Каникулы с невидимкой - Валерий Гусев

Я перевел дыхание. И спросил почему-то шепотом:

– И где же он теперь? В Зазеркалье?

– Ага, - вздохнул Майский. - Именно там. - Он начал медленно протягивать руку к тому месту, откуда коробок отправился в Зазеркалье.

А мне стало страшно: сначала ногти, кончики пальцев стали исчезать, будто погружались в непроницаемую черноту; потом исчезла почти вся кисть его руки. И потом она стала появляться в обратном порядке - вместе с коробком!

– Блеск! - выдохнул я.

– Ерунда, - вздохнул Майский. - Отражения коробка теряются в бесконечности отражений зеркальных поверхностей.

– Ах вот как! - я важно кивнул, сделав вид, что все прекрасно понял. - Как это просто! - не хотелось все-таки выглядеть совсем уж дураком.

Майский опять положил коробок на место. И опять он исчез, а вместе с ним и кусок руки. Даже страшно было. Вроде все есть: край рукава, браслет часов, кусок ладони - а дальше пустота!

– Это просто фокус, - объяснил Майский. - Элементарный. А они, дураки, не верят.

– Вот на этом мы их и одурачим, - сказал я. И стал шептать ему в ухо долго и доходчиво. Без всяких научных терминов.

Чем дольше я шептал, тем шире раскрывались глаза Майского. И я остановился - побоялся за его глаза. Они уже совсем из орбит вылезли, вот-вот на пол упадут.

– Так! - сказал он и обхватил рукой подбородок в раздумье. - Что еще нужно, кроме зеркал?

– Диктофон или магнитофон. Тонкая, прозрачная, прочная леска.

– Понял! Сегодня я их обрадую!

– Только ничего не перепутайте. Помните, от этого зависит безопасность…

– …Вашей невесты, - машинально продолжил Майский. И поправился: - То есть не вашей, а моей.

– Правильно, - сказал я. - Вы очень умный.

Только мы сели ужинать, как вдруг вовсю распахнулась дверь, и на пороге возник сияющий Майский.

– Нашел! - завопил он радостно. - Сделал! - Он и вправду был похож сейчас на солнечный майский день - весь сверкал и искрился. Разве что только не чирикал весенними птичьими голосами.

Бандиты вскочили, опрокинув стулья. Карлсон весело оттянул подтяжки и щелкнул ими себе по пузу:

– Молодец! Я ж сказал: все равно будет по-моему! Когда сделаешь?

– Как только вы доставите мне необходимые материалы. Собрать прибор я смогу за сутки. При условии, что мне помогут эти молодые люди, - Майский кивнул на нас с Алешкой.

– Помогут! Куда они денутся! - Карлсон чуть не плясал от радости.

Еще бы! Властелином мира скоро станет. Все деньги сгребет. Бандит-невидимка.

Таких дураков мы еще не видели.

– Что нужно? - торопил Карлсон. - Алехин, записывай!

– Так, - Майский (вот уж не думал, что он такой артист) достал блокнот, полистал. - Зеркало восемьдесят на два метра - шесть штук, червячные пары - шесть штук, кронштейны стальные - шесть штук, стекло небьющееся толщиной три сантиметра и размером метр на метр. Ну и мелочи: винты, гайки, шайбы.

– Записал? - повернулся Карлсон к Алехину. - Бери тыщу баксов и утром - в город. Обменяешь в банке «Три богатыря» на Русаковской, купишь все по списку - и чтоб к обеду был здесь.

– Так точно!

И ничего нам подслушивать не пришлось. Все и так узнали.

И сделали следующий шаг.

– Я ему помогать не буду, - проворчал я, - если вы не отправите нашим родителям мое письмо. Они волнуются, а мы здесь с горки катаемся.

– Да пиши, - махнул рукой Карлсон. - Хоть два тома! Только я проверю.