Обнесенные «Ветром» - Андрей Кивинов

Кивинов вышел из троллейбуса. Вот это заведение, ничего себе офис! Это ж бывшая пивная или закусочная. Почитаем. «Тыр-пыр сервис» – товарищество с ограниченной ответственностью. Чем занимаются – непонятно. Так, дальше. Туристическая фирма «Вирус». Они б ещё «СПИДом» обозвались! Где же тут наши девчата? Может, их, конечно, и нет, но командир быть должен. В турфирме вряд ли, скорее, в «сервисе». Нет никого, странно.

– Вы что ищете, молодой человек?

– Хочу в Грецию слетать, путёвки тут продаются?

– Нет, это следующая дверь.

– Спасибо, а вы мне по секрету не скажете, тут фирма надёжная? А то в прошлом году был в Непале, поселили в общагу бамбуковую и кормили лягушками, деньги только на ветер.

– Всё с гарантией, удобства, комфорт, обслуживание – люкс.

– Вы это говорите каким-то рекламным тоном, как будто наизусть выучили. Вам-то, в принципе, какая разница, люкс там, не люкс?

– Турфирма в наше предприятие входит, так что за клиентов боремся.

– Ах, вот в чём дело. Может, мне лучше прямо с вашим директором поболтать? Как говорится, из первых рук.

– Эльдара Олеговича сейчас нет, но собственно, вам и без него всё объяснят.

– Нет, нет, с руководством надёжнее. Я попозжее зайду. Гуд-бай.

Кивинов вышел.

«Эльдар Олегович. Что-то знакомое. Ха, да это же наш институтский комсомольский вожак. Далеко пошёл, если это он, конечно, марксист-капиталист».

Вернувшись в отделение, Кивинов зашёл к Соловцу. У того сидели Волков и молодой парнишка, с которым опера беседовали в весьма резких тонах. Ничего, в общем, удивительного, кроме одного, – паренёк был негром. С косичками, серьгой в ухе, а сам чёрный, как сын ночи.

– Что, уже в Интерпол перебрались? Иностранцев колете?

– Какой он, к чёрту, иностранец! Это Вадик Иванов, жертва лёгкого поведения матери. Бывший детдомовец. Помнишь, я про ваучеры рассказывал, которые у старух отнимали? Его работа. Мы сначала думали, в чулке грабит. Но последний раз старушка зоркая оказалась, говорит, не маска это, а рожа чёрная. Тут мы про Вадика и вспомнили.

Вадик смотрел в пол и теребил пальцы.

– Да, земляк, – сказал Кивинов, – тебе в Чикаго надо, там бы тебя вряд ли кто нашёл. А у нас ты погорячился. Хочешь совет? Когда с зоны вернёшься, купи презерватив побольше и на голову одень, а потом уже грабить иди, а то, извини, с твоей мастью это не солидно. Мы не в Америке. Георгич, можно тебя на пару слов?

Они прошли в кабинет Кивинова.

– Не знаю, как и подступиться к этой шараге. Нельзя в лоб.

– Во-первых, завязывай ты с этим водителем, это не твоё дело, а во-вторых, наверняка их уже этот инвалид с почкой предупредил, так что ловить там нечего.

– Насчёт инвалида я не волнуюсь. Я Борисова попросил, чтоб он с ним перед уходом профработу провёл. Так что никуда он звонить не будет.

В дверь постучались.

– Можно? – На пороге стоял БОМЖ Крылов. – Василич, пусти на диванчик, а?

– Подожди за дверью. Ладно, Георгич, не надо, так не надо.

– Да нет, я тебе не приказываю, конечно, будет время свободное, ковыряйся, а пока на нас работай, и так в самом хвосте по РУВД тащимся, а скоро конец квартала. Зачем на дядю работать? Позвони Борисову, это его хлеб.

– Я уже звонил. Говорит, пока ничего конкретного нет, не фиг ему здесь делать.

– Ладно, – махнул Соловец и вышел из кабинета.

– Начальник, про меня не забыл? Ну, пусти на диванчик.

Снова шёл дождь. Мелкий, противный. Стены кивиновского кабинета понемногу плесневели. Он сидел в кресле и слушал магнитофон. Оттуда раздавался голос опера Клубникина, погибшего весной. Володя пел частушки на новогоднем вечере под собственный аккомпанемент на гармошке:

Гармонист у нас один,

Может, девочки, дадим?

По разочку надо дать,

Веселей будет играть!

Зазвонил телефон.

– Начальник? Это я. Зашёл! Точно он, у меня глаз алмаз, четвертной мне отстегнул. Только что. Давай скорей. Кивинов бросил трубку и выскочил из кабинета.

– Мужики! По коням! Оперсостав выбежал из кабинетов.

– Летим, тут, на Стачек, недалеко!

– На чём?

– Найдём, быстрее, уйдёт!

Выскочив из отделения, опера тормознули зелёный «москвич» и понеслись к «Тыр-пыр сервису».

– Значит так, у него может и пушка быт1>, так что аккуратней. Толян, ты на остановке останься, а мы втроём внутрь. Нет, Миша, ты на дверях.

– Давай подождём, пока выйдет.

– Чтоб на улице пальбу устроить? Нас же потом во все дыры, если зацепим кого-нибудь.

– Браслеты взяли?

– Одни на всё отделение, заняты. Мужик, вот здесь тормозни. Спасибо. Платить? Ты что, не понял, с кем едешь?

Дукалис остался на остановке. Кивинов, Волков и Петров подошли к офису. Перед ним, невзирая на дождь, обнажив свою липовую язву, сидел Крылов. На земле лежала шапка с мелочью и костыль.

– Ну как? – шёпотом спросил Кивинов.

– Плохо дают, у Владимирской лучше – тут место не людное.

– Я не о том. Мужик там?