приходите. За воду вам спасибо. Надо же… а у меня не получилось.

– Не переживай, у тебя не получится. Да и на кой леший тебе коромысло? Так носи.

Бабулька наконец повернула к себе домой, а Лена пошла носить воду в дом.

К ней тут же выскочила Варька.

– Варвара, осторожно! Не порхай тут возле воды… Черт… я вся мокрая. Дай-ка я к печке… только надо скорее скинуть эту жабью шкуру…